Проехав зубами по нижней губе, опускаюсь на колени над ее ногой, которая остается лежать на полу. Вот именно так сейчас подтянуть ее за бедра и насадить на мой ствол.

У-у-ух, еще жарче стало.

Внезапно она распахивает глаза и резко опускает ногу. Та летит мне в голову. Перехватываю и дергаю на себя, практически впечатывая промежностью в свой пах.

Глава 3

Нахальная сволочь!

Кем он себя возомнил?!

Прожигает меня темным, тяжелым взглядом и хищно облизывает губы, скалясь на меня, словно дикое животное. От этого взгляда по телу разбегаются мурашки. Хоть я и стараюсь их не замечать, но они покалывают кожу, привлекая к себе внимание.

На несколько секунд я даже застываю в растерянности, а потом его твердый член через шорты толкается в мою промежность. Ощущается как пощечина, которая в мгновение ока отрезвляет меня.

Срываю наушники и, бросив их на пол, толкаю бесстыжего студента в плечи. Его мышцы твердые, как скала. Такого не сдвинуть с места, даже если я буду очень сильно стараться. Но он на удивление легко поддается и отодвигается.

Я вскакиваю на ноги и хватаюсь за перекладину шведской стенки, потому что у меня на мгновение темнеет в глазах от перепада давления. Пульс долбит в ушах так, что я на несколько секунд даже глохну.

– Ты что себе позволяешь? – шиплю, когда ловлю этого наглеца фокус, и слух восстанавливается, возвращая меня в реальность из вакуума. – Я тебе что, подружка, чтобы вытворять такое?

Нахальный студент медленно поднимается на ноги, склоняет голову набок и смотрит на меня своим раздевающим взглядом. Бесстыжим, как и он сам.

Я изо всех сил стараюсь не опускать взгляд на его точеный торс, сплошь состоящий из мышц. Они слегка дергаются, как будто он делает это специально, чтобы я опустила взгляд от его наглых глаз.

Черт, кажется, я уже соскучилась по ощущению мужского тела на своем. Но это точно не должен быть мой студент!

Нахал проводит ровными зубами по нижней губе и хищно усмехается.

– Нет, ты мне не подружка, – отзывается он низким, чуть хрипловатым голосом. – Подружка мне и не нужна. Я не дружить с тобой хочу, а нагнуть и трахнуть.

– Да что ты… – задыхаюсь от ярости, я не в состоянии закончить предложение. Чувствую, как лицо краснеет, и меня бросает в жар.

– Что я себе позволяю? – дергает он бровью. – То, что считаю нужным.

– Ты переходишь черту, – произношу строго, наконец вспомнив, что я здесь старше и вообще преподаватель. – Тебе еще сдавать мне экзамен. Так что фильтруй свою речь и контролируй движения тела.

– М-м-м, зачет у зачетной преподши, – в ленивой манере растягивает он слова. – Все, как я люблю, – облизывается. – А свои движения я контролирую, они очень четкие. – Он подается вперед, и мое тело опять покрывается мурашками. Снижает голос так, что теперь звучит, как чистый секс. – Особенно когда вколачиваюсь в нежное тело, как у тебя.

– Немедленно… – начинаю, но не знаю что сказать дальше. Я же не могу выставить его из спортзала. Да и, откровенно говоря, меня просто сшибает с ног такая неприкрытая дерзость. – Следи за языком! – рявкаю я и собираю свои вещи.

– Когда он окажется у тебя между ног, поверь, я буду контролировать его в лучшем виде, – бросается обещаниями этот паршивец.

– И хватит мне тыкать! – рычу.

– О, я бы потыкал в самые чувствительные места.

Рыча, хватаю с пола свой коврик для йоги и, даже не сворачивая его, засовываю подмышку. Выпрямившись, прошиваю взглядом наглеца и шиплю:

– А чего это ты такой борзый? Считаешь, что все девочки любят плохишей? Так я вышла из пубертатного возраста. И меня привлекают уже другие мужчины. А ты… – окидываю его уничижительным взглядом. – Ты еще даже не мужчина. Так, мальчик. Так что ищи себе развлечения по уровню, а меня оставь в покое.

Резко развернувшись, тороплюсь в женскую раздевалку. Ноги настолько сильно дрожат, что мне едва удается идти ровно.

Адреналин долбит так, что сердце подскакивает к горлу, перекрывая кислород. Хватаю ртом спасительный воздух, чтобы не упасть в обморок от асфиксии.

Слишком знакомые чувства.

Слишком знакомые взгляды.

А я, дура, еще и провоцирую.

Я ведь знаю, как будет дальше развиваться сценарий.

Вот я отшила его и тем самым, вполне возможно, подцепила на крючок еще плотнее. И теперь у него в голове сработает триггер, что я должна во что бы ты ни стало подчиниться ему. Теперь по сценарию он должен стать хорошим. Пытаться красиво ухаживать, делать роскошные жесты, поднимая меня на самую вершину сахарного шоу, пока я не окажусь на соседнем крючке.

Как только он поймет, что я влюблена, начнет обрушивать меня на самое дно. А там унижения, убеждение в моей никчемности, скандалы, попытки вызвать чувство вины и, возможно, даже побои. После этого снова подъем, а потом эти манипуляции просто становятся цикличными. Разорвать такой порочный круг, мягко говоря, очень сложно.

Я все это проходила с бывшим мужем. Абсолютно все. Теперь эта сволочь сидит в тюрьме, а я строю новую жизнь. Больше я на такое не поведусь.

Принимаю душ, переодеваюсь в чистую, сухую одежду и, повесив сумку на плечо, выхожу из спортзала. Оглядываюсь по сторонам, чтобы не пересечься снова со своим студентом. Вот сейчас, когда адреналин уже отпустил, и меня слегка знобит, я не готова вступать в перепалки с ним. На меня накатила такая усталость, что я хочу как можно скорее оказаться дома.

На парковке забрасываю на заднее сиденье спортивную сумку, забрав из нее телефон, и захлопываю дверцу, после чего вскрикиваю, потому что прямо передо мной вырастает темная тень в черном капюшоне.

Глава 4

Замираю, давясь воздухом, и пытаюсь в темноте рассмотреть лицо того, кто скрыт в тени капюшона.

– Что… что вам надо? – спрашиваю чуть дрожащим голосом.

На автомате подсчитываю, сколько Славику осталось сидеть. У меня в запасе еще два месяца вроде, так что это точно не он. Я узнавала, его не выпустят раньше декабря.

– А ты как думаешь, Золотко? – практически шепотом спрашивает мужчина, надвигаясь на меня. Меня передергивает от этого прозвища. Так называл меня бывший муж.

Давай, Злата, ты же ходила на курсы самообороны. Ты сможешь завалить этого бугая. Или, по крайней мере, обмануть и сбежать.

Отступаю, чтобы выиграть для себя пространство для маневра. Но он делает резкий выпад вперед и, схватив меня за шею, разворачивает лицом к машине, впечатывая в дверцу и прижимая к ней своим телом. Я открываю рот, чтобы закричать, но он закрывает его своей ладонью, и получается какое-то невнятное мычание.

Такое ощущение, будто только у меня закончилось занятие. На парковке куча машин, но ни одного человека. Хоть бы кто-то вышел и помог мне. Зал набит качками, но ни один из них не торопится покинуть спорткомплекс.

Я чувствую мускусный аромат парфюма от этого мужчины. На такое я тоже больше не ведусь. Самые страшные ублюдки могут пользоваться дорогим парфюмом и стильно одеваться. Но почему-то именно этот запах кажется мне знакомым.

Губы касаются кромки уха, и я вздрагиваю.

– Как думаешь, золотая моя, чего я могу хотеть? – произносит он, и меня передергивает от ярости.

Опять мой студент!

Пытаюсь что-то сказать, но он по-прежнему держит ладонь на моих губах. Плотнее прижимается к моему телу сзади, и мне кажется, будто я чувствую его рельефы даже через одежду.

– Не торопись отказываться от удовольствия, – заявляет этот наглец, имени которого я даже не знаю. – Ты еще не знаешь, чего лишаешь это роскошное тело.

– Даже знать не хочу, – мычу в его руку, а он хрипло смеется. От этого смеха по затылку бегут мурашки.

– Спроси у любого в универе, Дым всегда добивается своего. И если я хочу засадить какой-то девчонке, я это сделаю.

Наконец он отпускает мои руки, и я резко разворачиваюсь, но он не выпускает меня из клетки своего тела. Взмахиваю руками, чтобы вцепиться ему в лицо, но в этот момент мой новенький телефон вылетает, и проскакав жабкой по асфальту, падает возле переднего колеса.

– Какого черта ты позволяешь себе так со мной разговаривать?! – выкрикиваю я и замахиваюсь во второй раз, чтобы на этот раз впечатать ладонь в его щеку, но мой студент перехватывает мои руки и удерживает за запястья.

– Никто не смеет отвешивать мне пощечины, – цедит он.

– Никто не смеет так разговаривать со мной и вести себя, будто я предмет интерьера, а не живой человек! – восклицаю. – Из-за тебя разбился мой телефон. Новый, между прочим.

– За телефон прошу прощения, – отзывается он ровным тоном, отпуская мои руки. – За все остальное – нет. Увидимся, Золотко.

Оттолкнувшись от машины, он разворачивается и, засунув руки в карманы спортивных штанов, спокойно идет к черной тачке с тонированными стеклами.

Я кладу руку чуть выше груди и пытаюсь дышать, чтобы успокоить свое колотящееся сердце. Кровь в ушах шумит так сильно, что я не с первого раза слышу, как пиликает мой телефон входящими сообщениями. Они сыплются одно за другим, и где-то на третьем я наконец отмираю и, присев, поднимаю гаджет с асфальта. Экран покрылся мелкой паутинкой, но даже через нее я вижу сообщение от моей сестры Даши:

“Злата, Славик на свободе. Вышел по УДО”

Домой еду как под наркозом.

В зеркало заднего вида вижу черную машину, которая движется четко за мной, ни на секунду не отклоняясь от заданной траектории.

Я знаю, кто сидит за рулем. Но сейчас мне на это плевать, потому что у меня появилась проблема посерьезнее моего неугомонного студента.

Внутри я вся вибрирую. Да что говорить? Снаружи – тоже. Меня всю трясет так сильно, что зуб на зуб не попадает. Утешает только то, что сестра тоже едет ко мне. И то, что у нее появился парень, который сможет ее защитить от моего подонка бывшего.

Я, конечно, надеюсь, что его отпустило, и он не станет меня искать.

А если станет, то у меня новый номер телефона и новый адрес в другом городе.

Сворачиваю в свой двор и бросаю в зеркало раздраженный взгляд.

Почему, блин, ко мне цепляются только психопаты? Нормальных мужчин на мой век не предусмотрено?!

Торможу и уже хочу выйти из машины, чтобы выплеснуть всю свою ярость на наглого студента, но не успеваю даже открыть дверь, как он объезжает мою машину и покидает двор.

Пусть катится. Задолбал.

Схватив свои вещи, тороплюсь к подъезду, на всякий случай сканируя двор.

Мало ли, как давно вышел Славик, и какие меры уже предпринял для того, чтобы разыскать меня.

Дашка ждет уже под дверью.

– А где твой ключ? – спрашиваю, отпирая квартиру.

– Забыла дома, лень было ехать. Я из бассейна.

Мы заходим в квартиру, сбрасываем обувь и идем сразу на кухню. Не сговариваясь, расходимся в разные стороны. Сестра достает из холодильника белое вино, а я – бокалы из шкафчика.

Дашка откупоривает бутылку, разливает напиток по бокалам, а я достаю из холодильника запеченное мясо и подготовленный салат, чтобы поужинать.

– Кто сказал тебе про Славика? – спрашиваю я.

– Колька Абрамов. Помнишь его? Одноклассник твой.

– Ага, помню.

– Говорит, видел Славика на автовокзале.

– Черт, – шиплю я и дергаю рукой. Нож, которым я резала мясо, выпадает и с грохотом летит на пол.

– Садись за стол, я сама все сделаю, – говорит Дашка, подталкивая меня к кухонному островку. – Ты так из-за Славика расстроилась? Он же не должен тебя найти.

– Кроме Славика у меня появилась еще одна проблема, – вздыхаю и делаю пару глотков вина.

– Рассказывай.

Глава 5

Я прямо чувствую его взгляд.

Волоски на теле встают дыбом, а по коже прокатывается волна дрожи.

И между ног все сокращается, когда ко мне в полной мере возвращается ощущение того, как он вчера врезался мне в пах в спортзале.