– Я маг потомственной специализации, – заговорил Дис. – Распределяющий тест не может направить меня куда-то кроме природного факультета. Но мне туда нельзя. Будут проблемы из-за того, что Междумирье связано с Гардом. Здесь мои природные заклинания си-и-ильно мощнее, прямо как дома. Преподаватели заметят, и прощай, конспирация.

– Я должна перерисовать руну, перенастроив источник обратно на Ладос? – ляпнула я первое, что пришло в голову.

– Что за глобализм… – закатил он глаза. – Мне всего лишь надо попасть на любой другой факультет.

Не поняла… А я-то тут при чем? Или он хочет, чтобы я повлияла на что-нибудь, так сказать, во время процесса?

– Тест нельзя подделать или изменить результат, – озадаченно пробормотала я. – Он, по сути, и не тест, а ментальное испытание, в ходе которого ты принимаешь решения, отражающие твою внутреннюю суть.

– Спасибо, что просветила!

– Скажи нормально, чего от меня хочешь…

– Пытаюсь, но ты постоянно перебиваешь.

Я демонстративно зажала рот обеими руками. Дис подобрался и выложил:

– Подделать результаты теста действительно нельзя. Можно скопировать чужие. Ментально присоединиться к прохождению другого человека и получить то же распределение, что и он.

Наверное, на моем лице слишком явно отразилось сомнение, поскольку он спешно добавил:

– К другому магу так не присоединишься, у теста есть защита. Но ты не маг. Должно сработать.

– Погоди, – у меня челюсть упала вместе с руками, – ты хочешь присоединиться к моему прохождению?!

– С твоего согласия, само собой.

– А если я как раз на природный факультет и попаду?

– Предрасположенности нет, я вижу. Вот твоя подружка Мэй стопроцентный природник. Мне все равно, куда из оставшихся пяти факультетов тебя зачислит. Сойдет любой! Главное, не мой.

Ух, как рассчитал. Впечатляет! Конечно, мне не жалко ему помочь. Тут еще и такой простор для подколов открывается…

– Признайся, – томно протянула я, – ты это затеял, чтобы мы оказались на одном факультете и дальше были соседями…

Его брови красиво уползли на лоб.

– Потому что, – я обличающе щелкнула пальцами, – ты жить не можешь без Ярушки!

В шкафу раздались шорох, рык и сердитое фырканье. Дверца резко распахнулась, из недр полки вылетел мохнато-полосатый шар. Ай, именно туда я заныкала плюшевую пчелку! За ней вывалился Ярушка, потрясая кулаком.

– У-у-у, пехтюк! – выругался он на застуканного «врага».

Ну, Марисин подарочек… Каждый день одно и то же: я перепрятываю пчелку, а Ярушка находит и швыряется, загадочно обзываясь. Однако ни разу не пытался выкинуть вон или порвать на кусочки. Сложные отношения! И даже после того, как я повозилась с ней и плюшевый шарик стал похож на игрушку (а не мочалку с антенками!), проще не стали. «Пехтюк» традиционно отыскивался и огребал.

– Да уж. С такими соседями… – Дис покосился на Ярушку, на поисковый бардак в шкафу, потом на меня, – …не каждому повезет. Так что?

– Согласна, – сдалась я и пошла прятать пчелку получше.

Интересно, на какой факультет я попаду?.. Всего через два дня узнаю! Маг я ненастоящий, зато распределение настоящее. И учиться тоже по-настоящему, на лекции ходить. До сих пор были общие вводные, а тут добавятся профильные. В отдельное общежитие факультета поселят и форму цветную дадут вместо неказистой серой. Хоть бы черную!

Оккультизм и темная магия… М-м-м, просто мечта! Склонность у меня к ним определенно есть. Ханики мои не гламурные няши, скорее пришельцы оттуда. С Ярушкой вообще дружу. Да первое, что я сделала, увидав демона, это сделку заключила! Неважно, что нечаянно… Очень хочется очутиться с Кеннетом на одном факультете. Или меня направят к менталистам? Мысли и образы – как раз сила создателей миров. Неплохой вариант, там Дарен, он поможет и подскажет. Нет, не буду угадывать… Интрига и ожидание – самое интересное. Правда, природный факультет мне не светит. Дис со спойлерами, чтоб его!

В висках тихонько застучало, перед глазами встало лицо Кеннета. Так явно, что сердце сладко екнуло. Правильные привлекательные черты, невозможные угольно-черные глаза, упрямые губы, которые так и тянет поцеловать… Ой, это же не просто моя фантазия разбушевалась, а входящий «звонок»! Я тронула сережку – артефакт для ментальной связи. В голове тотчас зазвучал насмешливый голос:

«Лэнсон говорит, я научил тебя плохому. Я собой горжусь!»

«Половину ответов господам высшим магам я честно дала наизусть, – вздохнула я, – по твоей шпаргалке. А вот остальное… Частично экспромт. Но они такое предъявляли! Совершенно несправедливо».

«Жизнь вообще несправедлива, – продолжал веселиться Кеннет. – Меня с вами даже не было, а я все равно виноват».

«Не стоило мне им дерзить?..»

«С чего бы? Пусть знают, что девочка кусается и тянуть к ней ручонки чревато. Ключевые моменты ты не провалила. Совет убедился, что ты занята учебой, не намерена перешеланить Шелана и шокировать общественность своими признаниями и силой. Облом Эмилии, не продавит она твое возвращение на Землю. А покушаться на тебя не рискнет: слишком мало времени прошло после неудачной попытки ее кузена Кравеса. Все путем, не вздумай переживать».

«Я из-за теста переживаю. Дарен сказал, что он у каждого свой личный и о нем не принято спрашивать…»

«И слава бездне, что не принято, – хохотнул Кеннет. – Я весь тест в темноте гонял и прятал своего душку-демона, чтобы он не вылез вдруг и не скушал приемную комиссию. А потом меня на темную магию определили, кто бы мог подумать».

«Звучит не очень увлекательно…»

«Как и мои планы на вечер. Снова в Легион к Зинберу».

А не часто они встречаются?! Дело о накопителях перешло к Лэнсону, как глобально-межмировое. Зинбер же занимается расследованием убийств и использования запрещенной магии. Что Кеннет у него забыл? Спрашивала – отшучивался или таинственным шепотом говорил, что информация секретная.

Из-за этих дурацких секретиков опять сегодня не увидимся. И так ужасно мало времени вместе проводим. Конечно, я понимаю, что при всех талантах Кеннета задания выпускного курса сами себя не сделают, но Зинбер мог бы и пореже соваться со своим Легионом.

«Завтра пообедаем, – обрадовал Кеннет, – у меня дома».

«А поесть-то успеем?» – невинно уточнила я.

«Возможно…» – вкрадчиво шепнул он и отключился.

Значит, завтра… Я зажмурилась, пытаясь сдержать блаженную улыбку. Богатая фантазия услужливо подбросила мне картинок «обеда», отчего мгновенно стало жарко, будто под кроватью включился обогреватель. Только бы Дис не высунулся из-за своей ширмы. Тут и менталистом быть не надо, чтобы считать с лица все бесстыжие мысли… Правда, была среди них одна неправильная, что царапала где-то по краю сознания. Царапала, царапала, пока не доцарапала.

Послезавтра тест. А в день перед ним первокурсники традиционно обедают со своими встречающими. Черт…

Глава 2

Я разглядывала исписанную правилами доску, Мэй взволнованно строчила в тетрадке. Не знаю зачем, ознакомительная лекция-инструктаж накануне теста оказалась обычной формальностью. Всем давно было известно, как он проводится и что оспаривать его результат нельзя. Пожелания студентов учитывались лишь в том случае, если выявлялась одинаковая наклонность сразу к нескольким специализациям. Но подобные уникумы – редкость.

Тест представлял собой некое таинственное ментальное приключение, которое безошибочно определяло, к какой магии лежит душа каждого студента. Они попадали на тот факультет, который лучше всего им подходил, даже если не были согласны с результатом. Обмануть тест никому еще не удавалось – попытки манипуляции сразу распознавались, и назначалось перепрохождение. Собственно, главным правилом было… не думать. Действовать и поступать по наитию, ничего не анализируя. А это легко. Я обычно именно так и делаю!

Сам инструктаж получился довольно коротким, остальное время наш курс убеждали, что распределительная система – не враг, который жаждет навязать нам свой выбор, а продуманное испытание, помогающее найти свое предназначение. Желания-то не всегда соответствуют возможностям. Что толку мечтать стать великим целителем, если у тебя нет к этому таланта? В общем, каждому – по способностям. Магический коммунизм не удался.

Когда инструктор спросил, есть ли вопросы, встала Лизка. Вся из себя невинная, с премилой улыбкой, которой меня было не провести.

– Может ли студент не получить распределения вообще? – поинтересовалась она. – Вдруг у него магическое выгорание или он полнейшая бездарность?

Я утомленно закатила глаза. Реагировать было лень. Дурой себя в очередной раз выставляла она.

– Магическое выгорание не является помехой, – объяснил инструктор. – В случае, когда студент не обладает ярко выраженными талантами, ему достанется наиболее подходящий факультет методом исключения. Не тревожьтесь так, вам обязательно что-нибудь подберут.

Мэй хихикнула, спровоцировав целый ряд смешков, Лизка поджала губы и села обратно за стол. Сзади прилетело:

– А если тест будет страшным, пугающим, каким-нибудь слишком волнующим, получится его прервать, выйти и продолжить потом?

– Рядом с вами будет находиться опытный менталист, который не допустит, чтобы вы пугались. Во время теста вам ничего не угрожает. Еще вопросы?

Новых вопросов ни у кого не нашлось. Нам пожелали успешного распределения и наконец отпустили. Я долго ковырялась с сумкой, в который раз мечтая о недоступном «для мага с выгоранием» пространственном кармане. Мимо проплыла злющая Лизка. Хоть бы мы с ней оказались на разных факультетах и виделись пореже. Она упорно не оставляла попыток испортить мне жизнь. На прошлой неделе, например, во время моего дежурства в общежитии отрабатывала в коридоре воздушные заклинания, бесконечно гоняя пыль. Я замучилась активировать артефакт для уборки, аж задымился! Пришлось жаловаться комендантше, а потом выслушивать от Лизкиных подружек, что сдавать сокурсников подло. Странно, но что на Земле, что в магическом мире особо противные и вредные девицы молниеносно сбиваются в стаи, словно чуют друг друга на любом расстоянии. Вот одну из таких стай Лизка и возглавила. Как на подбор из тех, кто люто меня «обожал».

Из аудитории я выскочила последней и уже на выходе из корпуса принялась выглядывать Кеннета. Чаще всего перед совместным обедом он ждал меня на крыльце. Но не в этот раз… Я сбежала по ступеням, отчаянно вертя головой, и застыла на последней. Высмотрела. В сквере напротив, между кустами роз. Кеннет стоял, небрежно привалившись к фонарному столбу. Не один. С Марисой! Ее блестящие волосы локонами переливались на солнце, приталенная бордовая форма подчеркивала каждый изгиб стройной фигуры, а кружевные гольфы делали длиннющие ноги еще длиннее. Кеннет что-то увлеченно говорил, Мариса кивала. Они улыбались – то ли вообще, то ли друг другу. Что происходит?!

Стоять и дальше столбом посреди ступеньки было бы глупо. Все и так уже начали коситься. Попеременно – то на меня, то на Кеннета с Марисой, которым ни до кого не было дела. Если развернусь и уйду, сплетен потом будет… Да и с чего я должна уходить? Меня, между прочим, на обед домой звали. А Марису, между прочим, никто не приглашал! Надеюсь… Я выпрямила спину и решительно зашагала в сквер. С гордо поднятой головой и невозмутимым видом. Прямо к чертовым кустам роз.

– А вот и ты, – заметив меня, обрадовался Кеннет. Мариса изобразила классическую реакцию – полный игнор подопечной. – Долго с лекции идешь.

Теперь буду первой из аудитории выбегать. Чтобы всякие тут не порывались скрасить ему ожидание. Особенно бывшие девушки, которые до последнего момента не верили в то, что они бывшие.

– Идем на обед? – Я с надеждой взглянула на Кеннета.

Тот как-то сразу погрустнел, зато встрепенулась Мариса.

– Идем. – Она прищурилась и уточнила: – На традиционный обед со встречающей.

– А это обязательно?..

– Да. – Она воинственно уперла руки в бока. – Придется потерпеть.

Сказано это было таким тоном, будто исключительно ей меня терпеть, а никак не наоборот.

– Обед – часть подготовки к тесту, – вздохнул Кеннет. – Я забыл про эту дурацкую традицию.