Муж стоит у стола и нарезает хлеб толстыми ломтями. На каждый кладет по увесистому куску вареной колбасы и сыра. На столе замечаю миску помытого зеленого винограда, еще с каплями воды на ягодах.

Смотрю на все это и в груди почему-то теплеет. Все так просто, но видно, что муж старается.

– Утречка, – говорю хриплым голосом.

– И тебе, – улыбается он и ставит тарелку с бутербродами в центр стола. – Завтрак готов.

– Мило, Валь, – сонно улыбаюсь. – Сейчас только зубы почищу.

Через пять минут я сажусь за стол слева от мужа, беру бутерброд и откусываю кусок.

Валя кладет руку мне на колено.

– Дель, слушай, ты только не накручивай себя, ладно? – его голос спокойный, почти ласковый.

Я делаю глоток горячего кофе и смотрю на мужа. Он продолжает:

– Ты моя жена. Я люблю тебя.

Я киваю, будто верю. Или пытаюсь верить.

– Хорошо, – тихо отвечаю, чтобы не выдать дрожь в голосе.

Он целует меня в висок.

Мы быстро завтракаем. Потом Валя одевается и уходит на работу.

Дверь хлопает, и тишина снова накрывает квартиру.

Завтра у меня рабочий день по сменному графику, а сегодня нужно заняться домашними делами. Пропылесосить, протереть пыль…

Смотрю на пустую тарелку из-под бутербродов, на миску с остатками винограда, и думаю… что это вообще было?

Валя чувствует свою вину за то, что накричал вчера?

Или пытается притупить мою бдительность, чтобы я не стала искать следы любовницы в его жизни?

Сейчас я вижу, что муж хочет, чтобы я ему верила.

В любви признался. Завтрак сделал в кои-то веки.

Значит, я правда ему нужна.

Но это не исключает того факта, что у Вали может быть любовница.

Сомнения меня не отпускают. Это не случайно найденный волос. Это целая женщина, которая заявилась ко мне на порог, объявив себя любовницей моего мужа. На такое просто не получается закрыть глаза.

Телефон начинает вибрировать, отрывая меня от мыслей. Входящий звонок от начальницы. Сердце ухает. Отвечаю:

– Да, Динара Руслановна?

– Ада, привет, – ее голос сухой, уставший. – Ну что, как мы и думали, нас всех сокращают.

У меня в ушах начинает звенеть.

– Когда?

– Сегодня последний рабочий день. Приезжай. Подпишешь документы и получишь расчет.

Я сжимаю трубку так, что пальцы сводит.

– Всех сократили? До одного?

– Да, весь отдел. Все давно к этому шло, ты же сама понимаешь. Это было очевидно сразу после слияния компаний. Зачем “Рассвету” наши логисты, если у них есть свои?

– Да, понимаю, – говорю отрешенно. – Хорошо. Я сейчас приеду.

Сбрасываю звонок и потом еще долго смотрю на потухший экран. Словно свет выключился во мне. И так пусто и темно стало внутри. И только какой-то холодный, гулкий ветер гуляет где то в этой кромешной тьме.

Когда отхожу от ступора, пишу Вале:

“Меня сократили”.

Смотрю на экран, но муж не отвечает.

И от этого пустота внутри становится еще глубже. Грудь сдавливает, будто ее затянули ремнем. В горле начинает першить.

Да. Слухи о сокращении ходили давно, но это были лишь слухи. Шли месяцы, и мы все сидели на своих местах. А теперь… вот как. И вроде за столько времени можно было подготовиться к этой новости морально, но нет… Не получилось.

Собираюсь неспешно, будто оттягиваю момент неизбежного. Выбираю простую, светло-голубую блузку, заправляю ее в джинсы. Волосы собираю в хвост, чтобы не мешали.

Потом смотрюсь в зеркало, вглядываясь в лицо. Под глазами залегли синяки, кожа стала бледнее, кажется, будто я постарела лет на пять.

Еще бы… с такими-то новостями со всех сторон.

Дорога до офиса тянется мучительно. Я смотрю на улицы в окно автобуса, маршрут привычный, но я понимаю, что еду не на работу, а прощаться. Сердце стучит, уши заложило. Хочется повернуть обратно, но ноги все равно ведут в офис.

Я работала на эту компанию три с половиной года. Я всех тут знаю, хорошо понимаю свои обязанности, чувствую себя, как рыба в воде…

А теперь, придется искать что-то другое, ходить по собеседованиям, учится заново… И найду ли я что-то такое же достойное?

Захожу в здание, вахтерша здоровается, узнав меня.

Потом лифт, пятый этаж. Знакомый серый коридор с кучей дверей по обе стороны. Мимо проходят коллеги с пакетами, в которых, я знаю, лежат их пожитки, все, что накопилось в офисе за годы работы.

И я тоже дохожу до кабинета и собираю вещи в две большие сумки. Ну и накопила же я всякой мелочевки тут. От жидкого мыла для рук до коробки с чаем.

– Ну что, девчонки, давайте не теряться, – говорит Лена, старший логист, когда мы встречаемся в бытовке. – Мы же столько лет вместе. Давайте сделаем общий чат, будем делиться новостями.

– Давайте, конечно, – подхватывают остальные.

– Обязательно, – соглашаюсь я и чувствую, что мне очень грустно.

Будто в моей жизни были столпы, на которых все держалось. Крепкий брак, стабильная работа… А теперь все рушится, выбивая почву из-под ног.

Обнимаю Лену, потом Олю, потом остальных девчонок, с кем общалась.

Потом подписываю документы, получаю расчет. И с двумя пакетами в руках выхожу из здания.

Вот и все.

Когда приезжаю домой, мне, наконец, звонит муж.

– Привет, – его голос взволнованный. – Совещание было, не мог ответить.

– Понятно, – отвечаю, разбирая пакеты.

– Держись, зайка. Все получится. Найдешь что-то новое, может, даже лучше.

– Надеюсь.

Хорошо, что муж поддерживает. Так хоть немного, но легче.

Не буду раскисать. Сейчас соберусь с духом и сяду за резюме. Нужно его поправить, и можно искать работу.

К вечеру я готовлю плов в мультиварке.

Приходит Валя. На этот раз в нормальном настроении. И вовремя.

Мы садимся ужинать.

И мужу кто-то пишет.

А я вдруг замечаю, у него на телефоне новое стекло. Зеркальное. Вот я сижу сбоку и не вижу, что у него на экране, что и кому он печатает. Как давно оно у него?

Валя набирает сообщение, а потом откладывает телефон в сторону. Экраном вниз.

У меня гулко начинает стучать сердце.

– Кто пишет? – спрашиваю.

– Да там… по работе, – отмахивается муж.

Я внимательно смотрю на него.

– Покажи.

Валя тут же поднимает брови.

– Ты серьезно? Не доверяешь мне?

– После вчерашнего… я просто хочу убедиться. Покажи, тебе же нечего скрывать.

– Я не буду потакать твоему бреду! – Муж отбрасывает вилку. – Спасибо, аппетит испорчен.

Валя хватает свой телефон со стола и направляется к ванной.

Я догоняю и преграждаю ему путь.

– Чего еще?!

– Валя, или ты сейчас же показываешь мне телефон, или я делаю вывод, что у тебя кто-то есть. И тогда… тогда… мы разводимся!

Протягиваю раскрытую ладонь, чтобы он дал мне свой телефон.

– Я жду.

Глава 4

Протягиваю раскрытую ладонь перед мужем, чтобы он дал мне свой телефон.

– Я жду.

Валя мрачнее тучи. На лице играют желваки. Муж понимает, что я загнала его в угол. Тут уже, как ни крути, если сейчас не даст телефон, будет очевидно, что он что-то скрывает.

– Я не понимаю, как ты можешь мне не верить, – не прекращает попыток отговорить меня.

– Я поверю, если посмотрю.

Он с силой сжимает телефон в руке. Стоит так пару секунд, не глядя на меня, будто обдумывает решение. А потом все же протягивает мне гаджет.

– На, смотри! – выплевывает слова мне в лицо.

Я беру телефон.

– Тут пароль.

Муж сам вводит цифры. Блокировка снимается.

Я открываю мессенджер.

Последнее сообщение от Марины.

Внутри короткая переписка. Всего пара сообщений.

Она пишет: “завтра иду на прием”.

И Валя ей отвечает: “напиши мне потом, как выйдешь от врача”.

Переписка свежая. Это этой Марине он отвечал сейчас за столом.

У меня по спине пробегает холодок, а в груди все неприятно сжимается.

– Кто это, Валь? – спрашиваю и чувствую, как дрожу всем телом.

Муж выхватывает у меня телефон, отвечает зло:

– Это коллега. У нее с мочевым проблемы. Цистит этот ваш бабский. Я дал ей контакт Мишки. Потому что он лучший уролог. Попросил, чтобы рассказала потом, помог или нет.

Я не верю… Это какой-то бред.

– А вы на работе об этом не достаточно поговорили, чтобы потом еще и переписываться? И что это за коллега, Марина? Я такой не помню. Ты никогда про нее не говорил.

– У нас огромный офис. Я тебе про каждого рассказывать должен?

Не верю, что все это происходит с нами…

В ушах уже шум крови, сердце бешено колотится.

– Больше похоже, Валь, – произношу дрожащим голосом, и чувствую, как в носу начинает щипать, – что это переписка с той блондинкой, и что она пойдет на прием по поводу своей беременности, а ты ждешь новостей.

Муж поджимает челюсть.

– Ты фантазерка. И у тебя уже паранойя, Адель. Забудь ты про эту блондинку! Нет у меня никакой любовницы. Почему ты мне не веришь? Или ты увидела где-то у меня в переписке поцелуйчики и обсуждения горячего секса с какой-нибудь бабой? Не было там такого! А это коллега, и я тебе уже все объяснил!

– Так там всего пара сообщений, ты просто стер остальные!

На глаза все же выступают слезы. Я глубоко дышу, стараясь не уйти в истерику.

– У тебя точно какая-то навязчивая идея уличить меня в измене. Никогда такого раньше не было. Может, тебе своей головой заняться, а не на меня все сваливать?

– Ах так? То есть, это мне кажется?

– Да, кажется, – отвечает, сложив руки на груди.

– Хорошо, – говорю улыбаясь, но эта улыбка не от радости, она нервная, кривая. – А давай, позвоним ей и проверим? А?

Смотрю на мужа с вызовом.

– Я не буду звонить коллеге и позориться, что моя жена что-то подозревает.

– А ты не говори про подозрения, просто скажи про уролога, если она поймет тебя, значит не врешь.

– Я не буду этим заниматься.

Я вздыхаю, сжав кулаки, до боли вонзив ногти в кожу.

– Все с тобой понятно, Валь.

Уже разворачиваюсь, чтобы уйти, но муж одергивает меня.

– Ладно! Хрен с тобой!

Он открывает контакты на телефоне и набирает эту Марину.

Ставит на громкую. Держит телефон в руке между нами.

Я стою.

Не дышу.

Чувствую удары сердца о ребра.

И вот раздается голос в динамике:

– Алло.

Мой слух тут же напрягается, пытается вытянуть из памяти голос той блондинки. Но динамики искажают звук. Я не могу разобрать, она это или нет.

– Алло, Марин, – говорит муж, не глядя мне в глаза, – насчет твоего завтрашнего приема к урологу.

– Да? – отвечает она.

– Мишка наверняка тебя на узи отправит. Нужно будет побольше воды за час до приема выпить.

Пауза.

Ее вздох из динамика. Такой тяжелый, уставший.

Я смотрю на мужа, а у него все лицо красное, как у вареного рака. Даже пот на лбу выступил.

– Я знаю, – наконец, отвечает девушка. – Спасибо.

– Ладно, тогда пока.

Валя быстро сбрасывает звонок, даже с каким-то остервенением. И зло смотрит на меня.

– Убедилась?!

Я молчу. Часто моргаю. Не знаю, что сказать.

– И закрыли тему! – орет.

Муж уходит в ванную.

Хоть он и показал телефон, и позвонил этой девушке при мне – я не верю.

Слишком Валя нервничает для человека, которому нечего скрывать.

Ночью, когда муж засыпает, я решаю посмотреть номер этой Марины в его телефонной книжке и позвонить ей. Я поговорю с ней сама. Если это та девушка, что приходила ко мне, я узнаю, когда поговорю.

Я тихо обхожу кровать и беру с тумбочки телефон Вали. Ввожу пароль, тот, что видела сегодня, но он не подходит. Две попытки, и никак. Еще одна и телефон заблокируется.

Бесполезно. Я не смогу залезть в его телефон, чтобы Валя не узнал.