Как только близнецы стали совершеннолетними, они с Толиком рванули в Москву. Можно было и в столицу, конечно, но Москва – город торговый, там работы больше. Да и давно заведено: если нечего терять, то тебе рада Столица монет, а если есть деньги или влияние, то перебирайся в Петербург и крутись в высшем обществе.

– Вы вместе?

– Я чувствую в твоих словах скепсис. – Толик откинулся на спинку стула. – И скепсис этот зря.

Он повернул кисть, и Инга заметила тонкий ободок кольца.

– Это…

– Ага, – приятель улыбнулся во все свои тридцать два зуба, – месяц как.

– Поздравляю!

Значит, Толик добился-таки своего. Он ведь звал в Москву с самого начала, предлагал вчетвером устраиваться, но Инга из-за своего положения отказалась наотрез. По югу с его множеством приезжих и малым количеством магиков, по селениям Кубанской или Черноморской губерний, она могла путешествовать без особой боязни. Стоило, конечно, соблюдать осторожность: нарушь Инга закон, все быстро бы вскрылось, и ее вернули бы в приют. Но, пока живешь тихо, никто не задает вопросов. Летом на море есть где заработать: хоть горничной, хоть продавцом всякой курортной всячины, хоть аниматором. Денег накопишь – и в глушь, жить в развалюхах и помогать по хозяйству старикам до следующего лета. Пару раз она едва не попалась, но пронесло.

А вот крупные города с их системой контроля за магиками Ингу не прельщали. Остановят еще люди из Особого отдела – а они могли взять в оборот любого одаренного, – и все, пиши пропало. Может, страх и надуманный, но для нее вполне реальный. Да и не хотелось ей менять уже налаженную, в общем-то, жизнь.

Так прошли четыре года. И прошли бы еще четыре, но написал Толик, предлагая работу с проживанием и очень, очень хорошей зарплатой. Приятель клялся и божился, что все честно и чисто, намекал на перспективы, легализацию и прочие блага, получаемые в обход закона за большие суммы. Прислал денег на билет, чтобы не в товарняках кататься. В кассах Инге делать нечего, но с помощью частников и с деньгами можно добраться куда угодно и без паспорта. Можно было бы, конечно, взять присланное и уехать подальше, но…

Но все же Толик прав – в Москве больше перспектив. Он дал слово найти ей тут место и сдержал обещание.

– Ты, похоже, витаешь в облаках, – усмехнулся приятель.

– Прости, – спохватилась Инга, выныривая из воспоминаний. – Задумалась о былых днях. А про Москву… Я на Каланчевку приехала. Там неподалеку есть недорогой хостел, но и контингент там соответствующий.

Толик рукой махнул:

– Забудь о них. Все эти «покорители купеческой столицы» без умений, связей и денег приехали и думают, что смогут найти себе лучшую жизнь.

– Как и я.

– У тебя есть связи, – искренне улыбнулся приятель. – Вот я, например. И шеф мой, Антон Сергеевич. Он мировой мужик. Один в один как Виталик, наш физрук. Единственный ведь стоящий человек был во всем «Приюте сердца».

Инга хмыкнула:

– А мы?

– Я про взрослых, – отмахнулся Толик. – В общем, Антон Сергеевич – реально крутой чувак. Я, как приехал, все искал, чем заняться. Как-то нанялся в бар и там одну свару разрулил вовремя. Подумал: а что бы тут Инга увидела и что бы сказала? И все как надо сделал. Владелец рассказал шефу сети, а тому нужен был помощник. Подай, принеси, напомни, постой, послушай, пообщайся с курьером, садовником, вот это все… Меня и взяли. И платить мне можно меньше, чем коренным, и тяжелое носить могу, и дочке его глянулся, сижу с ней иногда. Та еще егоза… – Он прервал сам себя, вовремя спохватившись: – И что я о себе-то?.. Кароч, Антон Сергеевич – отличный мужик. И он недавно купил себе загородный домик, прислугу туда перевез. Но старый-то дом у него остался, и за ним кто-то должен присматривать. Я и сказал, чтобы он тебя взял. Ты-то человек проверенный, руки откуда надо растут. И давай честно, даже за зарплату, как две твоих на морях, коренные не особо хотят идти на такую работу. А кто хочет – ни мозгов, ни трудолюбия, все надеются охмурить или самого шефа, или еще кого рядом. А ты не такая.

Инга слушала приятеля, чуть склонив голову. Она знала Толика не один год и сейчас и без привычного внимания к сказанным словам, к скрытым за ними эмоциям понимала, что тут имелось что-то еще, о чем приятель предпочел молчать. Что-то, о чем она не должна была знать. Инга оглянулась и, не найдя никого рядом, решилась:

– Ты рассказал ему обо мне все, верно? – Она лишь предположила, но по лицу приятеля поняла, что попала в точку. – Толя, зачем?! Ты же обещал!

Инга вскочила со стула и подхватила потертый рюкзак, озираясь в поисках выхода.

– Подожди, я объясню…

– Я ведь просила!

Инга бросилась прочь. Она успела выбежать из ресторана и миновать пару домов, когда Толик догнал и схватил за плечо.

– Да подожди ты! Давай хоть доедим, а? Еще десерты же. Ин, ну правда, ты всю жизнь хочешь без кола, двора и работы провести, а? А тут такие перспективы! Я бы не звал тебя, если бы во всем не был уверен! Клянусь! Это, блин, реальный шанс!

Инга не вырывалась только потому, что это Толик. Толик, который защищал ее в приюте как мог, в том числе и от парней, решивших потешиться над «дерзкой недотрогой».

Она постаралась успокоиться, сделав пару глубоких вдохов. Толик верил во все, о чем говорил. Верил! Не хотел признаваться сразу, представляя реакцию, но все же не желал зла. Инга еще раз глубоко вдохнула. Может, и правда, вот он – шанс, который бывает раз в жизни? Не о том ли она мечтала, пока директор приюта не привязала ее к себе навечно, использовав тот дурацкий закон? Деньги, уважение, тот, кто оценит ее таланты…

– Ладно, давай доедим. И ты расскажешь все как есть. Но только честно.

Толик улыбнулся и отпустил ее.

Вышколенные официанты никак не отреагировали ни на побег посетителей, ни на их возвращение. Убрали лишь пару уже пустых тарелок – и все.

Инга снова принялась за картошку с мясом. До этого она лишь раз была в ресторане – когда владелец прибрежной гостиницы в честь окончания сезона с хорошей прибылью повез сотрудников тратить маленькую часть этой прибыли. Но то место по сравнению с этим казалось приютской столовой.

– Круто ведь тут, а? – заметил Толик, когда принесли заварные пирожные из тонкого теста и вкусно пахнущий чай. – Если все как надо пойдет, то ты сможешь в таких местах хоть каждый день есть.

– Еще скажи, что молочные реки с кисельными берегами на горизонте.

Толик придвинулся ближе и, понизив голос, заговорил:

– Дело такое: шеф собирается расширяться. Много переговоров, много контрактов. Прошла информация из проверенных источников, что с десяток игроков скоро уйдет. Бизнес – он такой, никогда не знаешь, чего ждать. Вон пару месяцев назад шефа чуть не кинули, я и рассказал, как сам едва не вляпался, там, в Новоросе, ты помнишь. Шеф заинтересовался что и как. Я и сказал все… В общем, твои ж силы даже через все эти амулеты и чары работают. Представь, насколько круто такого человека иметь за столом переговоров, а?

Работают, да. Ложь и отголоски настроений в словах людей Инга различала в любой ситуации. Выяснилось это на тестировании, по результату которого ее привязали к приюту. Тесты проводил купленный специалист, навесивший на себя все положенные артефакты. Вот только Инга быстро поняла, что, как бы ни ответила, все равно получит красную метку. Одна печать в документах – и на всех мечтах о будущем можно поставить жирный крест. Просто потому, что кое-кому так захотелось.

– В общем, штука в чем: Антон Сергеевич хочет устроить тебя на работу. Горничной. Официально. И будет проводить в том доме ужины и в свет иногда тебя водить – за дополнительную плату. Без интима, ты не подумай. У него контракт брачный, все дела. Куча денег просто за то, что ты будешь слушать всех этих «партнеров по бизнесу» и говорить потом что и как, кто кидок, а кто – нет. Потому что так все заработают еще больше денег. И я тоже. Всем выгода, а?

Инга бросила взгляд на Толика:

– А ты посредник?

– Вроде того, – не стал скрывать приятель, – но все честно. И если ты сейчас доешь, выйдешь отсюда и решишь уехать прочь – никто и слова не скажет. И деньги, которые я прислал, возвращать не надо, ты не думай. Это просто предложение. Антону Сергеевичу нужны те, кто искренне готов бок о бок работать, а не те, кого он шантажом или еще чем держать будет. Он такой, знает, что на доверии все строится. Метка твоя и прочее – ерунда. И документы нормальные будут, не вопрос. Мы все обговорили. Я б тебя не позвал, если б не был уверен. Мы ж сколько друг за друга держались!

Инга запустила руку в волосы и по привычке накрутила на палец конец черной пряди. За все блага нужно платить, но сделка казалась честной. Ровно то же самое, что и в приюте: смотри на нужных людей, различай правду и ложь и рассказывай о своих выводах. Инга это умела с детства.

В Москве, Столице монет русских, крутились огромные деньги. Пусть Февральская революция больше века назад ограничила полномочия императора, пусть за ней последовали и подавленный Октябрьский бунт, и описанная во всех учебниках «тихая смена власти», сопровождавшаяся волной реформ, многие древние рода свои богатства удержали. Все эти Морозовы, Столыпины, Строгановы, Демидовы и другие, сумевшие вовремя сориентироваться и сохранить капитал, управляли своими предприятиями именно из Москвы. Так уж сложилось: в Петербурге делят власть, в Москве – деньги. И если тогда, в «Приюте сердца», директор попросту пользовалась своим статусом, то сейчас верность Инги намеревались купить.

Возможность заинтересовать кого-то из местных толстосумов действительно имелась. Инга читала, что способности магиков, обладателей Малого Истока, крайне редко повторялись. Да, она не единственная на белом свете являлась ходячим детектором лжи и настроений окружающих, но попробуй найди еще кого-то с такими же умениями. Полноценные маги могли что угодно, но и цены на их услуги кусались.

Толик не стал больше ничего говорить, только достал ручку и написал на салфетке сумму в два раза больше, чем платили самые щедрые отельеры на юге.

– Оклад. Все выходы и специальные мероприятия – половина этого оклада зараз.

Инга закусила губу. Прикинула, сколько нужно будет, чтобы выкупить тот маленький домик в лесу, который она присмотрела, когда зимовала в одной из станиц. И документы бы ей очень пригодились.

– Я не хочу сразу все подписывать, – осторожно отозвалась она.

Толик просветлел лицом:

– Да никто и не заставляет! Поговоришь с шефом, убедишься, что он не врет и дело верное. Как тебе мысль, а?

Инга окинула взглядом ресторан: отличный вид из окна, красивый интерьер, на тончайшей фарфоровой тарелке – остатки вкуснейшего десерта…

– Ладно. Я хотела бы встретиться с этим Антоном Сергеевичем.

Толик улыбнулся и достал телефон.

– Все организуем.

Глава 2
Встречи рабочие и нет

Несколько СМС – если бы позвонил, Инга смогла бы определить правдивость сказанного, а так приходилось только кусать губы и надеяться на лучшее, – короткое ожидание ответа, и Толик небрежным жестом попросил у официанта счет.

– Сейчас заплачу, и поедем.

– Может, я как-то подготовлюсь? – с некоторой тревогой спросила Инга.

Одежда на ней была чистая, недавно постиранная, но на собеседование к будущему работодателю, притом очень состоятельному, едва ли стоило идти в свободно болтающейся черной рубашке мужского кроя и джинсах. Имелся у Инги наряд поофициальнее: брюки и бежевая рубашка. В таком не поработаешь, конечно, но пока предполагалось только знакомство.

– А надо? – поинтересовался Толик. Получил в ответ укоризненный взгляд, но только плечами пожал: – Антон Сергеевич в курсе, что у тебя денег не слишком много. Ему же нужен наблюдатель, а не эскорт, так что не парься. Он потом купит все, что посчитает нужным, чтобы ты на всех этих деловых обедах и ужинах нормально смотрелась. Как мне. Да и твоя одежда тебе подходит, в ней ты выглядишь собой и все такое.