Время пролетело незаметно, а затем мы нашли Чайна таун – китайский квартал в Дубай молл. Над входом висели их фирменные красные фонарики, а внутри шумела и гудела китайская ярко-красочная жизнь.

Успели сфотографироваться со знаменитой пандой, сделать снимок с этой очаровашкой желают туристы всего мира.

Мы уже сильно проголодались. Нашли кафе, ознакомились с меню и сели за столик. Собрались заказать что-нибудь острое китайское. К нам подошел официант, но мы глянули на часы и испугались – до отъезда автобуса в отель оставался ровно час, а найти выход из Дубай молл – нелегкая задача.

Как оказалось, переживали мы не напрасно. Стали искать первый магазин, который мы увидели при входе – магазин детской одежды. Но, как ни странно, на стойке информации он не отображался. Вбивали и так, и этак, и по-английски, и латиницей, нет детского магазина, хоть ты тресни.

– Хорошо, давай найдем другой, – огорчилась я. – Вторым был Пьер Карден.

Пьеров Карденов оказалось несколько – на этаже 1F, на этаже 1G, на первом и втором этажах. С какого начать? И чем отличаются этаж 1F от этажа 1G?

Третьим запечатленным в телефоне магазином был Кико. И он тоже не находился! Что ж за напасть такая?

– Ладно, не будем паниковать, – решили мы. – Будем искать паркинг туристических автобусов.

Но то ли в этот день произошел глобальный сбой, то ли мы что-то не так делали, стоянка туристических автобусов не находилась.

За нами уже столпилась очередь таких же искателей своего пути, и мы уступили им место под солнцем, то есть у стенда.

Подруга предложила искать все магазины, что мы фотографировали на входе. Но я твердо сказала:

– Не надо искать, надо спрашивать.

И мы пошли искать служащего. Конечно же, когда не надо, они попадаются на каждом шагу. А когда нам понадобились – их ни одного не оказалось.

Наконец, нашли одного. Он нам сказал волшебное слово: Забил.

Так назывался наш вход на том этаже, с которого мы начинали свой путь по Дубай Моллу. Послал нас спуститься на этаж, потом направо, потом прямо, потом налево.

Мы спустились на эскалаторе, но ситуацию это нисколько не прояснило. Снова запросили информацию у стенда, нас послали наверх. Снова поднялись на эскалаторе, начали искать служащего.

Какими-то одному Богу известными путями снова попали в Чайна таун, и на входе встретили уборщика в перчатках, который таким же страдальцам, как мы, объяснял дорогу.

Снова побежали наверх, потом направо, потом налево, потом прямо. Поняли, что окончательно запутались. Нашли лифт и кинулись к нему – вот же он, наш лифт, мы его узнали! Мы поднимались на таком же. Возле лифта стояла стайка рабочих, и мы кинулись к ним как к спасительному кругу, умоляя сказать, где же туристик бас стоп. Один из рабочих показал на второй лифт, сами они всей толпой садились в грузовой, видимо, ехали на работу.

Мы нажали кнопку вызова лифта, но тут двое рабочих, увидев наши вытаращенные от паники и ужаса глаза, взяли нас за руки и отвели к полицейскому, стоявшему дальше по коридору.

– Туристик бас стоп! – взмолились мы. – Мы уже устали искать выход!

Полицейский рассмеялся и проводил нас до эскалатора. Сказал: прямо, прямо и прямо.

Спустившись на эскалаторе, мы увидели толпу казахских туристов с экскурсоводом. Они ехали туда же, куда и мы. Снова спустились, встретили в лифте русскоязычную женщину, и она нас довела до самого выхода на парковку автобусов.

Встреченные там наши граждане показались нам родными и близкими. Жители отелей Рамада, уставшие и обессиленные, сидели уже на тротуаре, не обращая ни на кого внимания. Автобус опаздывал, и волновались все без исключения.

Зато потом приехали сразу три автобуса, и наш водитель на входе всех спрашивал:

– Черный Рамада?

– Черный, черный! – отвечали обрадованные пассажиры. – Совсем черный. Очень черный! Black Ramada!

Вот так легко учится английский язык, когда он сильно нужен.

Прибыв, наконец, в отель, мы решили, что не будем ездить в Дубай каждый день, лучше посвятим себя морю и солнцу.

И так, в третий день нашего пребывания, мы поехали на автобусе на море.

Каждое утро по расписанию к нашему отелю подъезжает большой комфортабельный автобус, и в него загружаются туристы с пляжными сумками. Одной женщине не хватило места, и водитель и менеджер отеля долго вдвоем просили ее выйти.

– Мадам, плиз, через две минуты подъедет следующий автобус, – убеждали они женщину.

Но она не хотела выходить, и все спрашивала:

– А автобус точно подъедет? А вдруг, его не будет?

Когда наш автобус тронулся, через стекло мы увидели, как подъехал следующий большой автобус. Служащие отеля такие молодцы, не оставят даже одного человека. И очень законопослушные, в автобусе нельзя ехать стоя, поэтому лишнего пассажира на борт не возьмут.

Мы порадовались, что все так удачно складывается, расположились на пляже. На море так было тепло и хорошо, летали симпатичные вертолетики с флагами Эмиратов.

Через пару часов подруга попросила меня посмотреть, во сколько будет обратный автобус.

Я залезла в свою сумку за телефоном и, как мне показалось, посмотрела расписание. Но на самом деле замечталась, нашла целую кучу необходимых мне прямо здесь и сейчас вещей и занятий, и забыла посмотреть.

Мы спокойно собрались, но на свой автобус в 13.15 опоздали. Подошли на стоянку в 13.20, и он уже ушел.

Подъехал еще один автобус, но он оказался из желтой «Рамады».

– Что же мы теперь будем делать? – спросили мы у водителя, который по-русски не разговаривал.

Он включил на телефоне Google переводчик, и дал нам послушать то, что говорит всезнающий Google. Прогресс!

Мы можем добраться до отеля на такси, оплата за проезд или наличными, или по карте. Где поймать это самое такси, или как его вызвать, переводчик нам не озвучил.

– Может быть, вы нас до желтой Рамады довезете, а оттуда мы как-нибудь доберемся? – с надеждой спросили мы.

– Желтая Рамада рядом с пляжем, вам это ничего не даст, – ответил водитель по-английски.

Все же он молодец, не бросил нас в беде, объяснил ситуацию, как мог. Особенно порадовало, что теперь можно даже на краю света включить переводчик, и понять, что говорит другой человек.

Мы направились в сторону пешеходного перехода. Надо сказать, что у них и в Дубае, и в Аджмане очень странные переходы, кроме того, что встречаются они крайне редко. Нужно ждать местных жителей, и перебегать с ними половину дороги на красный свет. Там все так делают. А вторую половину дороги можно идти, как законопослушные граждане, на зеленый сигнал светофора.

Мы благополучно перешли дорогу и стали искать что-нибудь, отдаленно напоминающее стоянку такси, но ничего похожего не было. Моя подруга Оля неуверенно помахала рукой, и тут, как по мановению волшебной палочки, остановилась машина такси марки «мерседес».

Нам, кстати, говорили, что такси лучше выбирать марки «тойота», а не «мерседес» или «БМВ». «Тойоты» дешевле и не считаются люксовой маркой.

На английском мы объяснили водителю такси, что хотим доехать до отеля Рамада, но наличных дирхам у нас с собой нет, есть только карта. Он оплату по карте принимать не захотел, закрыл дверь, и поехал дальше. Через пару минут остановился следующий таксист, и сказал, что его вполне устроит расчет по карте.

Радостные, мы сели в машину и начали знакомиться с водителем. Водитель рассказал, что его зовут Мухаммед, и он родом из Пакистана. Работает здесь восемь месяцев, потом едет домой, а затем снова приезжает на работу в Аджман.

– А сколько у тебя жен, Мухаммед? – спросила я.

– У меня одна жена, я же не шейх, – улыбнулся Мухаммед. – У меня любимая жена в Пакистане и двое детей. Пакистан – очень красивая страна.

– Я люблю Пакистан, – сказала я.

И это была чистая правда. Честно, обожаю пакистанцев. И таксист остановился пакистанец, и ребята в грузовом лифте торгового центра «Дубай молл» рабочие пакистанцы помогли нам с поисками выхода, и в прошлый визит в Дубай пакистанцы уступали нам места в метро и рассказывали дорогу. Чудесные ребята! Люблю Пакистан!

Чудесный человек Мухаммед довез нас до нашей любимой «Рамады» и достал свой чудесный аппарат для оплаты карточкой. На таксометре высветилась сумма в 17 дирхам.

Мы всунули карточку в чудо-аппарат, но карточка не сработала. После нескольких безуспешных попыток я сказала:

– Мухаммед, пусть моя подруга посидит в машине, а я сбегаю в номер, принесу пять долларов. Мы заплатим долларами, О'кей?

– Yes! – с радостью согласился таксист.

Забежав в номер и доставая пятерочку зелененьких из сейфа, я так и подумала, что таксист наверняка попросит еще один доллар, или я совсем не разбираюсь в психологии таксистов. Но брать доллар не стала.

Когда я уже бежала по холлу, навстречу попалась Оля и сказала, что таксист ее отпустил.

– Ого! – удивилась я. – Я же тебя в заложниках оставила!

– А он меня отпустил.

Я села в машину, отдала пятерочку, а Мухаммед начал долго и медленно высчитывать курс. Через несколько проведенных им манипуляций с телефоном он решил, что не хватает пары дирхам.

– Ну, уж нет! – сказала я.

Никакая сила в мире не заставила бы меня еще раз идти в номер и подниматься в лифте за долларом.

Я взяла свой калькулятор в телефоне и показала Мухаммеду, что пяти долларов с лихвой хватает на покрытие суммы в семнадцать дирхам. У них курс доллара не меняется уже несколько лет и всегда составляет 3,67 дирхама за один доллар.

Чудесный человек Мухаммед со мной не соглашался, но я решила, пусть он обращается к служащим отеля за переводом, если захочет, и просто вышла из машины.

Пройдя боевое крещение, мы с подругой решили, что по Аджману можно спокойно ездить на такси. Очень лояльные цены. Бензин у них стоит 2,58 дирхама, и цена никогда не меняется. В отличие от нас. У нас если доллар дорожает, то бензин тоже дорожает. Если доллар дешевеет, бензин вопреки здравому смыслу дорожает. И если доллар стоит на месте, бензин все равно дорожает!

Пообедав на скорую руку в номере, мы вышли в город, искать свои любимые магазины. Темнеет в Эмиратах рано, уже в четыре часа наступают сумерки. Все же это пустыня, хоть и с многоэтажками и эстакадами.

В этот раз я надела свою короткую джинсовую юбку длиной до колена с симпатичным желтеньким свитшотом. Я старалась соблюсти приличия, прикрыть плечи, как положено в мусульманской стране.

Мы вышли из отеля, и пошли, куда глаза глядят. На улице никто не обращал на нас внимания, но когда мы зашли в торговый центр Safeer, я поняла, что женщины в абайях смотрят на меня крайне подозрительно, если не сказать осуждающе.

Эмираты – мусульманская страна, где особенно ценится скромность. Надев юбку неподобающей длины, я невольно проявила неуважение к местным жителям и их культуре. На территории отеля и на пляже можно носить все, что угодно, но на улицах, рынках и в общественных местах стоит одеваться поскромнее.

Когда мы шли обратно по торговой улице, нам навстречу попались две девушки из нашего отеля. На одной была надета длинная юбка, а вторая шла в коротких шортах, которые совершенно не скрывали оголенные толстые ляжки. Когда они проходили мимо мужчин, сидевших или стоявших на тротуаре перед своими магазинчиками и кафешками, те поднимали палец кверху, перемигивались и переглядывались с соседями. Мужчины из кафе даже выходили и долго смотрели девушкам вслед, пересмеиваясь и делясь комментариями.

К слову, на следующий день мы снова встретили тех самых девушек на улице, и они уже были в платьях до пят. Наверное, им хватило впечатлений.

Мы прошлись по улицам, пофоткались возле центра «Тойота». Я фанат «Тойоты», в отличие от тех, кто не советует брать такси этой марки.