После сытного перекуса уставшая Яна легла спать. Она очень сильно вымоталась, а радость от хороших новостей ее окончательно добила. Через некоторое время сквозь сон она почувствовала, как кто-то пристроился к ней со спины и притянул к сильному телу. Вот после этого стало окончательно хорошо, и она провалилась в уютную темноту. Близился новый день, теперь долгожданный, позволяющий верить, что скоро она снова встретится с Баюном и остальной компанией.

Баюн. Как он там?

В черном мраке, окружившим ее, сверкнули разноцветные глаза, в ушах зазвучали смертные колыбельные.

– Ты голоден? – Рыжая девчонка присела на колени рядом с убитым белым оленем. Сильным рывком она оторвала заднюю ногу короля оленей и кинула к вихрям хаотичной тьмы.

Колыбельные стихли.

– Бери, в нынешнюю пору нельзя отказываться от даров, особенно если дары – это еда.

Она выбрала кусок мяса посочнее и села неподалеку.

Тишина кого-то убивала, но не тех, кто разделил трапезу.

ГЛАВА 14

Светлана Коржикова могла бы поверить во что угодно. И в то, что выйдет замуж за арабского шейха, и в то, что родит тройню, и в то, что потерпит крушение на лайнере и застрянет посреди океана в компании соленой воды и акул. Жизнь длинная, в ней всякое могло произойти. Но верить в то, что оказалась посреди сказки, разум отказывался. В первый свой день, находясь в гостях у – кто бы мог подумать! – Змея Горыныча, она чувствовала себя Алисой, попавшей в Страну Чудес. Блеск золота и драгоценных камней ошеломлял, и еще больше ошеломляло то, что в них при желании можно было утонуть, так много всего было вокруг. А змеевы слуги? Всевозможные полулюди-полузмеи, такие гибкие, такие яркие, очень красивые и настолько же опасные. Длинные многоцветные хвосты могли задушить в своих объятиях любого, на кого указал бы хозяин и повелитель. А магия? Магия! Она творилась на каждом шагу и воспринималась совершенно естественно! Как здесь было не ходить в состоянии прострации и с постоянно открытым от изумления ртом? Совершенно невозможно!

В один из совместных обедов с Горынычем Света так пристально его разглядывала, что он не выдержал.

– Ну хочешь, потрогай меня, что ли, – хмыкнул он, наблюдая за неповторимой мимикой вконец ошарашенного человека, который признал реальное существование сказок.

Причем он прекрасно понимал, что девушка смотрит на него не как на мужчину, а именно как на ожившее чудо.

Правда, совершенно не ожидал, что она наберется смелости и рискнет воспользоваться предложением.

Света же встала со своего кресла и приблизилась к трехглавому дракону в человеческом обличье. О чем-то сосредоточенно думая, она сначала потыкала его пальцем в шею, где хорошо виднелись чешуйки. Потом поскребла, погладила, и проделала это все с жутко сосредоточенным видом первооткрывателя. Змей Горыныч, глядя на это, старался не шевелиться, не хотел спугнуть. Такое детское исследование без намека на сексуальность его искренне забавляло. Было любопытно, что эта случайная подобранка еще решит поисследовать на нем. Она не разочаровала! Бесстрашно обхватила его лицо ладонями и чуть повернула, чтобы было удобно разглядывать, вертя то в одну, то в другую сторону. И снова Змей видел, что она смотрела на него словно на диковинку, а не как на живое существо, и уж точно не как на мужчину. Повернувшись так, чтобы не изворачиваться, как акробат, он поставил девушку между своих ног, притянув ближе. Света не заметила ни его манипуляций, ни того, как по бедрам прошлись мужские руки. Разве могла волновать такая мелочь, когда перед глазами настоящие драконьи клыки, пусть и в уменьшенном варианте, и вертикальные зрачки, а сами глаза какие необычные?!

Закончив с лицом, она схватила Горыныча за руку и принялась разглядывать, держа практически перед носом.

– Ты можешь сделать ее… ну… драконьей, с когтями и чешуей? – наконец спросила она.

Стараясь в открытую не веселиться, он спокойно трансформировал руку в лапу. Но услышав изумленный вздох, приправленный каким-то восторженным писком, не сдержался, издав смешок. Решил было, что девчонка сейчас поймет, в каком виде они находятся, но та была слишком захвачена новым волшебством. Только теперь он следил, чтобы она себя не поранила: когти у него были оружием получше иных зачарованных клинков. Такими вспороть себя неумехе дело секунды, если не мгновения.

– Ты весь можешь так частично оборачиваться? – вырвалось у Светы. – А летать можешь в частичной трансформации? Почему у тебя три головы в драконьем обличье, и одна в человеческом? В сказках у тебя еще бывает девять голов… Если сейчас три, куда делись остальные? Ты колдун? Почему царевен все время похищал? Ты их ел? И почему…

Ну все, сил больше держаться не было. Откинув голову назад, Змей Горыныч расхохотался, громко и с удовольствием. Комичности добавляло еще и сосредоточенно-азартное выражение девичьей мордашки напротив, которое постепенно сменялось обидой и упрямством.

– Не могу больше, – выдавил мужчина, утерев невольно выступившие на глаза слезы. Потом легко развернул Светлану к пустовавшему креслу и шлепнул по заду, придав ускорения. – Садись, чудо, ешь. – Развеселился еще больше, видя, как она возмущенно засопела, и отнюдь не потому, что ее чуть-чуть потискали. Она, кажется, этого даже не заметила! Впору было начинать беспокоиться, а то обычно девушки и женщины его нижним бельем закидывали и задыхались от восторгов. Тут тоже… вроде как… не дышали, но смысл был совсем другим. – Светик, я понимаю, для тебя сказка ожила, но и меня пойми: девочка ты симпатичная, все округлости на месте, я ведь могу и не сдержаться. А потому, если не хочешь избавиться от девственности прямо сейчас, переставай сопеть и сверкать глазами, очень сексуально получается.

Света сначала поперхнулась заготовленной фразой, потом покраснела, а потом безропотно сделала то, что сказали. И виновато посмотрела на дракона. Правильно он ее осадил, сама виновата, но… дракон ведь! Самый настоящий, взаправдашний! Ну как мимо такого пройти и не узнать всю подноготную? Особенно, если этот дракон не планирует ее есть или еще как-то обижать.

– Обещаю, я тебе расскажу все, что захочешь, но сначала поговорим о насущном. Договорились?

Она кивнула, расслабляясь и заставляя утихнуть инстинкты «попищать-повосторгаться-пощупать».

– Что намерена делать дальше? – уже серьезно спросил Змей Горыныч.

После этого вопроса Коржиковой оказалось очень легко переключиться на серьезный лад. Насущные проблемы никуда не делись, наоборот, встали в свой великанский рост во всей красе, когда боль и усталость перестали затуманивать разум.

– Склоняюсь к тому, что нужно идти к этой Бабе Яге, раз уж на мне ее запах, как ты говоришь. Может получу ответ, как оказалась в Небывальщине. Хотя ведь может оказаться, что ее запах на мне именно потому, что она меня и похитила. Тогда зачем похитила? – Девушка пожала плечами. – При этом что-то не сходится… Если меня похитила Баба Яга, то теоретически волки должны были подпустить ко мне преследователей, пройти мимо или даже помочь им. Но вместо этого волки на них напали, а меня не тронули.

Света задумалась. Будущие перспективы путешествия ей представлялись в весьма серых красках. Куда идти, как идти – для нее оставалось загадкой. Она вообще сомневалась, что дойдет, а не окажется в ближайшей канаве в качестве ужина какого-нибудь сказочного монстра. То, что ей повезло некоторое время пробыть в одиночестве, назвать можно было только везением.

– Вряд ли это дело рук Бури, – вырвал ее из тяжких дум голос собеседника, – даже в худшие свои годы она не пользовалась подобными методами. И да, волки прошли бы мимо или помогли бы. Но, учитывая, что Яга мертва, ситуация более любопытная вырисовывается.

– Тогда как на мне оказался ее запах? – поразилась Света.

– Кто знает, кто знает… Может, ты ее нагулянная дочурка из Яснобыльщины? – ухмыльнулся он. – У нее и так целый выводок отпрысков, одним больше…

– Не смешно, – возмущенно посмотрела на него Света.

– А я не смеюсь, вполне себе правдоподобное объяснение. Было бы забавно, особенно учитывая некоторые обстоятельства.

– Это какие?

– Отца ее отпрысков. Поэтому, раз Яга мертва, или что там с ней приключилось, мы отправимся к тому, кто точно в курсе положения дел. К Кащею.

– Мы?! А… к Кащею? Тому самому? Знаешь, может все-таки к кому попроще? Хотя Яга тоже вариант не лучший, но она хотя бы предположительно на том свете. Стоп! Баба Яга и Кащей женаты?

Света была настолько поражена двумя новостями, что не знала, за которую ухватиться в первую очередь. Первая вселяла надежду, вторая переворачивала все представление о детских сказках.

Горыныч же нагло веселился за ее счет. Если смех продлевал жизнь, то сегодня он обессмертился еще раз.

– Неужели рассчитывала, что я пропущу такое интересное событие, как разгадка тайны о человечке, спрятанной в хрустальной пещере? – хмыкнул он. – Засиделся я в своей берлоге что-то, а тут и повод есть развлечься. К тому же ты без сопровождения не пройдешь по этим землям и пары часов. Зря я тебя спасал, что ли? Вместе отправимся.

Услышав ответ на первый вопрос, Коржикова выдохнула с облегчением. Какие бы мотивы ни были у Змея, а в его компании можно ничего не бояться. Да и за несколько дней, что она выздоравливала под чутким надзором, они неожиданно поладили. Змей Горыныч совсем не напоминал образ из сказок, а представлялся донельзя интересным мужчиной. Тут проще поверить, что всякие царевны только рады были быть им похищенными. Но Света все равно не торопилась окончательно расслабляться, злодеем его прозвали не за брутальный вид, да и не знала она его так, чтобы недоверчивость окончательно испарилась.

– У Бури и Кащея был роман, пока та не пропала. Они обзавелись пятью отпрысками, но жениться и не думали. Оба слишком сильно любили свободу.

– Ты о них много знаешь.

– Еще бы не знать, – проворчал он, – их бурные страсти часто сотрясали мой дом. Мы с Бессмертным – братья по крови и друзья, тройняшки, – их с Бурей сыновья, – мои крестники.

Света помолчала, потом робко спросила:

– Может, не надо к Кащею?

Все-таки самый страшный злодей славянских сказок. Страшно.

– Боишься? – угадал Горыныч.

Она кивнула. Света сейчас вообще постоянно боялась. Шутка ли – оказаться одной в потустороннем мире!

– Насчет этого не переживай. Кащей не станет вредить моей подопечной, а информация о Бабе Яге его заинтересует.

Пришлось смириться.

Обед они заканчивали в молчании. Света размышляла о случившемся с ней, Горыныч о каких-то своих думах. Но в общем и в целом обстановка получилась спокойной, не напряженной.

А на десятый день после пробуждения Светы в гостях у дракона они засобирались в дорогу. Горыныч окончательно убедился, что девушка выздоровела с помощью целительской магии его слуг, пришла в себя и уже принялась исследовать его подземные дворцы. Кипучую деятельность пора было перенаправлять в иное русло. Собирались они спокойно и вдумчиво, обговорили маршрут, Горын просветил ее о некоторых правилах и законах в Небывальщине, не оставил и без вещей ей по росту и размеру. Света смогла наконец-то рассмотреть все вещи, что собрала в хрустальной пещере, распределить их по карманам сумки, а не особо нужное запихнуть в самый дальний «угол». Благо туда можно было запихнуть все что угодно, очень полезный артефакт. К тому же Горыныч подарил ей небольшой презент.

– Понравилась ты мне, повеселила, – говорил он, вешая ей на шею кулон в виде трех драконьих голов, – а потому без подарка нельзя. У нас так принято в Небывальщине. В случае смертельной опасности перенесет тебя ко мне, и будет оберегом от более мелких неприятностей.