– Мы это уже обсуждали, мы не можем быть уверены, что на троне Российской империи не окажется самодур, который не выйдет из-под нашего влияния, – возразил Первый. – Да что там! Взгляните на этого мальчишку, он же прямо угрожает нам и нашему представителю! Он лишил его защиты!

– Мы уже выяснили, как он это сделал? – спросила Пятая. – Это его дар?

– Мы не меняли его кристалл, и по наследству он ничего подобного получить не мог. Так что рабочая версия заключается в том, что в кабинете был проложен усиливающий резонаторный контур, а Филин попал под его воздействие, в результате диссонанса кристалл перегорел, – сказал Третий. – В принципе, ничего невозможного, просто неожиданно.

– Это не объясняет, как он сумел сохранить корабль, – снова возразил Седьмой.

– Сбой в системе самоуничтожения, – сказал Первый. – Пусть техника и надёжная, от небольшой поломки никто не застрахован. Другого варианта нет, разве что кто-то из нас, пользуясь секретами общества, изменил его кристалл.

– Если вы намекаете на меня, то зря, – усмехнулся Седьмой, поймав на себе несколько недоверчивых взглядов. – В отличие от остальных я на родине не был уже пятнадцать лет, и никак не мог повлиять на мальчика. Вообще лабораторий не покидаю. А вот вы присмотритесь друг к другу. А заодно подумайте, кому будет выгодно появление Евразийской империи, от океана до океана.

– Если она будет подконтрольна и интегрирована в общее экономическое и управляемое пространство – всем, – спокойно улыбнувшись, ответил Первый. – Если станет фактором риска и неожиданности – никому. Но сейчас важнее решить, чем ответить мальчишке. Очевидно, что мы не можем полагаться на посторонних. Возможно, одному из Сёгунов пора вмешаться в эту историю?

– Если такова будет воля совета, я попробую воздействовать на Императора, – сказал, чуть поклонившись, Четвёртый. – Начинать полномасштабную войну?

– Пока у вас под боком непонятная ситуация с Китаем – не стоит, – покачал головой Первый. – Достаточно будет небольшого экспедиционного флота.

– Он прибудет не раньше, чем через неделю, – заметил Седьмой. – А наш представитель обещал последствия уже сегодня. Не лучше ли послать одного из жнецов?

– Он уже справился с одним, – ответил Третий. – Мы чуть не потеряли агента.

– Так пошлём не одного, а троих. Шестерых, если понадобится, – пожал плечами Седьмой, единственный, кому свой жнец не полагался по статусу.

– Мы никогда не задействовали больше одного жнеца, – заметил Первый. – И не без причины.

– Всё бывает в первый раз, если Седьмой настаивает, возможно, в такой операции есть смысл, – проговорила Пятая. – Если понадобится, Генрих отправится сегодня же.

– Как и Синигами, – кивнул Четвёртый.

– Наш жнец только вернулся и должен пройти процедуру чистки воспоминаний. Но он будет готов через три дня, – не слишком довольно сказал Третий.

– Значит, через три дня, – улыбнулся Первый. – Решено.

Флагман флота Пётр Великий, кают-компания.

– По итогу недели мы сумели найти и уничтожить двадцать семь опорных пунктов мятежников, – докладывал один из адъютантов регента. – Их армия окончательно разгромлена, а союзные силы держатся за своей границей. Однако сопротивление среди мирных жителей продолжает быть высоким. Выступления удалось разогнать, но недовольство только ширится.

– Ещё бы!.. Их буквально заливают деньгами и оружием, – недовольно проговорил Пётр. – Что с каналами поставок? Удалось обнаружить, как именно их снабжают?

– Уничтожено три склада вооружения и боеприпасов, несколько схронов с техникой, – бодро отчитался другой адъютант. – Удары наносятся в срок и в точно установленные цели. Возмущение местного населения понятно, но мы делаем всё максимально аккуратно.

– В местах, где жандармерия подчинена военной полиции, нам удаётся сдерживать волны протеста. Несколько местных популярных ведущих пошли нам навстречу, но большая часть называет их предателями идеи независимой и суверенной Польши, – начал отчёт третий, чья должность была введена после очевидных преимуществ, полученных цесаревичем от сетевой пропаганды. – И большие вопросы вызывает новая информация, муссируемая в СМИ.

– Можете на неё не отвлекаться. Наша задача – перебить потоки пропаганды со стороны местных националистов, – сказал Пётр. – Показывайте действия партизан, казни лояльных власти граждан, пытки подростков – всё, что новые лесные братья используют по всей стране.

– Это не запугает наших сторонников? – спросил один из адъютантов.

– Сделайте так, чтобы не запугало. Не знаю как… Пускайте агитацию на службу в армии, показывайте спокойную и сытую жизнь в центральных городах империи, – недовольно ответил регент. – Почему мне приходится учить вас вашей работе?

– Прошу прощения, ваше сиятельство, – тут же склонил голову руководитель сетевой пропаганды.

– Хорошо. Что у нас с терактами? – наконец перешёл к самой животрепещущей теме Пётр, и люди начали отводить взгляды. – Я так понимаю, ничего?

– Следственная группа, вышедшая на подозреваемых, исчезла в полном составе, – нехотя ответил глава военной полиции. – Их методы очень напоминают таковые для секты Детей Господних, массовое применение диссонанса, саботаж на производствах и электростанциях. Только они стали куда более жестокими и кровавыми. За прошедшую неделю погибло или было извращено больше пяти сотен человек. Военные не пострадали.

– Они бьют по мирняку, пытаясь посеять панику и недовольство властью у тех, кто ещё остаётся на своих рабочих местах, – тяжело вздохнув, проговорил глава жандармерии. – Что мы можем с этим сделать? Не распылять же силы по каждому предприятию.

– Они сеют панику и страх… возможно, в этом и есть их слабость, – подумав, решил Пётр. – Сделаем их врагами собственного народа. Покажите всем, что они убивают тех, за кого призывают сражаться. Во всех подробностях. И расскажите, что мы гарантируем неприкосновенность и хорошее вознаграждение всем, кто поможет выявить террористов и мятежников.

Глава 2

Сутки прошли без происшествий, но расслабляться никто не собирался. Общество Теслы – не тот противник, на которого я рассчитывал, и уж точно не тот, которого я желал. Но судьба в очередной раз не оставила мне выбора. А потому мы сделали несколько вещей, которые от нас зависели.

В первую очередь разобрали крейсер по крупным агрегатам, упаковали их в совершенно одинаковые контейнеры и разослали по разным заводам, исследовательским и судостроительным предприятиям. Даже если в них нет ничего ценного, определить это на первый взгляд было невозможно, а так, методом обратного инжиниринга, мы могли получить передовые или даже уникальные устройства.

При этом тщательно фотографировалось и документировалось, какой приор или механизм стоял рядом, с чем они взаимодействовали, какие были входящие токи и прочее. Процедура была нелёгкой, но несколько тысяч человек и пара сотен кранов сумели справиться с нетривиальной задачей за два дня.

Кроме того, никто не знал, какой контейнер куда поедет, на них не было никакого визуального обозначения, что должно было запутать наших противников. Если они хотят не допустить, чтобы мы узнали о строении корабля больше, пусть погоняются за запчастями по всей стране.

– Нужно перевооружить охрану, – сказала Мария, когда изучила видео нашего столкновения с экипажем вражеского крейсера. – В этот раз вам повезло, в следующий удача может быть на стороне врага.

– И что ты предлагаешь? – спросил я.

– Перевооружить. Во что и как – это не моя забота, я не хочу вас потерять, – проговорила первая супруга. – Или не лезть на передовую хотя бы тебе и Ангелине.

– Отсидеться за чужими спинами не выйдет, – спокойно сказала Ангела. – Тем более сейчас, когда у нашего милого мужа открылось второе дыхание. Верно, дорогой?

– Если ты про стихийный дар Романовых, то я не уверен, что оно прямо открылось, но теперь я могу повторить фокус ведьмы, – кивнул я, и на вопросительный взгляд Марии активировал меч, а затем добавил к клинку пламя, ставшее видимым невооружённым взглядом.

– Потрясающе! – с восхищением проговорила Мальвина. – Шестой законный ранг у тебя в кармане. Князь не по статусу, а по силе!

– Пока только условно, – охладил я пыл супруги. – Клинок – единственное, что я могу создать с пламенем. Уже пробовал. Так что, возможно, дело не только во мне, но и в нём, и в способе, которым я его получил после убийства Ведьмы.

– Слишком много «если». У тебя есть стихийный конструкт, и этого достаточно, – отмахнулась Мария. – Формально теперь ты уже сейчас можешь претендовать на коронацию, не дожидаясь обговорённых сроков. Но, делать этого не надо.

– Согласна, пока есть возможность решить проблемы чужими руками, надо так и сделать, – поддержала Инга. – У нас и без того дел навалом, а если бросить всё и вернуться в Петроград, они останутся нерешёнными, а потом могут выйти боком.

– Не волнуйся, никто ничего бросать не собирается, – ответил я третьей жене. – Коронация от меня никуда не сбежит, тем более что сидеть в застенках всю оставшуюся жизнь – совсем не то, чего я бы хотел. Прочувствовал, пока мы разбирались с бюрократией по восстановлению Сургута.

– Балы, приёмы, постоянные званые вечера и визиты вежливости к богатейшим домам Европы и мира, что может быть скучнее? – едко спросила Мария.

– Постоянная и неизбежная бумажная работа, если ты, конечно, хочешь и в самом деле править, а не просто делать вид, – ответил я. – А ещё проверки, внезапные выезды на место и работа с ревизорами, инспекторами и шпионами.

– Этим должны заниматься министры, – отмахнулась супруга. – А твоя задача – не давать им расслабляться и не слишком напрягаться самому. Иначе это не жизнь, а какой-то бюрократический ад получается.

– Дорогая сестра, занимайся тем, что тебе близко, – приобняв её за плечи, сказала Инга. – Интригуй, сей панику в умах сторонников и противников, стравливай между собой врагов. А править оставь Александру, он понимает, как это тяжело. Ну и мне, я всегда подставлю ему своё хрупкое женское плечико.

– Не стоит спорить из-за этой мелочи. У каждой из вас свои таланты, – сказал я, разнимая мечущих огонь взглядом девушек. – И это просто великолепно, что вам не придётся сражаться друг с другом за свои интересы, потому что интересы у вас общие.

– Верно, – чуть вздёрнув носик, ответила Мария. – Общие. Только вот методы их достижения, похоже, разные.

– И это хорошо, – подыграла мне Ангелина. – Уж лучше, когда проблемой занимаются с разных точек зрения, а не с одной. Так мы сможем охватить все её стороны.

– Ну хорошо. Предположим, – сказала Мария, переключившись с Инги на вторую жену. – Мы все умные, красивые и прочее… можешь даже не возражать! Но если у меня отлично выходят интриги, а у Инги рутина, то чем выделяется Ангелина?

– Ты провоцируешь, – тут же нахмурилась Ангела, но, подойдя к девушке, я приобнял её и поцеловал. После чего она тут же успокоилась и просияла.

– Ещё глупые вопросы? – спросил я у теперь уже мрачной Мальвины. – Она сильнее всех меня любит, и мне этого достаточно.

– А… – открыла было рот первая супруга, но тут же замолчала задумавшись.

– Но с вооружением ты права, что-то надо делать. Один череп – уже слишком сильный противник, даже в резонансном модифицированном доспехе. Что будет, если враг пошлёт кого-то не седьмого-восьмого ранга, а например, пятого или третьего? – обеспокоенно произнесла Инга.

– Почему сразу не первого? – фыркнула Ангелина.

– Потому что одарённых первого ранга и вне категорий на планете меньше двадцати человек, и всех их знают не только по именам, но и в лицо, – снисходительно ответила Мария. – Вам бы тоже их заучить не помешало. Короли великих держав – почти все. Некоторые из их братьев и сестёр. Пара премьер-министров. Собственно, всё.