Глаз зацепился за слово «Неон». Это было нормально: имя популярного блогера встречалось с завидным постоянством. И обычно Вероника могла сказать, что` содержит новость, не открывая ее. А сейчас – что-то неожиданное.

«Знаменитому сыщику бросили вызов».

Интересно, когда успели? Тиша не появлялся в Cети все то время, что они были на островах, почти три недели. Сказал, что после Антарктиды ему нужна перезагрузка. Может, она чего-то не знает?

Вероника коснулась ссылки. Шоу на каком-то третьеразрядном канале, название говорит само за себя: «Тайны прошлого».

Большой экран, показывающий черно-белую фотографию: цепочка лыжников в одежде из тех времен, когда мама Вероники была молодой. Лыжники улыбались и махали руками. Девять человек. Поперек фотографии кроваво-красная надпись: «Трагедия горы Мертвецов: кто виноват?»

Гора Мертвецов… Память подсказала, что это какая-то нашумевшая история. Давным-давно, еще при Союзе, туристы ушли в лыжный поход и не вернулись. Кажется, так.

Под экраном стоял круглый стол в окружении кресел. Как водится на подобных шоу, пока было занято единственное, в нем сидел ведущий. Вероника, присмотревшись, опознала некогда известного, но с возрастом вышедшего в тираж актера.

Ведущий принялся рассказывать о трагедии на горе Мертвецов. Вероника зевнула и промотала ролик на полчаса вперед. Для того, чтобы увидеть, что в крайнем правом кресле появился Вован. Изображающий серьезность и деловитость, с новыми запонками в рукавах новой рубашки.

«Неон. Видеоблогер. Эксперт в области расследования криминальных загадок прошлого», – появилась надпись на экране, когда Вована показали близко.

Вован, привычно работая лицом на камеру, сидел в кресле и глубокомысленно помалкивал. Время от времени поправлял дизайнерские очки на носу. Это был аксессуар, составляющий часть образа. Стекла очков – обыкновенные, без диоптрий, на зрение Вован не жаловался. Он вообще отличался завидным здоровьем. По мнению Вероники, это была компенсация от природы за отсутствие мозгов. Вот, спрашивается, какого рожна приперся на какое-то занюханное шоу? Что он тут забыл? Пришлось смотреть ролик с начала.

Почти сорок лет назад группа студентов одного из уральских вузов ушла в лыжный поход. Опытные, отлично подготовленные ребята во время зимних каникул собирались пройти не самый сложный маршрут – подняться на так называемую гору Мертвецов. Ушли девять человек. Вернулись только четверо, трое парней и девушка. Пятеро навсегда остались на горе. Девушка через сутки умерла в больнице. Трое парней вскоре погибли при странных обстоятельствах.

– Неудачи преследовали группу с самого начала, – рассказывал ведущий. – Еще до похода заболел один из участников, и руководителю группы Олегу Лыкову пришлось срочно искать замену. Далее – очень не повезло с погодой. Обильные снегопады, сильный ветер. Туристы с трудом продвигались по маршруту. А на четвертую ночь случилась трагедия. На палатку, которую ребята разбили на склоне горы Мертвецов, сошла снежная лавина. Гора как будто мстила туристам за то, что они потревожили ее покой. Одна из тамошних легенд гласит: все живое, что попадет на гору Мертвецов, навсегда останется там. Коренные местные жители не зря испокон веков обходили эту гору дальней дорогой. И, вероятно, не просто так советовали туристам не приближаться к ней.

Дальше пошли подробности, сопровождаемые фотографиями на большом экране. И Вероника, которая поначалу слушала ролик на скорости полтора, переключилась в нормальный режим.

Лавина сошла на палатку ночью. Это было абсолютной неожиданностью, никогда прежде в тех местах лавины не сходили. И вдруг – огромная снежная плита весом, как установили потом, около двух тонн, тронулась с места и поехала вниз. Погибли четверо туристов, тяжелая снежная масса их буквально размазала. Ночь, снегопад, ураганный ветер снаружи, стоны боли внутри.

Те, кто не пострадал, сумели выбраться. Принялись раскапывать лавину. Выла метель, руки и ноги обмерзали на ветру. Один из пострадавших умер сразу после того, как его сумели вытащить. Еще трое признаков жизни не подавали с самого начала. Еще одна девушка была тяжело ранена – раздавлены ребра с правой стороны, правая рука и нога. А еще вдруг выяснилось, что пропал девятый турист, парень по имени Гриша. Среди уцелевших его не было, а среди погибших Гриша находиться не мог. О современных спальных мешках в те времена приходилось только мечтать. Самым простым и распространенным вариантом для зимней ночевки был самодельный конверт, два сшитых по краю одеяла из капрона и синтепона. В получившемся большом спальнике помещались три человека, так было теплее. Гриша лежал в том же спальнике, что и двое выживших. Лавина до них не добралась. Один из парней вспомнил, что сквозь сон ему показалось, будто незадолго до лавины кто-то выходил из палатки.

Искать Гришу сил уже не было. Покричали, посигналили фонарями, запустили ракеты, но Гриша не появился. Решили, что он, вернувшись, лег не на свое место, а между спальниками, чтобы не беспокоить других, и его тоже раздавило насмерть. Выжившие занялись транспортировкой вниз травмированной девушки.

До цивилизации добирались около трех суток. Без палатки, почти без еды, без многих необходимых вещей, с раненой девушкой на руках. Ее удалось довезти живой до обитаемых мест и переправить в больницу. Через сутки девушка умерла при странных обстоятельствах. Последними ее словами были: «Мы нарушили покой горы Мертвецов! Гора заберет нас всех».

А Гришу нашли спасатели, метрах в тридцати от палатки. Друзья в темноте и беснующейся метели его не увидели. Гриша лежал раздетый, без обуви, вокруг была разбросана одежда. Снег в радиусе двух метров утоптан босыми ступнями. Как будто перед тем, как замерзнуть насмерть, парень танцевал на снегу.

Из тех троих, что вернулись в родной Екатеринбург – тогда он назывался Свердловском, – один упал с моста на речной лед и разбился насмерть. Другого сбил грузовик. Третий и последний оставшийся в живых, руководитель группы Олег Лыков, повесился в спортзале вуза на баскетбольном щите.

Вероника поежилась. Истории, отдающие мистикой, вслух она обычно высмеивала, но в глубине души всякой необъяснимой потусторонщины опасалась. И искренне не понимала, чем надо было думать, чтобы лезть на гору с таким завлекательным названием. Других гор мало, что ли?

А за круглым столом в студии постепенно рассаживались приглашенные.

Толстая тетка характерной внешности, в национальных одеждах с бахромой и замысловатыми узорами, положила на стол перед собой бубен.

«Евья. Потомственная шаманка. Свидетельница трагедии», – сообщила надпись на экране.

– Я тогда малая была, – принялась рассказывать Евья. – Помню их. Приходили, потревожили наше капище. Над идолами смеялись. – Она роняла слова резко и отрывисто. – Мой дед – тогда он самым сильным шаманом был – встретил их. Пожалел, они были молодые и глупые. Дед сказал – не ходите на гору Мертвецов! Беда случится. Но они не послушали. Пришлые люди не верят в духов, а духи мстят! – Евья вытаращила глаза и уставилась на бубен.

– То есть верно ли я понимаю? – вмешался ведущий. – Туристы погибли из-за того, что позволили себе насмехаться над духами?

Евья посмотрела на него, как смотрят на назойливую муху. Процедила:

– Мой народ почитал духов от начала времен! Поклонялся им. Мой дед говорил с духами, моя мать говорила с духами. Их дар передался мне. Мой род ведет свою историю много веков! Мы возносим духам молитвы, они дарят нам то, о чем мы просим. А ваш народ своих богов давно позабыл. Вы верите в то, что вам нужно сейчас. В то, во что выгодно верить. Когда-то вы променяли своих богов на чужого Христа. Потом свергли и его. Верили в Ленина, Сталина, коммунизм. После разуверились и в них, сейчас у вас новый бог – деньги. Вы пришли на землю, которая веками принадлежала нам! А сами даже не знаете, какого вы рода и племени. Мой народ мал, но духи наши сильны. Вы не верите в них – тот, кто предал своих богов, не уважает чужих. Молодые и глупые оскорбили духов. А духи обид не прощают.

Бубен, лежащий на столе перед шаманкой, вдруг тонко загудел, словно в него ударил кто-то невидимый.

Вероника вздрогнула, ведущий тоже. Он даже под стол заглянул, чтобы проверить: может, шаманка ударила ногой по столешнице?

«Ну и взгляд у нее, – мелькнуло в голове у Вероники. – Не хотела бы я, чтобы на меня так уставились. Даже сквозь экран – нехорошо как-то».

Ведущий, судя по всему, тоже почувствовал себя неуютно. Налил из бутылки воды в стакан. Вероника готова была поспорить, что, когда пил, подавился, но этот момент при монтаже вырезали.

– Благодарю вас, Евья, – сказал ведущий. – А теперь послушаем Михаила Рыжова, непосредственного участника событий!

Появился потрепанный мужичок лет шестидесяти. Это был тот человек, который сорок лет назад заболел и не пошел в поход.

Михаил Рыжов, помявшись, неохотно признался, что болезнь была липовой. От похода его отговорила бабушка – уроженка тех мест, куда собирались туристы. Бабушка буквально в ногах валялась у единственного внука, умоляя не ходить на гору Мертвецов. Парень поначалу упирался, но после того, как вынужден был среди ночи бежать в аптеку за сердечными каплями, упираться перестал. Соседка по дому, где парень жил вместе с бабушкой, работала в районной поликлинике. На следующий день у Михаила Рыжова образовалась справка о болезни, и в поход он не пошел.

– Почти тридцать лет, как бабушку похоронил, – убито закончил Рыжов. – А до сих пор помню, как она меня умоляла не ходить. Сперва-то я молчал, а потом понял, что не могу больше. Нужно рассказать правду.

– Гибель группы – моя вина, – объявил вдруг третий человек, появившийся в студии. Седой представительный дяденька в красивом пиджаке.

«Иннокентий Быстрицкий. В 1988 году – аспирант 2-го курса УТИ, руководитель туристического клуба», – прокомментировала надпись.

– Тогда я, увы, этого не понимал. Мы были молоды, амбициозны, на спортивные достижения молиться были готовы. Гора Мертвецов? Ха! Что за предрассудки? Коренные жители боятся – так на то они и туземцы, дикие и малообразованные. А у нас двадцать первый век на носу. Нам ли бояться бабкиных сказок? Поднимемся и флаг на вершине поставим, в знак победы разума над суевериями! Это для туземцев – священная гора, а для нас всего лишь маршрут третьей категории сложности… Вот с таким настроением ребята ушли. Я лично их провожал и напутствовал. Если бы только представить мог! Никогда себе этого не прощу. – Иннокентий Быстрицкий закрыл лицо руками.

Он произносил эти слова явно не в первый раз, но переживал, кажется, вполне искренне. До сих пор ругал себя за то, что позволил группе отправиться к злополучной горе.

В разговор снова вступил ведущий.

– Итак, по версии выступающих, случившееся с группой Лыкова – месть горы Мертвецов. То есть мистика в чистом виде! А теперь давайте послушаем тех, кто не верит в мистику. Их оппонентов.

Первым из оппонентов оказался бородатый мужчина, сухощавый и загорелый до черноты, председатель какого-то туристического сообщества. Он горячо, с пеной у рта, сыпля специализированными терминами, принялся доказывать, что в сходе лавины такого типа на таком уклоне при обозначенных погодных условиях ничего мистического нет. Лавины сходили, сходят и будут сходить. То, что не сходили в тех местах никогда прежде, – миф, и не более. Просто никогда прежде туристы интереса к горе Мертвецов не проявляли и палатки там не ставили. Потому что ничего интересного, с точки зрения туризма, гора из себя не представляет – как не представляла сорок лет назад.

– А как же гибель Григория Маврина? – спросил ведущий. – В ней, по-вашему, тоже нет ничего мистического?

– Абсолютно. Что угодно могло произойти. Судя по словам сокурсников, Маврин был натурой творческой, увлекающейся, большим фантазером. В студенческом театре играл…

– Играл, – убито подтвердил Михаил Рыжов.