– Ненормальный! – Николь не смогла сдержать свои эмоции и на секунду вышла из себя. Дико занервничав, она посмотрела на мужа в надежде, что тот спустит всё на тормозах.

– Немедленно объяснись! – потребовал Олег.

– Ты сам сказал, что твоя жена – как мой мотоцикл. Я просто хочу, чтобы ставки были равносильными, – ни чуть не дрогнув, сказал Амир, мысленно подталкивая губернатора к согласию. – Играем? – Он давил диким бесстрашным взглядом, уверенный в победе и так горячо желающий эту победу.

Олег хмуро задумался. Ему очень хотелось согласиться. Ответить на брошенный вызов, выиграть и проучить этого потерявшего страх щенка. Ему было плевать на Николь, но совсем не плевать на мнение окружающих его людей. Кем он будет в их глазах, если поставит на кон свою жену?

Николь резко встала из-за стола, умело состроила оскорблённое выражение и пригвоздила Амира презрительным взглядом.

– Молодой человек, вы забываетесь! Я – не вещь, и даже мой супруг не имеет права ставить меня на кон, – как можно громче и резче сказала она. Одному Богу известно, как сильно билось её сердце в этот момент. Как сильно она молилась о том, чтобы страшная беда миновала этого юношу. Как страстно желала, чтобы он одумался. И как безумно боялась.

– Приношу свои извинения, – глядя ей в глаза, Амир тоже встал. – Я, видимо, перебрал с виски. Думаю, мне лучше уйти. – Он коротко кивнул всем остальным, краем глаза зацепил разгневанный взгляд Тимура, говорящий о том, что в данной ситуации ему действительно лучше покинуть покерный клуб, и направился к выходу.

Николь опустилась обратно за стол, дрожа от мозга до кончиков пальцев, всё ещё не могла поверить, что всё позади.

– Я думала, у вас тут приличное заведение! – пользуясь преимуществом того, что она является единственной девушкой в зале и своим статусом, Николь обвела строгим взглядом всех присутствующих, прекрасно понимая, что за подобное поведение Олег непременно накажет её дома. По лицу родного мужа она поняла, что он уже тысячу раз пожалел о том, что разрешил ей поехать с ним. Ему было неловко перед друзьями за то, что его жена всех отчитывает, но не мог ничего с этим сделать. Пока – не мог.

– Я поеду домой. Не имею желания оставаться здесь ни минуты! – грозно повысив голос, сказала девушка. Не прощаясь, она отправилась к выходу.

Дрожь её тела и надрыв в голосе восприняли за оскорблённость и возмущение произошедшим инцидентом.

Изо всех сил надеясь на то, что Амир уже уехал и находится далеко отсюда, Николь вышла из клуба на улицу и даже немного расслабилась. Только сейчас, когда всё уже было позади, она поняла, по какому тонкому льду ходила.

Внезапно чьи-то сильные руки схватили её за плечи и увлекли за угол ночного клуба, куда не попадал свет уличного освещения. Единственным светилом, осветившим лицо Амира, был свет от неоновой вывески, расположенной с центрального входа.

– Псих! Ненормальный! – В порыве ярости Николь принялась бить парня по плечу со всей силы. – Тебя могли убить! О чём ты думал!?

– О тебе… – Амир ловко заломил её руку и крепко обнял, покачивая, словно в танце, от переполняющих эмоций. – Я бы выиграл, – прошептал он, теряя рассудок от запаха её волос.

– Ты серьёзно? – Николь не могла поверить, что существуют настолько отчаянные люди.

– Я серьёзно. Очень хочу тебя прямо сейчас, – ответил он, развернув её к себе спиной, и принялся облизывать её правое ухо, удерживая в тяжёлых объятиях.

– Ты ненормальный! Прекрати! Нас могут увидеть! Мой муж здесь, в этом здании!

– Я. Хочу. Тебя, – непреклонно повторил он ей в самое ухо, мокрое от его поцелуев. Его слова, действия, руки, которые уже вовсю тёрли влагалище через трусики под юбкой, заставляли терять рассудок.

Амир резко развернул её обратно к себе, грубо прижал к стене, ухватил за бедро и закинул её ногу на свою талию, вонзая твёрдый член точно в цель.

– Если нас увидят, тебя убьют… – стараясь не стонать, горячо шептала Николь.

– Ради тебя я готов рискнуть, – улыбнулся парень ей в лицо. Это была расслабленная, уверенная улыбка, после которой он со всей силы принялся трахать девушку, не жалея и не щадя её нежную кожу внутри.

Николь крепко сжимала руками его плечи, прижимаясь лицом к его шее.

– Да, малыш, ещё! – сипела она, сдерживая стоны. – Ещё! Ещё! Ещё! Да! Сильней! Да! Мммм… – Разрываясь от невероятного оргазма, Николь закусила губу, чтобы не закричать на всю улицу. – Ты чёртов дьявол! – испытав пик блаженства, она тихо выругалась. – Малыш, ты невероятен!

Испытав наслаждение и слегка утолив жажду её вниманием, Амир застегнул штаны, после чего грубо ухватил девушку за затылок и впился в её губы горячим поцелуем.

– Ненормальный… – шептала Николь, заново теряя голову от запаха его дыхания, от безумной страсти и от его бешеного напора.

Она вышла из-за угла первой и, сев в машину, быстро скрылась из виду. Амир смотрел вслед удаляющемуся автомобилю, принадлежащему Олегу, и, скрипя зубами, пытался утихомирить скулящее сердце.

– Ты совсем страх потерял? – пробасил грозным голосом Тимур Астахович, вышедший из клуба следом за Амиром, желая провести с парнем беседу. Став случайным свидетелем супружеской измены и слабоумия его подопечного, мужчина решил дождаться окончания, чтобы поговорить.

Амир вздрогнул и растерялся всего на мгновение. Его горячее сердце было готово к любому повороту событий. Сжимая в кармане куртки тяжёлый кастет, он уже готовился сражаться за своё право быть счастливым.

Глава 17

Амир, сломя голову, летел вперёд, опережая попутный ветер. Свист в ушах, темнеющее одеяло, покрывающее взор, боль за рёбрами – сильнее, чем от удара. Он всё больше добавлял газу, доводя спидометр до крайней отметки, и всё ещё не мог успокоиться. Голос Тимура в голове, единственный в густом тумане, повторял раз за разом одни и те же слова: «Одумайся! Он убьёт её и закопает на Морском кладбище!»

Дальше Тимур говорил что-то о том, что Амира попросту скормят свиньям на ферме, не удостоив чести питать кладбищенскую землю останками. И о том, какой жестокий человек губернатор, против которого Тимур не пойдёт при всём желании и не сможет спасти парня.

Амиру было плевать на себя. Плевать на свою жизнь. Но Николь!

Амир впервые в жизни поддался леденящему душу страху. Как бы он ни разгонялся, как бы опасно ни поворачивал и не вылетал на встречку – страх за свою жизнь не мог отрезвить, не мог пересилить боязнь за её жизнь. В его груди образовалась огромная мясорубка, кромсающая, перемалывающая душу, кости и все внутренние органы, заставляя орать от отчаяния и боли.

Он хотел быть с ней. Так горячо и отчаянно, что готов был прямо сейчас похитить её. Увезти из страны, спрятаться, сменить имена… Но тяготеющая ответственность за сестру, возвращённая годами заботы о ней и братской любовью, сковывала по рукам и ногам тяжёлыми кандалами.

Амир не мог ничего сделать, пока Света находится на попечении у правительства. Ему бы дождаться пока она окончит школу, забрать их обеих и скрыться. Где-нибудь в Лас-Вегасе, где он сможет зарабатывать на жизнь, играя в покер, и где никто их не найдёт.

Эти мысли немного утешали парня, но стоило ему подумать о том, что в то время, пока он ждёт, Николь обязана ложиться под Олега – с его жилистым телом и синеющим лицом, похожим на Кощея – выносили душу, терзали и мучили его горячее сердце.

Амир остановил байк на обочине и снял шлем. Сделал глубокий вдох и осмотрелся по сторонам. Вот она, жизнь! Здесь и сейчас, пока он дышит. И он не намерен сидеть и ждать! Страх за жизнь любимой девушки и ответственность за сестру немного усмиряли его пыл, но всё равно не могли заставить в полной мере отказаться от тех эмоций, что дарит ему Николь.

Он решил, что впредь они будут осторожны.

Оставив байк у подъезда, парень поднялся на свой этаж, имея только одно желание: принять холодный душ и пораскинуть мозгами на свежую голову о том, как с ней видеться, не вызывая подозрений, и как развести её с мужем.

Николь стояла у его двери, сиротливо прижавшись плечом к стене, сложив руки на груди.

Увидев её, парень громко выдохнул, в считанные секунды сократил расстояние и ухватил за талию.

– Я приехала поговорить, – непривычно строго, с несвойственной холодностью в голосе сказала девушка и одёрнула его руки, отвернув голову от его поцелуя.

Амир разом ощутил, как напряглись все имеющиеся нервы в его теле.

– Тимур тебе что-то сказал? – догадался парень, продолжая стоять возле неё, упираясь грудью в её хрупкое плечо, выдувая раскалённый пар из ноздрей.

– Неважно, – отмахнулась Николь, не желая вдаваться в подробности. – Малыш, нам нужно прекратить общение. Раз и навсегда.

Его сердце дрожало и рвалось из груди, вопило о своём несогласии. Вот только эти вопли, кроме Амира, никто не слышал. Николь же была настолько строгой и отдалённой, словно они никогда не кончали вместе.

– Брось, я придумаю, как нам видеться, – не сдавался парень.

– Ты не понял? Я не хочу продолжать общение! Ты был просто куклой, игрушкой, с которой весело играть. Но все игрушки попадают на помойку, когда становятся не нужны, – её жестокость убивала в нём всё хорошее и светлое. – Я заигралась, позволила тебе больше, чем было нужно, и ты возомнил, что между нами может что-то быть!

– Замолчи! – Амир грубо прижал её к своей двери и зажал ладонью рот. Она не произносила ни звука, но её глаза продолжали говорить. В этот момент парень вдруг узнал её. – Николь… Принцесса из сказки…

Ошеломлённый тем фактом, что перед ним та самая девушка, образ которой он хранил в душе как нечто волшебное и тёплое из детства, он отпустил её и отшатнулся назад.

– Двенадцать лет назад, в детском доме. Ты приехала с матерью и раздавала подарки. Я вырвал у тебя пакет с куклой, потому что моя сестра мечтала о ней. Ты мне улыбнулась…

– Тот наглый мальчик – это ты? – Николь ненадолго забыла о цели своего визита. Мгновенно осознав разницу в возрасте и выуживая из памяти лицо того сорванца, она сильнее убедилась в том, что поступает правильно.

– На тебе было голубое платье, как у принцессы… – продолжал Амир. Он готов был говорить что угодно, только бы заполнять эту чёртову пустоту и не дать ей сказать.

– Амир! – крикнула Николь, и её голос предательски дрогнул. – Мы больше не увидимся. Если ты попытаешься ко мне подойти, я скажу мужу…

Амир резко схватил её за руку и с силой сжал запястье.

– Думаешь, я его боюсь? – с наездом спросил он. – Джокер никого не боится! Вся моя жизнь – игра и фарт! А Олег…

– Он мой муж, – она безжалостно убивала его словами. – А ты – всего лишь любовник на одну ночь.

Николь резко дёрнула руку, освобождаясь от его хватки, и поспешила к лифту.

Амир с размаху ударил в дверь кулаком. Ещё и ещё. Он бил до тех пор, пока на сером металле не остались кровавые отпечатки разбитых костяшек. Он чувствовал, что она ушла. Оставив после себя промозглую пустоту и невыносимое чувство слабости.

Глава 18

Михаил.

Чернов сидел в своём автомобиле рядом с водителем и, не сводя глаз с угла дома номер 17, на первом этаже которого расположился небольшой продовольственный магазин, с нетерпением ждал её появления. Его забавляли её непосредственность и детская непревзойдённость. Он мог бы заехать за Светланой в сам детский дом, но девушка быстро пресекла эту идею, боясь огласки и мнения воспитателей. Она настояла на том, что сбежит во время обеда и доберётся до ближайшего магазина, где Михаил сможет её забрать. Эта идея с побегом и тайной встречей разжигала в нём позабытое озорство, чувство юношеской первой любви и положительные эмоции.

Увидев её светлые волосы, развевающиеся на ветру, и лёгкую короткую юбку, показавшуюся из-за угла, у мужчины резко подскочил пульс.

– На сегодня свободен, – он обратился к своему водителю.