Здешние маги прекрасно знали нюансы нашего учебного заведения, их сюда и на аркане было не затащить, вот в академии и делали ставку на залетных. Среди прибывших из отдаленных миров и не ведающих всей подноготной Академии Кар‑Града хватало талантливых ребят, но попадались и уверенные, что титул и кошелек смогут заменить тренировки и усердие. А бедным фамильярам потом приходилось маяться и делать вид, что главные как раз попаданцы. Будить их по утрам, собирать на занятия, таскать за ними конспекты в зубах, подсказывать на уроках и следить, чтобы эти дарования не убились раньше времени.

Все это были лишь слухи, собранные в приемной лорда Рендела. Фамильяры‑старшекурсники наотрез отказывались обсуждать подопечных магов. Приходилось наблюдать со стороны, ловить обрывки информации и гадать, кого же мы сами получим на третьем курсе, сможем ли подружиться с адептами или же разбежимся сразу после выпускного.

Больше всего меня удручала перспектива оказаться в роли домашней зверушки, которую самоуверенный недомаг станет посылать за пивом или тортом. Я же не сдержусь! Схвачу подопечного за загривок и… И все, легенде конец! Если маг увидит, что я могу запросто его поднять, то никогда не поверит, что я всего лишь кошка. Хотя почему всего лишь? Любой, кто глянет на меня, непременно заподозрит, что с этой зверушкой что‑то нечисто.

С горя я допила вино, одобрительно кивнула, когда мне подлили еще, и разоткровенничалась.

– Самое ужасное, – объявила я, усаживаясь на задние лапы и обмахиваясь хвостом, – когда заносит какую‑нибудь особу королевских кровей из дальнего мира. С виду вроде сама кротость, от неприличного слова в обморок хлопается, а присмотришься – пьяные тролли в трактирах такого не выдают, как эта трепетная лань, когда ты ее на занятия будишь! Или принесут демоны очередного сына пекаря или кузнеца, уверовавшего в свою избранность. По четыре часа в день на плацу тренироваться не хочет, подавай ему магический меч‑кладенец. Да побольше, чтобы сразу было видно – герой идет!

– Говорят, в позапрошлом году тут эльфийка училась, – робко вставила голубка, нетвердой походкой прохаживаясь вдоль стены. Сэм улучил момент и отобрал у Мирабель рюмку. Навернется еще из окна, лови потом.

– Какая еще эльфийка? – нахмурилась я.

– Та, которая чуть ректора не захомутала.

Я подавилась вином, сперва рассмеявшись, а потом раскашлявшись. Желающие окрутить лорда Рендела в академии не переводились. Наш ректор был завидным женихом. Архимаг‑артефактор, имевший обширный список титулов и наград. Кроме того, он был безумно хорош собой.

– Еще какие‑нибудь истории знаешь? – ухнула Соня.

– Хм! – многозначительно произнесла я и, дождавшись тишины, объявила: – Скажу только одно: если видите странно одетую особу на высоченных шпильках, у которой косметичка размером с торбу, – бегите! Хуже только Мэри, но их – тьфу‑тьфу! – в академии уже лет двадцать никто не видел.

– Мэри? – переспросила голубка. – Это кто?

– Тихо ты, – зашикали на нее. – Накличешь еще. Мэри Сью – это страшный сон любого фамильяра.

– Это страшный сон всей академии, – авторитетно подтвердила я.

– А я симпатичного волшебника хочу, – проворковала голубка, икнула и превратилась в миленькую русоволосую девушку. – Уж я бы его обучила… Всему… – добавила она томным голосом.

Я окинула мрачным взглядом собравшихся на чердаке и поняла, что праздник пора сворачивать, а то ребята до утра в себя не придут.

– Мирабель, ты что?! – взвился заяц Марк, от возмущения выронив неизменную трубку. – Фамильярам запрещено светить истинный облик! Да ты за шашни с подопечным вылетишь без права на восстановление!

Я выдержала паузу и важно кивнула.

– Марк прав. Неуставные отношения с адептами чреваты отчислением, – строго поддержала я, уставившись на влюбчивую голубку.

– Отрадно слышать, что и в разгар увеселительного мероприятия вы не забываете устав родной академии. – Тихий голос, донесшийся от двери, произвел эффект взорвавшегося в реторте зелья.

Чердак наполнила какофония рева, ржания, клекота, хлопанья крыльев, цоканья копыт и когтей. Самые догадливые сменили звериный облик и теперь жались к стенам в надежде слиться со штукатуркой. Рюмки и графины ожили и шустро расползлись по углам. Теперь в центре накрытой «поляны» виднелось блюдо с остатками сыров и фруктов. Рядом с ним возвышался невесть откуда взявшийся кувшин с молоком.

Я вздохнула, осознав, кому предстояло выступить в роли спасительницы, и, превратившись в девушку, поднялась с подушки.

– Доброго вечера, лорд Рендел. Провожу внеплановый инструктаж перед Отбором. Мы почти закончили.

– В таком случае, Даниэлла, вас не затруднит проследовать за мной? – С этими словами ректор покинул чердак.

Я обернулась к ребятам и развела руками.

– Ничего не поделаешь. Начальство вызывает. Вы долго не сидите, первые подопечные прибудут на рассвете. Кто проспит Отбор, получит самых вредных и ленивых.

Ребята энергично закивали в ответ. Я не сомневалась, что после моего ухода они быстро разбредутся по комнатам.

* * *

Лорд Рендел направился в кабинет. Об этом я догадалась интуитивно еще до того, как архимаг открыл портал. Мы научились понимать друг друга без слов – бесценная способность во время алхимического эксперимента, когда счет идет на секунды. Это не означало, что я совсем не замечала магнетизма ректора. Первые полгода краснела и бледнела, как и все адептки Академии фамильяров, потом осознала, что такой, как он, никогда не заинтересуется девушкой моей внешности. Трезво рассудив, что страдать – только попусту тратить время, я сосредоточилась на учебе и тех знаниях и тайнах, которые готов был открыть мне архимаг. В конце первого учебного года я стала его личной помощницей.

– Даниэлла, нам надо серьезно поговорить. – Голос лорда развеял дымку воспоминаний.

– Надеюсь, речь пойдет не об увиденном на чердаке? Вы же знаете, к утру все будут трезвы как стеклышко.

– Нет. Присядьте, пожалуйста.

– Вы хотите разорвать договор? – еле слышно прошептала я.

Завтра я обзаведусь подопечным, кроме того, учебу фамильяра никто не отменял, а раз так, то у меня практически не останется времени. Неужели ректор счел, что я больше не смогу быть его ассистенткой? Или же все дело в неудачной трансформации?

В глазах предательски защипало. Потупившись, стала изучать носки туфель.

– Даниэлла, что с вами происходит? – участливо спросил наставник.

Я вскинула голову, во взгляде лорда было столько искреннего сочувствия, что я едва не поддалась порыву и не выложила всю правду. О том, как переживаю, что не оправдаю надежд подопечного, что не удержусь на вершине рейтинга фамильяров, или же не смогу посещать лабораторию архимага. Я столько времени и сил потратила, чтобы добиться нынешнего положения, и вот завтра моя жизнь изменится. И не факт, что в лучшую сторону.

Нет уж! Ни к чему лорду Ренделу мое нытье.

– Со мной все в порядке, – вымученно улыбнулась я. – Нервничаю немного, да и кто бы не нервничал? Ведь завтра же Отбор.

– И что именно вас беспокоит?

– Разумеется, специализация подопечного, – не моргнув глазом соврала я. Скорее бы лорд Рендел перешел к причине, по которой меня вызвал.

– Даниэлла, не мне вам напоминать, что хороший фамильяр найдет подход к любому магу.

– Знаю.

– И сумеет правильно распределить свое время…

– Вы хотите сказать, что я больше вам не нужна? – слабо пролепетала я.

– Что вы, напротив, мне будет сложно обойтись без вашей помощи в лаборатории. – Архимаг пристально посмотрел на меня. – Даниэлла, я же вижу, что отнимаю у вас все свободное время. Вы не ходите в город, не встречаетесь со сверстниками после занятий…

– Я бываю в городе по вашим поручениям и… меня все устраивает!

– Это вам пока так кажется, но пройдут годы, и вы еще помянете меня недобрым словом.

– Неправда! – пылко воскликнула я. – Вы самый чудесный наставник в этих стенах. Да если бы не вы, я бы дальше боевой магии и не продвинулась!

Лорд Рендел отвернулся, изучая что‑то неведомое на стене. Вид у него стал отрешенно‑отсутствующий. Я невольно залюбовалась строгим профилем. Когда‑то от одного взгляда золотисто‑карих глаз мое сердце сладко замирало в груди. Сколько раз я только и ждала завершения занятий, чтобы побыстрее попасть в лабораторию. И все же исцелилась я очень быстро. Как‑то вечером подслушала разговор двух молоденьких преподавательниц о моих предшественницах и выяснила, что самый верный путь потерять расположение архимага – влюбиться в него. Расставшись с романтическими иллюзиями, я приобрела ироничного и бесконечно удивительного наставника.

Внезапно я осознала, что архимаг больше не изучал стену, а пристально наблюдал за мной. Увиденное отчего‑то заставило его недовольно поджать губы и нахмуриться. Я вжалась в спинку кресла. Только бы не отказал. Только бы не выгнал.

– Вы сможете помогать мне в лаборатории, только если ваш подопечный будет справляться с учебной программой.

Я медленно кивнула. Звучало разумно. Ничего, прорвемся! Да кем бы ни был мой попаданец, я живо засажу его за учебники!

– Даниэлла, – лорд Рендел слегка подался вперед и улыбнулся, – я рад, что вы со мной. Магические кристаллы скоро созреют. Будет здорово, если вы примете участие в их активации.

Все тревоги мигом улетучились. Архимаг все еще хотел со мной работать!

– Я согласна!

Глаза ректора довольно блеснули.

– Тогда до завтра.

Знала бы я, на что подписываюсь!

Глава 2

Утро началось с многоголосого вопля за стеной:

– Приехали!

Пришлось вставать и плестись в ванную. Я особо не спешила, зная, что сейчас попаданцы будут добрый час восхищаться порхающими вокруг бабочками, хрустальными водопадами и лугами с единорогами, пока не уверятся в своей избранности. Потом еще речь ректора об исключительной ценности прибывших, экскурсия в безобидную часть зверинца и подписание контрактов. До выбора фамильяров хорошо если через два часа дойдет. Можно спокойно позавтракать и привести себя в порядок.

– Дэни, разрешишь войти? – В дверь просунулся любопытный клюв, а следом и его владелец. Сэм взлетел на стол, вытянул шею и с надеждой осведомился: – Ну как тебе?

– Отлично. Без подопечного не останешься, – заверила я.

Феникс облегченно вздохнул и выпорхнул в окно. Спустя мгновение оттуда донесся вскрик подрезанной на взлете Сони.

– Дятел кривокрылый! – выругалась сова, чудом избежав столкновения. – Очки надень, если не видишь, куда прешься!

Сэм что‑то виновато пробормотал и активнее замахал крыльями, уносясь прочь от разгневанной девушки. Убедившись, что никто не пострадал, я вернулась к утренним процедурам.

Отбор был не таким уж и сложным ритуалом. По сути, магов‑иномирцев давно уже присмотрели, а сегодня только доставят к нам в Кар‑Град, окончательно оценят потенциал и распределят между факультетами. Я не сомневалась, что к концу дня все фамильяры обзаведутся адептами, но сердце все равно тревожно билось в груди.

Вдруг меня приставят к великовозрастному оболтусу, возомнившему себя великим волшебником? С подобными типами вечно возникают проблемы. К чему им уроки? Взмахнул рукой – и поверженные враги падут сами. Замертво или ниц – это уж как карта ляжет. А если мне достанется капризная принцесса? Буду потом таскать за ней сумку с учебниками, подсказывать на уроках и выслушивать жалобы на отсутствие привычной косметики и прислуги.

Стоя у зеркала, я доплела тугую косу и полюбовалась результатом. Просто и практично. Замысловатые прически я не любила, они платили мне взаимностью, норовя распасться уже через час. В одежде я также ценила прежде всего удобство и комфорт. К чему тратиться на красивые платья, если их и надеть‑то особо некуда? Теперь же, с прибытием адептов, нам и вовсе запрещено покидать Башню фамильяров в истинном облике. Конечно, через пару лет магам раскроют главный секрет академии, но до этого момента еще надо доучиться. Пока же попаданцы станут воспринимать фамильяров исключительно как волшебных птиц и зверей.

Я зажмурилась, сосредоточилась и превратилась. Осторожно приоткрыла один глаз и печально вздохнула – за ночь мой внешний вид не изменился. Боброкошка с окрасом скунса и лисьими ушами – такой удар по репутации!