– Великолепно! И последнее: пять лет назад мой шофер уволился из-за низкой оплаты.

Теперь Инга думала дольше, но после паузы все-таки озвучила все пришедшее в голову:

– Это правда, но вы чувствуете злость. Предположу, что дело в женщине, а не только в деньгах.

Этот Антон Сергеевич только предполагал, какие мотивы могли быть у его шофера, и потому выудить хоть что-то из сказанного оказалось нелегко. Но все же она не ошиблась – стоило упомянуть женщину, как лицо будущего работодателя исказили удивление и досада, но он быстро пришел в себя и хлопнул в ладоши:

– Замечательно! Возьмите контракт. – Антон Сергеевич указал на папку, лежащую на столе. – Ознакомьтесь, почитайте. Подписывать сию же секунду не заставляю. Ознакомьтесь и дайте свой ответ Анатолию. Он же вас и отвезет куда скажете. Увы, пока официально вас оформить не могу, сами понимаете. Но прочитайте контракт, это заверенная бумага по слову моему, и в случае вашего согласия я, как только будут готовы ваши документы, впишу все нужные данные. Так что при необходимости вы сможете обратиться в суд чести или обнародовать все детали и весьма меня подставить. Теперь все в ваших руках. Мне же нужно идти.

И с этими словами довольный общением хозяин дома покинул гостиную. Инга чувствовала, что он собирался использовать ее способности по максимуму и не намеревался экономить ни на оплате, ни на издержках. Не этого ли она хотела всю жизнь: хороший доход, человек, который ценит ее способности, «свои люди» в лице Толика и близнецов рядом?

Но бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Надо все обдумать. Поэтому Инга вежливо отказалась от чая и, найдя ожидавшего на веранде Толика, попросила подвезти ее до супермаркета рядом с хостелом. Она положила папку с контрактом поглубже в рюкзак – и покинула богатый дом.

Ей, поглощенной раздумьями о содержимом папки, показалось, что в Москву они приехали ну очень быстро. Еще недавно она выезжала из поселка с большими домами и высокими заборами, а вот теперь машина уже остановилась на парковке перед ярко освещенным магазином. И ночь подкралась как-то уж совсем незаметно…

– Может, тебе денег дать? Да в счет зарплаты, не злись ты сразу. Шиканешь, а?

– Не надо, спасибо. Пока хватает.

– Ты смотри. Я рядом, если что. Ты думай, но недолго, ладно? И давай встретимся все вместе с Ленкой, с Серегой, а? Пообщаемся.

Инга чувствовала, что приятель почему-то ощущал неловкость от своего нынешнего положения. Словно он виноват в том, что за три года все так поменялось, и теперь искренне пытался навести мосты.

– Посмотрим. Я напишу.

Обещаний давать не хотелось.

Толик предлагал проводить, но Инга только отмахнулась. От магазина к хостелу, который располагался на втором этаже старого здания, идти всего через один двор. Самый обычный двор, с работающими фонарями. Что тут с ней случится? Разве что пристанут местные, но не впервой, отговорится. Или в нос даст. Главное – потом быстро и далеко бежать.

Соседка, с которой Инга уже успела познакомиться, сегодня работает в ночь. Будет время рассмотреть все бумаги как следует, перечитать этот контракт, составить список вопросов. Вроде как такие документы можно в суде предъявить, если другая сторона что-то не выполнила. Гражданский договор или как его там…

Оплатив покупки оставшейся наличностью, Инга вернулась в мотель. С наслаждением сбросила со спины рюкзак, сменила кроссовки на шлепанцы и отправилась сначала в ванную, а потом на кухню за кипятком. Простой сыр, черный хлеб, пачка чая – достаточно на вечер.

У чайника обнаружилась донельзя задумчивая хозяйка, оживившаяся при ее появлении.

– Инга, а я как раз хотела к тебе идти! У тебя, оказывается, парень есть? Только что позвонил в домофон, просил позвать тебя. Ждет внизу, подниматься не хочет, говорит, какой-то презент принес.

Инга ругнулась про себя. Сказала же Толику, что ничего не нужно… И все равно по-своему сделал. Отставив кружку с кипятком, она решительным шагом отправилась вниз по лестнице. Сюрприз – это приятно, но закрадывались сомнения в намерениях приятеля. Неужели Толик думает, что ее можно задобрить конфетами или колбасой? Да, она по крутым ресторанам не ходила, но и продаваться не собиралась.

Инга резко налегла на ручку двери в подъезд, толкая от себя тяжелую деревянную створку. Открыла рот, чтобы начать отповедь, – и подавилась словами. За дверью никого не было. Никого. Инга повернулась, пытаясь понять, что задумал Толик…

Сбоку мелькнуло какое-то движение. Что-то кольнуло в шею – и навалилась темнота.

Очнулась она от холода и чьего-то тихого шепота. Тело слушалось плохо, но Инга все же сумела открыть глаза и понять, что лежит на каком-то пустыре, а сидящий рядом человек с замотанным лицом прижимает к ее животу что-то светящееся. По всему телу проходили волны боли, словно бы откликавшиеся на тихий шепот незнакомца.

Кто это? Что с ней? Что вообще происходит?!

Разум не выдержал и трусливо спрятался куда-то далеко. Остались только злость, страх и желание оказаться как можно дальше отсюда. И их хватило.

Инга резким движением вывернулась из-под руки, давившей на живот, и оттолкнула замотанного, не ожидавшего этого в сторону. Вскочила на ноги, едва осознавая, что осталась без обуви, и рванула прочь со всей возможной скоростью. По каким-то обломкам, едва не запинаясь о куски бетона, по траве, по земле…

– Лови, она убегает! – заголосили из-за спины.

Инга на ходу подпрыгнула и ухватилась, обдирая ладони, за перекладину проржавевших от времени ворот. Подтянулась, перелезла на другую сторону. Какой-то проулок, чья-то неподвижная машина, свет уличных фонарей вдалеке… Она ускорилась, игнорируя боль в босых ступнях.

Из машины кто-то выскочил и бросился наперерез. Мужчина? Женщина? Спасительный свет уличных фонарей приближался, но кто-то поймал Ингу за руку и притянул к себе, обхватив поперек тела. Она резко ударила затылком не то в чужую грудь, не то в лицо, и хватка ослабла. Инга освободилась и вновь ускорилась. Она бежала куда глядят глаза, бежала, зная, что в любую минуту машина за спиной приблизится, кто-то выскочит и…

Впереди показалось узкое переплетение старой застройки, и она бросилась внутрь лабиринта невысоких домов, отчаянно желая оторваться от преследователей.

Место, где что-то светящееся прикасалось к животу, жгло огнем.

Глава 3
Так себе начало отпуска

Павел Войцеховский шел с работы поздно, но с легким сердцем. Он только что удачно закрыл дело, и теперь никакие адвокаты не дадут обвиняемому отвертеться от убийства сожительницы. Да, исполнителем оказалась подконтрольная собака, но Павел с командой добыли достаточно доказательств, чтобы урода засадили надолго.

И пусть сдача всех бумаг затянулась до полуночи, впереди его, сотрудника Особого отдела Следственной канцелярии Его Императорского Величества по Москве, ждали три недели блаженного отдыха. Социалистов Павел не любил, но от их движения имелась неоспоримая польза: самые почтенные коллеги рассказывали, что еще три-четыре десятка лет назад и одна неделя выходных была редкостью, а тут – три. Впервые за два года. Павел в последнее время все чаще чувствовал, что если не отдохнет, то скоро проклянет кого-то. Да и остальным «отморозкам», его коллегам, перерыв не помешает. Вот придет домой и…

Слева в проулке мелькнуло движение. Кто-то приближался.

Ловчая Сеть слетела с ладони еще до того, как Павел осознал происходящее. Нападающий, не имевший защиты от магии, на всей скорости влетел в невидимые, но крепкие путы и рухнул на каменную мостовую.

Павел потянулся к Завесе и усилием мысли зажег у плеча неяркий белый светляк, разгоняя темноту узкого проулка между двумя старыми домами. Приготовился защищаться от следующей атаки… Но ее не последовало.

Маг усилием разума выбросил пару поисковых щупов, исследуя пространство вокруг в поисках новых угроз. Никакого отклика. Никого рядом, кроме него самого и нападавшего, пытавшегося вырваться из невидимой сети, ограничивающей и движения, и слова.

Грабитель, не рассчитавший силенок? Пожалуй. Выглядел Павел пусть и не шикарно, но туфли, дипломат из хорошей кожи и часы на руке вполне могли привлечь любителя незаконного обогащения. Хотя район приличный, раньше тут ничего подобного не происходило.

Павел усилил светляк, не желая ничего упускать, и присел на корточки, разглядывая «добычу». В грабители-одиночки редко шли девушки. И еще реже эти девушки работали босыми. Личная месть? Или просто безумная какая-то?

Пойманная, не способная из-за Сети ни говорить, ни толком двигаться, только глазами моргала. Простая футболка, удобные штаны, ни оружия, ни рюкзака, ни поясной сумки. Худая, очень худая. Маг вгляделся в лицо девушки и застыл на мгновение. Она ведь… Она ведь не могла быть Дашей, так? Нет, разумеется, нет. Шесть лет прошло, это просто совпадение, не более.

Павел усилием воли прогнал наваждение. Да, эта девушка похожа на его погибшую дочь, и что? Мало ли в Москве не пользующихся косметикой черноволосых девушек-студенток с широкими скулами и серыми глазами? Достаточно. Вопрос лишь в том, почему эта конкретная на него напала. Или не напала…

Руки незнакомки, во взгляде которой смешались ужас и отчаяние, оказались прижаты к бокам. Пустые ладони, никакого оружия. И знакомый по форме синяк на предплечье – Павел таких за время работы навидался. Кто-то пытался удержать ее против воли, грубо схватив за руку.

Просто девушка, убегавшая от кого-то и случайно встретившаяся на пути? Обуви нет, наверняка сбежала из чьего-то дома. Работает на дне или после клуба оказалась где-то, где не захотела оставаться? Хотя, может, встреча только выглядит случайной и у этой юной леди есть что-то убойно-артефактное? Прямой опасности Павел не видел, но все же… У любого особиста достаточно врагов, и он не исключение.

Маг использовал новое сканирование, сосредоточиваясь на отклике от ауры нападавшей. Пока не стоило давать ей двигаться или говорить. Бывали случаи, когда одна фраза от не полностью подавленного Сетью приводила к активации настроенных на вокальные триггеры артефактов, за которой следовала мучительная смерть всех оказавшихся рядом.

Результаты сканирования заставили Павла насторожиться. Маг бросил еще несколько диагностик, изучая появившийся в сознании отклик, и выругался про себя. Мало того что отпуск начался с трат, так еще и черноволосая незнакомка не имела никаких артефактов, но оказалась напрямую связана с магией и Завесой.

В его, Павла, Сеть попался смертельно напуганный магик с Малым Истоком, который к тому же совсем недавно пытались отобрать. Ядро, центр связи энергетики человека и Истока его магических сил, имело весьма характерные повреждения. Довольно сильные, энергии успели забрать много.

Работа его догнала, что ли? Теперь вот вызывай бригаду, оформляй все, следи, чтобы после передачи целителям семья забрала, а то потом начнутся скандалы в высоких родах. Павел вздохнул. Поборол искушение уйти прочь и предоставить девушку своей судьбе – вот надо же было ей пробежать тут не раньше и не позже – и заговорил мягко, как обычно общался с пострадавшими:

– Успокойся. Я не п-причиню вреда. Меня зовут П-павел Войцеховский, и я – служащий Следственной канцелярии. Я не знаю, кто п-попытался забрать у тебя энергию, но его тут нет, ты в б-безопасности. Сейчас я сниму удерживающее тебя заклинание, только не п-пытайся, п-пожалуйста, убежать. Тебе нужна п-помощь целителей. Успокойся и ответь на мои вопросы.

Сеть он снял. И разумеется, девушка тотчас бросилась прочь. Сил, правда, у нее не было, и Павел едва успел поймать за плечо потерявшую равновесие незнакомку.

– Сказал же – не убегай.

– Пусти! Не трогай!