Фанни Берни: Эвелина, или История вступления юной леди в свет

Перевод с английского Я. Колодиной

Стихи в переводе С. Лихачевой

Серийное оформление и дизайн обложки В. Половцева

© Перевод, предисловие, примечания. Я. Колодина, 2025

© Перевод, стихи. С. Лихачева, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

* * *

Предисловие

Фрэнсис (или, как ее часто называют, Фанни) Берни (1752–1840), популярная английская писательница рубежа XVIII–XIX вв. прежде не была широко известна русскоязычной публике.

Переводы ее произведений «Сесилия», «Камилла» и наиболее успешного романа «Эвелина, или История вступления юной леди в свет» были сделаны при жизни писательницы и не могут претендовать на полноту и точность. Так, перевод «Эвелины» на русский 1798 года был выполнен не с английского языка, а с французского.

Однако Фрэнсис Берни и ее творчество однозначно заслуживают внимания читателя.

Дочь музыковеда, музыканта, композитора Чарлза Берни (1726–1814) и француженки католического вероисповедания Эстер Слип (в девичестве –  Дюбуа, что впоследствии найдет свое отражение в «Эвелине…»), будущая писательница была третьей из шестерых детей.

Девочка с юных лет проявляла интерес к театру и литературе. С детства вместе с братьями и сестрами они ставили спектакли в домашнем театре, а Фанни сочиняла и свои собственные истории. В отличие от старших сестер, Эстер и Сюзанны, ее не отправили на обучение в Париж, и она училась сама, читая античную литературу, стихи, проповеди, романы и пьесы.

В 1760 году Чарлз Берни перевез семью из Кингс-Линна, городка в Норфолке, в Лондон; в его доме регулярно собирались известные личности, в том числе актер Дэвид Гаррик (1716–1779), литературный критик и поэт Сэмюэл Джонсон (1709–1784) и другие. Такой изысканный круг общения не мог не оказать влияния на его дочь, у которой с детства развился хороший вкус и любовь к искусству. Но особенную роль в жизни Берни сыграл друг семьи, драматург Сэмюэл Крисп (1707–1783): позже именно Криспу юная Берни писала письма, в которых рассказывала о своей лондонской жизни, что поспособствовало развитию ее литературного таланта. Отголоски этой переписки заметны в посланиях Эвелины к мистеру Вилларсу.

Первым романом Берни, увидевшим свет, стала «Эвелина, или История вступления юной леди в свет». Книгу издали в 1778 году, причем Фанни попыталась замаскировать свой почерк и отправила издателю рукопись анонимно, боясь неодобрения отца и мачехи (мать писательницы умерла, когда ей было десять лет, отец женился повторно в 1767 году). Произведение сразу же достигло успеха, и Чарлз Берни всячески поддержал дочь.

В 1779 году Берни написала комедию «Уитлинги», высмеивающую лондонское общество. Театр Друри-Лейн был готов поставить пьесу, но в этом случае и отец, и Крисп посчитали, что женщине не подобает быть драматургом. Впрочем, талант драматурга в Берни не пропал: в «Эвелину» она включила множество гротескных, написанных в театральном духе сценок и диалогов, ярко раскрывающих характеры персонажей.

В 1782 году в свет выходит «Сесилия» –  роман, цитата из которого послужила названием для известного романа Джейн Остен. Слова «Гордость и предубеждение» Остен скорее всего взяла именно оттуда. Произведение пользовалось популярностью –  в нем описывается судьба богатой девушки, потерявшей состояние из-за своих расточительных светских знакомых.

Берни была представлена ко двору Георга III и королевы Шарлотты в 1785 году. Впоследствии она стала хранительницей гардеробной королевы. Однако эта работа не оставляла Фрэнсис времени на писательство. Пять лет спустя она все еще была не замужем, а здоровье ее ухудшилось. Пост при дворе пришлось оставить.

Когда началась Великая французская революция, Берни была одной из тех, кто поддержал идеи социального равенства и свобод. В 1789 году она познакомилась с Александром д’Арбле (1754–1818), генерал-адъютантом маркиза Жильбера де Лафайета. Во время революции д’Арбле пришлось бежать из Франции. В 1793 году Берни стала его женой, вскоре появился на свет ее единственный сын. В 1796 году она пишет роман «Камилла», который буквально спасает семью от бедности: на полученные две тысячи фунтов получилось приобрести дом в Суррее. В этом произведении ощущается влияние романтизма и даже присутствуют готические нотки; перед героиней встает множество моральных дилемм. «Камилла» была очень популярна среди современников. Любопытно, что упоминание этого романа можно встретить в «Нортенгерском аббатстве» Джейн Остен.

В 1801 году мужу Фрэнсис был предложен пост при правительстве Наполеона, и на ближайшие десять лет семья обосновалась во Франции: вернуться в Англию было невозможно из-за разгоревшейся войны. В 1810 году у писательницы был обнаружен рак груди, а в 1811 она без наркоза перенесла операцию –  мастэктомию, которую подробно описала в своих дневниках.

Последующие годы мадам д’Арбле провела в разъездах между Англией и Францией, ненадолго ей даже пришлось бежать в Бельгию, пока ее муж был вовлечен в военные действия 1815 года, связанные с временным возвращением к власти Наполеона. В конце концов семья вернулась в Англию, где Александр д’Арбле умер от рака в 1818 году.

События Французской революции нашли отражение в последнем крупном романе Берни под названием «Странница» (1814), который не снискал широкого одобрения публики.

Умерла писательница в 1840 году и была похоронена в Бате рядом со своим сыном, которого пережила на три года.

* * *

Роману «Эвелина, или История вступления юной леди в свет» предшествовал другой роман 1767 года –  «История Кэролайн Эвелин», в котором была описана жизнь матери Эвелины. Юная Берни писала его тайком и впоследствии уничтожила рукопись, вероятно, под влиянием мачехи, которая не одобряла творчество пятнадцатилетней падчерицы. Как уже говорилось выше, новая миссис Берни, как и многие ее современники, считала писательство неподобающим для женщины. Однако именно этот сюжет лег в основу данной книги, с которой русскоязычному читателю предстоит познакомиться.

Чем же уникальна «Эвелина»? С одной стороны, это роман взросления. Эвелина, чье имя напоминает нам о библейской Еве (куда заметнее это в английском языке: Evelina –  Eve), покидает свой земной рай, Берри-Хилл, и проходит через всевозможные испытания. Однако в отличие от ричардсоновской Клариссы, Эвелину не ждет грехопадение: благодаря своей стойкости и твердым моральным устоям она обретает счастье в союзе с любимым человеком. Берни отказывается от паттерна, часто встречающегося в литературе XVIII века, когда невинная и наивная героиня оказывается соблазненной и гибнет. Опасные ловеласы вроде сэра Клемента или лорда Мертона, безусловно, встречаются на пути Эвелины, но столкновение с ними не способно ее погубить (тут стоит сравнить ее судьбу с судьбой ее матери, леди Белмонт, которая пострадала от своего пусть законного, но беспринципного мужа).

С другой стороны, этот роман –  острая социальная сатира, полная ярких сцен из жизни общества XVIII века. Вместе с Эвелиной читатель наблюдает и за титулованными леди Говард и лордом Орвиллом, и за семьей Брэнгтонов, держащих лавку в непрестижной части Лондона, и за жестоким капитаном Мирваном. Героиня сталкивается даже с проститутками. Устами Эвелины Берни не просто описывает разные социальные слои, но и критически оценивает их представителей: высмеивает напыщенность манер и искусственность некоторых великосветских правил приличия, осуждает грубость, вульгарность и неотесанность, выносит приговор алчности и глупости.

Особо яркого сатирического эффекта Берни удается достичь с помощью точной передачи речи персонажей, в частности, капитана и мадам Дюваль. Берни активно использует прямую речь, не ограничиваясь описаниями, повествование ведется по большей части от лица главной героини –  молодой девушки, что придает ему особую живость, а персонажам –  реалистичность. Полифонический эффект усиливается за счет использования различных регистров речи.

Наконец, «Эвелина» в свое время была настоящим путеводителем по светской жизни Лондона, и –  в меньшей мере –  Бристоля и Бата. В романе критически описываются популярные увеселения и публичные места того времени: театры, развлекательные сады, музеи, магазины и т. п. Для нас же это настоящая возможность погрузиться в атмосферу социальной жизни XVIII века: побывать на балу, посмотреть оперу, послушать Генделя под открытым небом и даже заблудиться в опасных темных аллеях садов Воксхолл.

Одним словом, «Эвелина, или История вступления юной леди в свет» –  увлекательная книга, однозначно достойная прочтения, которая непременно найдет отклик у любителей классической литературы. А творчество Фанни Берни наконец-то перестанет быть terra incognita для русскоязычного читателя.

Я. А. Колодина

Книга I

Письмо I

Леди Говард –  к преподобному мистеру Вилларсу. Говард-Гроув, Кент

Что может быть мучительнее для друга, дорогой сэр, чем необходимость сообщить плохие новости? В самом деле, иногда тяжело определить, кто достоин большего сочувствия: рассказчик или тот, кто получает недобрые известия.

Мне только что пришло письмо от мадам Дюваль. Она в полном замешательстве и не знает, как себя повести. По-видимому, она хочет исправить совершенное ею зло и в то же время желает, чтобы все думали, будто ее не в чем упрекнуть. Она бы с радостью переложила на кого-то другого ответственность за те несчастья, в которых повинна лишь она одна. Ее письмо –  резкое, иногда оскорбительное, и это вам (а ее обязательства перед вами даже больше, нежели ее недостатки)! – вам! – она нечестиво вменяет в вину все страдания своей несчастной дочери, покойной леди Белмонт. Я изложу вам основную суть ее письма; само оно недостойно вашего внимания.

Она уверяет меня, что на протяжении многих лет постоянно намеревалась совершить поездку в Англию и потому не расспрашивала в письмах об этом прискорбном деле, надеясь задать вопросы лично. Но семейные обстоятельства удерживали ее во Франции, которую она теперь не видит возможности покинуть. Потому недавно она приложила все усилия к тому, чтобы получить достоверный отчет обо всем, что касалось ее неблагоразумной дочери. В результате этих изысканий мадам Дюваль получила некоторые основания думать, что на своем смертном одре ее дочь произвела на свет сироту. Она прелюбезно заявляет, что если вы, под чью опеку, как она понимает, был отдан ребенок, предоставите документы, подтверждающие родство, то сможете отправить дитя к ней в Париж, и она обещает его обеспечить.

Эта женщина, без всяких сомнений, в конце концов признала свое чудовищное поведение. Из ее письма очевидно, что она по-прежнему так же вульгарна и необразованна, как тогда, когда ее первый муж, мистер Эвелин, имел слабость жениться на ней. Она даже не извинилась за то, что обратилась ко мне, хотя я встречалась с ней лишь однажды.

Это письмо пробудило в моей дочери миссис Мирван неодолимое желание узнать о мотивах, которые заставили мадам Дюваль покинуть несчастную леди Белмонт в то время, когда материнское заступничество было особенно необходимо для ее спокойствия и репутации. Несмотря на то, что я лично знакома со всеми участниками дела, подобная тема всегда кажется слишком деликатной для обсуждения с заинтересованными лицами. Я не могу, таким образом, удовлетворить любопытство миссис Мирван иначе, как обратившись к вам.

Говоря, что вы можете отослать к ней ребенка, мадам Дюваль намеревается проявить милость там, где имеет обязательства. Я не претендую на то, чтобы давать вам советы, вам, чьему великодушному покровительству беспомощная сирота всем обязана. Вы единственный можете судить, что ей следует делать. Но я очень обеспокоена, что эта недостойная женщина может принести вам лишние затруднения и тревоги.