Александра Стрельцова: Бывший муж. Я отомщу за боль

Пролог

КРИСТИНА

Хватаюсь за дверной косяк одной рукой, втору прижимаю к уже заметному животику. Перед глазами всё плывёт от той картины, что вижу собственными глазами. Нет, такого не может быть! Мне это мерещиться, не может мой любимый так поступить! Вот только ведение не исчезает, оно острой болю вонзается прямо в сердце, что давно отдано этом мужчине! Почему?! За что?!

– Крис?

Голос прозвучал как удар хлыстом. Чужой. Спокойный. Я подняла взгляд и встретилась с его. Ни вины, ни паники, ни даже досады. Ледяная, бездонная пустота. Мой муж. В нашей постели…

Марина… Моя марина, которой я рассказывала самое сокровенное, считала сестрой! Марина, которая знала, какие имена для малыша мы выбрали! Её тело изогнулось в отвратительной позе. Ее губы растянулись в улыбке, не смущенной, а торжествующей. Победной. Они не дернулись прикрыться, не залепетали оправданий. Просто смотрели. Как на вещь.

– Ты…, – запинаюсь, зажмуриваю глаза, не хочу этого видеть, не хочу!

Шелест простыни. Тяжелые, мерные шаги по паркету, который мы выбирали вместе. Каждый шаг – удар в висок. Пришлось открыть глаза. Саша, натянувший боксеры, двигался ко мне с сосредоточенным видом человека, которому предстоит неприятная, но необходимая работа. Я отшатнулась, спина ударилась о косяк. И тут внизу живота, в самой глубине, где жил наш малыш, пронзило острой болью. Из горла вырвался нечеловеческий, протяжный стон.

Ошеломляющая картина так сковала душу и разум, что даже не сразу понимаю, что со мной происходит?! И только когда крепкие пальцы мужа смыкаются на моей запястье, а по ногам струйкой течёт, что-то горячее, прихожу в себя. Опускаю взгляд вниз, от увиденного, становиться страшно. Тёмная струйка стекает по внутренней стороне ноги, лишая опоры. Если бы не крепкие руки мужа, то свалилась бы точно к его ногам.

– Черт! – его рык был полон раздражения, а не ужаса. Он подхватил меня на руки, как мешок, и повернулся к кровати. К той самой кровати, на которой бесстыдно раздвинув ноги, продолжает лежать любовница моего мужа.

– Нет! Отпусти! – упираюсь ладонями в плечи мужа, боль в животе и страх за ребёнка затмевают разум, но не на столько, чтобы позволить ему уложить меня туда, рядом с этой.

Пытаюсь сопротивляться, но сил не хватает, я чувствую, как слабею.

– Саша, куда ты…

– Марина, выйди! – рявкнул он, и в его тоне не было просьбы. Это был приказ.

В глазах поплыли черные пятна. Горло свело спазмом тошноты. Боль нарастала, сжимая в тиски. Уже было все равно – на какой кровати, кто рядом. Осталась одна мысль, паническая, пульсирующая в такт сердцебиению: Держись. Держись, малыш. Пожалуйста, не оставляй меня!

– Скорую вызови, чего встала?! – гаркает муж в сторону.

– Не ори на меня! Тебе надо, ты и вызывай! Я домой поеду, когда здесь разберёшься, позвонишь, буду ждать тебя, – летит от моей подруги… теперь бывшей подруги.

– Ладно, езжай, так даже будет лучше, – опуская меня на кровать, отвечает муж своей любовнице и это последнее, что я слышу, холодная, пугающая темнота мгновенно утягивает меня в свою пучину.

Темнота лениво и нехотя отпускает меня из своих объятий, тяжёлые веки открываю с трудом, чувствую себя так, словно меня бетонной плитой придавило! Не сразу понимаю, что со мной, неужели заболела? На автомате кладу руки на живот, правую руку пронзает острой болью, но эта боль уходит на задний план, так как под моими ладонями, практический плоский живот!

– Не шевелись, – раздаётся с боку хриплое.

Резко поворачиваю голову на голос, встречаюсь взглядом с Сашей.

– У тебя игла в вене, – отводит взгляд на окно с отодвинутыми в сторону жалюзи.

Бегло осматриваюсь, понимаю, что нахожусь в больнице, хочу спросить у мужа, что случилось, но горло сдавливает словно тисками. В голове за пару секунд проноситься неприятные кадры.

Зажмуриваю глаза, крепко врезаюсь пальцами в живот. Из горла толчками вырываются страшные звуки, больше похожие на вой раненого зверя.

Я потеряла ребёнка! Моего малыша, не успев даже узнать кто был у меня под сердцем!

На меня накатила безумная истерика, я рыдала, проклинала мужа и подругу, слала на их головы все возможные несчастья, пока в палату не зашли врачи, и не напичкали меня снотворным.

Второе пробуждение было ещё тяжелее, стоило только прийти в себя, как на меня навалилась вся боль! Предательство Саши с Мариной, но самое болезненное, это потеря малыша! Шесть месяцев он был у меня под сердцем, я так ждала его рождения! Саша тоже был рад беременности, радовался, что ребёнок подарку под ёлкой.

Так ждал нашего малыша, что бесстыдно залез на Марину!

Шорох с боку привлёк внимание, нехотя повернула голову в право, в кресле, в метре от моей кровати, с повисшей вниз головой, сидит изменщик.

Всё нутро скрутило от ярости, какого чёрта он здесь делает? Я помню его взгляд, когда билась в истерике, холодный, отстранённый, он даже не пытался меня успокоить, стоял у окна и наблюдал за мной, что за подопытной мышью! Он даже ни разу не поморщился, когда я обзывала его и бывшую подругу, проклинала их! Я помню его взгляд в квартире, там не было любви, что была в его глазах ещё утром, перед моим уездом к двоюродной сестре, у которой я должна была погостить пару дней. Но всё сорвалось, Мишутка – мой племянник, заболел, а Вера не успела меня предупредить!

– Проснулась, это хорошо, засиделся я уже здесь.

Вздрагиваю от голоса мужа, сильно погрузилась в мысли. Молчу, говорить с ним совсем не хочется, да и о чём говорить? Задавать вопросы об их отношениях, почему так поступил с нами? Нет! Не хочу ничего знать, мне и увиденного достаточно!

Саша поднимается из кресла, подходит к окну, с подоконника берёт папку, небрежно бросает её на тумбочку у моей кровати.

– Здесь документы на развод, от тебя требуется только твой автограф. Вещи твои уже собрали, отправил к Вере. Квартира моя, из общего имущества только машина, половину её стоимости я перевёл тебе на счёт, дачу делить не будем, в неё я вкладывал свои деньги. Извини, что до такого довёл, нужно было раньше тебе всё рассказать, с Мариной мы любим друг друга. От тебя не уходил только из-за ребёнка…

– Исчезни, – через ком в горле выдавливаю, перебивая подонка, – пошёл вон! – произношу надрано.

После всего, что я видела, что случилась, понятное дело, впереди только развод, но я никак не ожидала, что он добьёт меня вот так! Даже не дав прийти в себя! Гнусный подонок!

Саша кидает короткий взгляд на папку, а после, не сказав больше ни слова, покидает палату, оставляя после себя только боль и горечь. В душе образовалась огромная, чёрная воронка, что стала засасывать всё хорошие, что было, между нами с мужем, оставляя сегодняшний день пропитанный болью и горечью потери моего малыша.

Глава 1

КРИСТИНА

– Крис, я честно не понимаю, почему вы решили праздновать свадьбу в нашем городе? В Москве закрылись все рестораны? – чуть не кричит от возмущения Вера.

– Нет, Вера, рестораны работают, – качаю головой, словно сестра меня видит, – просто мы с Данном так решили, я не хочу пышной свадьбы, она у меня уже была, – говорю более тише в трубку, так, чтобы слышала только Вера, слегка морщусь.

– Но как вы будете готовиться? Кто будет заниматься свадьбой, выбирать место, не будешь же ты мотаться из Москвы к нам? – не успокаивается сестра.

– Мы наймём организатора, но дело ещё в том, что и мы с Данном решили переехать, ему не важно, из какой точки мира вести бизнес, а мне, мне плохо здесь, этот огромный город просто душит меня. Так что, сестрёнка, я скоро буду жить рядом, – сообщаю ещё одну новость, которую, как и первую, сестра не ожидала.

Жду радостной реакции, но в телефоне образуется тишина.

– Вера? – зову сестру, отнимаю телефон от уха, смотрю на экран, звонок не прерван, секунды идут, – Вера? – повторяю ещё раз.

– Я тебя слышу, Крис, – каким-то глухим голосом говорит сестра, – зачем ты сюда возвращаешься, ммм? Ты так бежала из нашего города, убитая горем и преданная мужем, зачем ты хочешь вернуться? Если тебе плохо в Москве, выбери другой город! Я, конечно, рада буду, если ты будешь рядом, вот только будешь ли ты здесь счастлива? Ты будешь постоянно вспоминать прошлую жизнь, ту боль, которую тебе пришлось пережить! Ты наконец-то нашла хорошего мужчину, Данн любит тебя, вы счастливы, так зачем всё портить?

Прикрываю глаза, делаю глубокий вдох, прогоняю появившееся раздражение на сестру. Она говорит всё правильно, так и должна поступать счастливая женщина, беречь своё счастье вдали от мерзких воспоминаний. Вот только кто сказал, что я являюсь той самой счастливой женщиной? Возможно, я ей стану, когда та боль, что уже два года живёт в моей груди, исчезнет!

– Вер, ты зря беспокоишься, я давно отпустила прошлое, для меня оно ничего не значит, у меня есть Данн, и для полного счастья мне не хватает родного города, здесь я чужая, – вру сестре, но так надо, иначе все мои старания улетят в урну!

– Ох, Крис, как бы я хотела тебе верить, вот только одна проблема, я слишком хорошо тебя знаю, – даёт понять, что ложь моя раскрыта, но отступать не собираюсь, буду и дальше гнуть свою «правду».

– А ты поверь, Вера, просто поверь, – говорю как можно спокойнее.

– Об одном прошу, не наделай глупостей, из-за которых могут быть большие проблемы, – получаю ответ.

– Никаких глупостей, Вер, – обещаю сестре, хотя сама точно не знаю, смогу ли я их не наделать и просто совершить задуманное?

– Так когда вас ждать? Где будете жить? – последовали вопросы.

Выдохнула и поблагодарила мысленно сестру, что не стала дальше развивать тему «что мне не стоит переезжать».

Минут десять объясняю сестре, когда нас ожидать и где планируем жить. Вера обещает подготовиться к нашему с Данном приезду, устроить небольшой праздник на своей даче, пожарить шашлык. На приятной ноте прощаюсь с сестрой, замечая через окно подъехавшую машину Данна.

Неспешно спускаюсь вниз на первый этаж, дом, в котором мы сейчас живём, принадлежит родителям Данна, у него есть и своя жилплощадь, но сейчас там идёт ремонт. Трёшку в элитном доме затопили соседи сверху, нас в это время дома не было, так же, как и соседей.

Дверь в холе хлопает, слышу, как Данн разувается.

– Крис? – зовёт меня мужчина.

– Я здесь, – выхожу из-за угла и тут же попадаю в крепкие объятия мужчины.

– Мама дома? – шепчет на ушко, проведя губами по скуле.

Зажмуриваюсь, сильнее прижимаюсь к мужчине, прячу печаль и горечь, что искажает моё лицо. Становиться тошно от самой себя, такое чувство всё больше и больше посещает меня, чем ближе день свадьбы, тем тяжелее становиться! Ну почему мои чувства мертвы к этому мужчине? Данн красив, умён, успешен, относится ко мне, как к принцессе, любит меня, это видно! Мне же приходится изображать любовь!

Чем я лучше бывшего мужа? Ведь получается, я поступаю с Данном точно так же, как поступили когда-то со мной! Сколько раз я пыталась признаться Данну во всём? Да не счесть! Но постоянно меня останавливает одно! Жажда мести, она настолько сильна, что мешает нормально дышать, спать по ночам, да и вообще жить! И мысль о том, что после мести я вернусь к нормальной жизни и смогу даже полюбить Данна, греет душу.

– Нет, уехала, будет только вечером, – отвечаю на вопрос моего жениха.

– Ух, как хорошо, я так соскучился, – мурлычет мужчина и резко подхватывает меня на руки.

Руками хватаюсь за его крепкие плечи, обхватываю его торс ногами. По телу тут же бегут мурашки от предвкушения, это всё физиология, в душе же абсолютно пусто!

После долгих ласк и любви со стороны Данна, притворяюсь спящей, меня вновь гложет чувство вины и омерзения. Нет, это чувство не к Данну, а к самой себе, и чтобы не выдать себя, прикрываю глаза, замираю в объятиях мужчины, заставляю себя расслабиться.