Татьяна Бэк: Отец подруги. Во власти дикаря

Пролог

– Отпустите! Что вы себе позволяете? – я упираюсь руками в грудь мужчины, нависшего надо мной и почти вдавившего в стену. С тем же успехом можно пытаться сдвинуть гору. Этот наглый мужлан как раз напоминает скалу: такой же непрошибаемый и твёрдый. Мышцы, словно каменные.

Долбанная статуя Аполлона во плоти. Хотя нет, не Аполлон, а верховный бог-громовержец Зевс, собственной персоной. И по возрасту более похож, даже седина слегка серебрит виски и бороду. И, кажется, такой же похотливо-любвеобильный, как и предводитель греческих богов.

Как назло, в кальянной зоне ресторана, куда я сбежала, чтобы спокойно позвонить и хоть ненадолго укрыться от пристального внимания мужчин, ни души. Хотя оно и понятно, – на улице такая погода, все кайфуют на летней веранде. Так что на помощь никто не придёт, хоть "караул" кричи.

– Что я себе позволяю? – его полные манящие губы кривятся в усмешке, которая больше похожа на оскал. – Всего лишь хочу попробовать, какая ты на вкус. Весь вечер интересно было. Думаю, самая настоящая конфетка!

Неожиданно наглец резко наклоняется ко мне и проводит языком по шее, от ключицы до скулы. Это было так непристойно, горячо и возбуждающе, что забываю, как дышать. Неужели взрослый приличный мужчина может позволить себе так развратно приставать к незнакомой девушке посреди ресторана? Но что-то мне подсказывает, что этот может позволить себе всё.

За столиком к нему все обращались Дикий. Как же ему идёт это прозвище, которое произносили непременно с уважением. Настоящий дикарь! Огромный, мускулистый, с обжигающим взором серо-стальных глаз. Весь вечер ловила на себе его гипнотический взгляд, от которого становилось сложно дышать, щёки краснели, а сердечко то замирало, то пускалось в пляс.

– М-м-м, сладкая шлюшка! – довольно рычит мне на ухо, вызывая стайку мурашек, разбежавшихся вдоль позвоночника.

– Я не шлюха! – волна злости накатывает, заставляя забыть о тугой спирали желания, зародившейся внизу живота.

– Ты уверена? А как ещё назвать куколку, которую прислало на деловую встречу агентство эскортниц. Если не нравится слово шлюха, могу называть тебя ночной бабочкой, путаной, проституткой. Что тебе привычнее? – его бархатный низкий голос ласкает, но слова ранят, как холодное лезвие.

– Да пошёл ты! – от обиды меня просто перекрывает. Но с ужасом понимаю, что все эти богатые крутые мужчины за столиком воспринимают меня и других девчонок из агентства именно как продажных женщин. Хотя поведение красоток настолько развязное, вызывающее и нарочито сексуальное, что кровь приливает к щекам. Но я ведь не такая!

Моя ладонь стремительно несётся навстречу чётко очерченной скуле ухмыляющегося самца. Хочется залепить ему такую пощёчину, чтоб звон стоял, но мужчина легко перехватывает мою кисть, сжимая стальными пальцами.

– Не смей поднимать на меня руку, девочка!

В его холодных серых глазах вспыхивает звериное бешенство, и мурашки вновь покрывают мою кожу, но в этот раз от страха.

– Отпустите… – пищу жалобно, сжимаясь и зажмурившись. – Я не эскортница, я не такая, просто мне очень нужны деньги. Я здесь случайно! Это первый и последний раз!

– Малышка, если ты продаёшься за бабло, то и есть самая настоящая шлюшка, а значит, должна знать своё место и делать всё, чтобы удовлетворить клиента. Поверь, тебе повезло, что тебя выбрал именно я, а не братья Алиевы. Они уж точно бы не церемонились с тобой и уже бы драли в туалете в два ствола. Да и мне надоело изображать джентльмена!

Горячая ладонь мужчины ложится на моё бедро и медленно движется вверх, задирая подол лёгкого платья.

– Интересно, если я потрогаю твои трусики, они будут уже мокрыми? – выдыхает Зевс, прожигая меня насквозь взглядом. – Давай проверим?

Пальцы мужчины легонько притрагиваются к лобку, и мне приходится прикусить губу, чтобы не застонать от его прикосновений. Испуганно сдвигаю колени, ведь этот самец прав: между ног предательски влажно, и это ужасно! Боже, как я докатилась до такого? Дрожать от страха и возбуждения, мечтать о том, чтобы этот самец отпустил меня, а лучше сжал ещё сильнее и делал всё, что ему вздумается…

Неожиданный громкий звон разбившейся посуды заставляет меня подпрыгнуть на месте, вырывая из тревожно-влажных размышлений.

– Простите, не ожидал, что тут кто-то есть! – бледный официант переводит испуганный взгляд с моего спутника на целую россыпь хрустальных осколков, покрывших пол равномерным слоем.

У дикаря такой взгляд, что парень сдавленно ойкает. Чувствую, что на секунду хватка мужчины на моих бёдрах слабеет, чем тут же пользуюсь, выворачиваясь змейкой из его объятий и припуская со всех ног в сторону спасительного выхода. Надеюсь, больше никогда не увижусь с этим мужиком!

Глава 1.

Тремя днями ранее.

Навязчивая вибрация телефона заставляет открыть глаза. Ненавижу утро! Особенно если оно начинается со звонка мобильника…

– Алло! – бурчу в трубку не слишком доброжелательно.

– Смирнова Екатерина Сергеевна? – сухой женский голос тоже не пышет дружелюбием.

– Она самая! Чего надо?

Обычно стараюсь общаться более приветливо, но сейчас слишком болит голова от недосыпа. Я только пару часов назад легла подремать после бесконечной ночной смены в качестве посудомойки в шашлычке Вагиза, где вкалывала за гроши уже вторую неделю без выходных.

– Екатерина Сергеевна, вы планируете оплачивать ваше обучение в институте? У вас завтра последний день для внесения всей суммы согласно договору! – шипит собеседница.

Чёрт, как я могла забыть? Снова понадеялась на мать, которая обещала перевести половину суммы, но, наверное, опять ушла в загул со своим новым сожителем. По крайней мере, вот уже больше недели её телефон вне зоны действия сети.

– Ой, извините. Да, я помню! Подскажите, а можно как-то в рассрочку, у меня сейчас нет всей суммы на руках?! – начинаю заискивать и включаю на максимум всё своё обаяние, но, кажется, мою собеседницу не пронять.

– Вы подписали договор на обучение и были согласны с условиями! – холодно выговаривает она.

– Да-да, конечно! Я всё оплачу. Могу сегодня же перевести часть! – с ужасом понимаю, что у меня есть от силы  одна десятая  суммы, – обучение в столичном ВУЗе стоит как крыло от Боинга. Декан уверял, что за моё участие во всех Универсиадах, меня переведут на бесплатное обучение, но только что-то не торопится исполнять своё обещание.

– Для вас за заслуги перед институтом можем сделать исключение и подождать ещё несколько дней! Но крайний срок оплаты – пятнадцатое число. В противном случае будете отчислены! –  собеседница нажала отбой, не прощаясь.

Секунд десять ещё смотрю на гаснущий экран, а затем слёзы брызгают из глаз, как у клоунов в цирке. Ничего не могу поделать, плачу навзрыд, захлёбываясь в рыданиях и тихо завывая.

Зачем я поехала в Москву? Может, матушка была права, когда говорила, что лучше поступить бесплатно в любой из вузов нашего городка? Но всегда мечтала получить образование в столичном учебном заведении. Ради этого вкалывала, как проклятая, отказывала себе во всём. Моя жизнь была посвящена учёбе, а пыльные фолианты заменили живых друзей.

– Чего ревёшь, Смирнова? – с верхней койки свешивается конопатая заспанная физиономия Анфисы – соседки по комнате. – Чего, залетела и не знаешь от кого?

От её дурацких шуточек и подколов становится совсем паршиво.

– Отстань! – реву ещё пуще.

– Ну ты чего сырость развела? Извини, тупо пошутила. Все знают, что наша Снежная королева выше глупых шашней с парнями. Говори уже, что произошло! – ловкостью мартышки Анфиса соскакивает вниз и легонько трясёт меня за плечо.

– Меня, кажется, из института выгонят! До пятнадцатого числа надо на год оплату внести, а мать опять куда-то пропала со своим очередным алкашом. Думаю, пропивают деньги, которые на моё обучение были бабушкой отложены! – рассказываю, хлюпая носом. – У меня на руках тысяч десять только есть, а Вагиз платить отказывается, говорит, к концу месяца деньги  будут, не раньше.

– Я вообще не понимаю, какого хрена ты пошла посудомойкой в эту рыгаловку.

– А какие у меня варианты? Думаешь, кому-то сильно нужна студентка без опыта, которая может только по ночам работать? А шашлычка и с общагой рядом, и всегда еда теперь у нас есть.

– С твоей внешностью у тебя куча вариантов! – Анфиса завистью смотрит на меня. – Мордашка ангельская, а фигура секс-бомбы. Мужики  от такого сочетания млеют. Я б уже давно на твоём месте богатого папика отхватила, а ты всё выкобениваешься. Вон, посмотри на Эльку с потока, она в эскорт пошла, теперь в шмотках брендовых разгуливает, с мобилой навороченной, а уж она не красавица, только тонна штукатурки и спасает.

– Предлагаешь мне стать проституткой?– от изумления и злости даже перестаю реветь.

– Вот темнота! Эскортница – это не проститутка! А девушка, которая сопровождает мужчин на встречах, в ресторанах, где бизнесмены не только о делах трещат, но и отдохнуть хотят. Спать с клиентами не обязательно, да большинство из них и не предлагает. Мне Элька визитку агентства давала, через которое работает. Где-то здесь была! – подруга шарит в своей тумбочке и достаёт на свет плотный листок картона, выглядевший весьма презентабельно и дорого. – Я ж туда ходила, но мне сразу от ворот поворот сделали, мол, рожей не вышла веснушчатой, и сиськи маловаты. А мне б даже и гонорара не надо, просто в нормальном ресторане пожрать нахаляву хоть раз, а не тухлый люля-кебаб Вагиза жевать. Ладно, пофиг, я такая голодная, что всему сейчас буду рада. Чего из шашлычки притащила?

Пока Анфиса аппетитно уплетает за оби щеки овощи гриль, я с сомнением верчу в руках стильную визитку с надписью "Модельное агентство Лаура". Кажется, другого пути у меня всё равно нет…

Глава 2.

От посещения  агентства "Лаура" у меня осталось неоднозначное впечатление. С одной стороны, всё было сдержано, стильно и очень дорого, совсем не похоже на публичный дом или сутенерское пристанище, как боялась сперва, но с другой… Слишком уж много странных вопросов. И про количество сексуальных партнёров, и имеется ли свежая справка об отсутствии заболеваний, передающихся половым путём. А уж алчный огонёк в глазах рослой красавицы Лауры Анрнольдовны, которая лично проводила со мной собеседование, когда сообщила ей, что всё ещё девственница…

Зато теперь я получила на руки сумму, которая равнялась моему недельному заработку в шашлычке Вагиза. К ней прилагался ряд советов, как вести себя, что надеть, о чём говорить, а в идеале не говорить и сексуально хлопать глазками.

Разглядываю себя в зеркале и не верю, что это я. В пыльной поверхности отражается какая-то незнакомая сексуальная особа с ярким макияжем, белокурыми кудрями и в обтягивающем платье. Она могла бы показаться вульгарной и развязной, если бы не растерянное выражение лица и испуганные глаза. Наверное, я слишком привыкла к своим любимым джинсам и кроссовкам, а в последний раз красилась на выпускной в школе.

Кажется, не смогу выйти из комнаты в таком виде. Может, позвонить Лауре, сказать, что заболела и вернуть деньги, а самой пойти к Вагизу намывать тарелки всю ночь напролёт за пятьсот рублей? От жалости к себе слёзы вновь набегают на глаза. Нельзя реветь, испорчу макияж! Усмехаюсь своим мыслям. Ну вот, я превращаюсь в настоящую женщину: не плачу, ибо потечёт тушь. Отличный способ самоконтроля, надо взять на вооружение.

К счастью, за мной заходит Эля, которая тоже сегодня участвует в «мероприятии». Когда дверь открывается, и она вваливается внутрь, наполняя пространство ароматом сладких духов и свежего перегара, понимаю, что по сравнению с ней выгляжу как монашка. Её короткое платье едва прикрывает попку, а объёмная грудь норовит вот-вот выпрыгнуть из декольте.