В этот момент он смотрит на меня зло, с упрёком и оправдывается теперь перед другом.

– Бывайте, – недовольно бросает прощание мне и Михаилу Григорий.

– Вот какого чёрта ты решила нас с другом поссорить?! Не лезь ему в душу! Зачем ты ему морали начала читать? Его бабы – не твоё дело! – раздражённо отчитывает меня, едва сдерживая гнев. – Ты услышала что хотела? Развод и уход отменяются? – улыбается теперь ехидно.

Несколько минут мы сидим в молчании. Значит, это всё-таки стринги женщин Лисовского… Ну-ну.

Я редко плачу перед мужем, ведь он не любит моих слёз, но сейчас неожиданно накрывает, причём так, что я не могу себя сдержать в его присутствии.

Слёзы разочарования сами текут по моим щекам, несмотря на все попытки их удержать.

– Альбин, ну чего ты расклеилась, – голос его смягчается, звучит почти ласково.

Курбатов редко позволяет себе нежности и только если самому хочется.

– Ну я же тебе говорил, что это, – кивает в сторону чужого нижнего белья, – не моё! Разве я когда-нибудь за все годы брака давал тебе повод думать, что могу изменить?

– Пока нет.

Неожиданно в мгновение Михаил снова оказывается возле меня. Он берёт моё лицо в свои руки, поднимает и смотрит мне прямо в глаза.

Затем не отрывая взгляда, нежно касается губами одной слезинки на моей щеке, потом другой.

– Солёные должны быть, а твои сладкие, – шепчет в ухо.

Он крепко держит мой подбородок, чтобы я не смогла отвернуться, и целует. Страстно, прикусывая губу, облизывая укус языком.

– Миша, прекрати, – не хочу этих объятий.

– Почему? – не соглашается. – Знаешь, мне неожиданно понравилось, что ты приревновала. Это как-то даже… возбудило меня.

Улыбаясь, продолжает смаковать мои губы. Другой рукой он сжимает мою грудь и толкает бедром в мои, намекая на внезапно вспыхнувшую страсть.

– А меня нет, – прерываю его ласки и вижу, что он растерян.

– Тебе сложно угодить… Я не груб с тобой теперь, ласков, страстен, открыто показываю, что хочу тебя сейчас, а ты всё портишь.

– А мне ласка нужна не тогда, когда я тебя в изменах подозреваю, и ты оправдываешься, а просто так! Без повода!

– Всё-таки не веришь мне… – он догадывается, что да, не верю.

– Дай мне в себя прийти после всего этого, – киваю в сторону нижнего белья. – Надо успокоиться.

– Как хочешь. Тогда у тебя всё? – снова становится тем, кем обычно является: хмурым и слегка агрессивным. – Если да, тогда пока. Дел по горло.

– Да, всё. Я домой поеду. Голова очень разболелась.

Выжата как лимон, устала, кажется, на физическом уровне, словно я мешки тяжёлые сегодня на себе таскала.

В душ хочу и ещё немного подумать о том, что произошло. Неверие и недоверие всё равно точит меня.

Отпустить бы ситуацию после откровения Лисовского, а не получается.

Выхожу из кабинета и сразу обращаю внимание на нашу секретаршу.

Она сидит за своим столом, сосредоточенно уставившись в монитор, будто не замечая моего присутствия. Не знаю, специально или делает вид.

Её пальцы скользят по клавиатуре, а выражение лица вполне спокойное, несмотря на то, что недавно мой муж орал на неё.

Пытаюсь припомнить, сколько работает у нас эта девушка. Примерно около шести месяцев. Именно поэтому, может быть, я не успела заметить главное?

Муж устроил её сюда по просьбе какого-то знакомого, который уверял, что она настоящий профи в своём деле.

Какого именно знакомого, я теперь уже и не помню.

А теперь мне неожиданного стало любопытно: а в чём именно она так хороша и профи?

Перевожу взгляд на её руки. Да, действительно, на пальце блестит обручальное кольцо, а значит, она замужем.

Кажется, это должно служить сигналом о том, что девушка вряд ли станет любовницей моего мужа, но разве подобные вещи когда-нибудь останавливали кого-то от измен?

Подхожу к ней ближе, и она наконец-то поднимает на меня глаза.

– Что-то не так, Альбина Альбертовна? – вопрос, звучит спокойно, но я всё равно чувствую её волнение.

– Всё так, – девушка кивает мне, улыбается, но в её глазах, как мне показалось, читается страх.

Вести с ней диалог бессмысленно. Она всё равно, даже если требовать буду, правду не скажет. Именно поэтому ухожу, не прощаясь.

Глава 9

Выхожу из здания, даю волю слезам, теперь уже совершенно не скрываясь.

Всего пару брошенных фраз и сдал ты себя, Курбатов, с потрохами.

Противно было слушать и дружка, как тот выгораживал, и собственного мужа.

Сердце сжимается так, будто кто-то выкручивает его изнутри. Гнев сменяется отчаянием и кажется, что земля уходит из-под ног.

Останавливаюсь, прислоняюсь спиной к холодному камню стены здания и закрываю глаза. Больно…

Телефон снова начинает вибрировать в кармане. Назойливое жужжание словно раздражающий звук, который невозможно игнорировать.

«Нина». Подруга, которая всегда рядом.

Вытерев слёзы, делаю несколько глубоких вдохов и выдохов, стараясь взять себя в руки. Надо собраться, нельзя показывать свою слабость перед ней.

– Алло! Ну наконец-то! Где ты пропала?

– Я…

– Ну не я же! – не успеваю даже ответить. – Уехала к Ладе, и след простыл. А зная твоего мужа, я распереживалась вся.

– А зачем переживала? – пытаюсь улыбнуться сквозь слёзы, но выходит неважно. – Что могло случиться?

– Как это, зачем!? – подруга на эмоциях волнения отчитывает меня. – Мало ли! Ну что, как дела?

Она замолкает, ожидая моего ответа.

– Мы… мы немного поссорились, – говорю, стараясь говорить спокойно, но чувствую, как внутри всё кипит.

С Ниной мы познакомились пять лет назад и сразу же поладили, находясь словно на одной волне.

Она часто делилась со мной своими проблемами, рассказывала о том, как тяжело ей бывает с мужем, и постепенно наши отношения перешли в доверительные.

За это время как-то совершенно незаметно успели стать близкими подругами.

У меня есть дочь, которой я доверяю свои секреты, с которой могу поделиться всем, что происходит в моей жизни, кроме вопросов о её отце.

Есть муж, которого я любила и которому верила.

А подруги… Подруги ушли из моей жизни давно, ещё тогда, когда заболела мама.

Они просто испарились в какой-то совсем для меня неожиданный момент, и не хотелось никого больше впускать в свою жизнь, потому что я боялась новых разочарований.

Но с Ниной всё оказалось иначе. Мы нашли общий язык, несмотря на то, что у нас были разные судьбы. И понимали друг друга без лишних слов.

Нина росла в состоятельной семье, и до своих двадцати лет довольно хорошо жила.

Но потом всё резко изменилось. Отец её прогорел после какой-то неудачной сделки, и семья буквально за год стала нищей.

До такой степени нищей, что родители остались жить на даче, а она выскочила замуж за первого встречного парня, потому что у него была своя квартира.

У меня ровно наоборот: тяжёлая финансово жизнь до Курбатова, и изобилие с его появлением в моей судьбе.

– Ну как он отреагировал, что ты в квартиру к Ладе поехала? – не отвечаю. – Альбин… Что-то случилось? Почему ты замолчала? Наверняка рвал и метал, что ты проявила такую настойчивость, да?

– Я нашла трусы, – наконец выдавливаю из себя.

– Какие трусы?

– Женские. Кружевные. Чёрного цвета.

– В той квартире, куда ты поехала? – уточняет у меня.

– Да, там. Прямо в Ладиной квартире.

– Где ты сейчас? – Спрашивает она, уже с беспокойством.

– Я еду домой. Вернее, собираюсь ехать. На такси. Оставила машину у дома Лады, боялась, что не справлюсь с управлением. А до этого была в офисе.

– К нему поехала?

– Ну да, – шмыгаю носом.

– Решила спросить всё сразу?

– Ну да. – Отвечаю, замечая, как приближается вызванная мной снова машина такси. – Ладно, я домой. Хочу принять душ и лечь в кровать.

– Давай я подъеду, – настаивает подруга, – и мы поговорим. Ты расскажешь, что произошло. Тебе же, наверняка надо выговориться.

– Как хочешь. Да, наверное, так будет лучше. Мне просто жизненно необходимо мнение со стороны. Возможно, Михаил прав, и всё, что он мне сказал, действительно правда…

– А что он тебе сказал? – пытает меня подруга, и я чувствую нескрываемый интерес с её стороны.

– Приезжай, и я расскажу. Меня такси ждёт.

Пока еду до дома, прислонившись к окну, рассматриваю обстановку, которая пролетает за моим окном.

Никак не могу поверить в том, что моё стремление помочь дочери приведёт к таким открытиям.

Мой муж сделал всё, чтобы выкрутиться, но я не верю больше Курбатову. Теперь уже не верю. Больше уже не верю.

Заставляя позвонить другу, я надеялась: вместо того, чтобы подставлять его передо мной, он покажет себя по-мужски, по-настоящему и признается, что Михаил мудак и изменщик.

Но этого не произошло. Друга он подставил не сомневаясь.

Другие звоночки также заставили меня усомниться в его порядочности, но я никак не думала, что эти вещи могут быть взаимосвязаны.

Пару недель назад молодой человек моей дочери сказал мне, что у Курбатова существуют отдельные от меня банковские счета. Сначала не поверила, но потом взяла под контроль эмоции и всё-таки начала работу в этом направлении.

Я, было сосредоточилась на этой информации, как случилась история с трусами.

Теперь, выходит, мне нужно не только доказать, что мой муж обманывает меня в финансовых вопросах, но и то, что он изменяет мне.

Полный комплект непорядочного супруга?

Не верится, но, похоже, я действительно оказалась в этой ужасной ситуации.

Меня вдруг осеняет: а что, если всё это связано?! Да, в таком случае тогда всё становится логичным.

Зачем ему нужны тайные счета, если ему нечего скрывать?! Чтобы обеспечивать тайную жизнь себе и своей любовнице, или он готовит плацдарм, с целью расторгнуть со мной брак?

Придётся нелегко, но я пойду до конца, чтобы наказать его.

Одной это сделать будет тяжело и уйдёт больше времени, которого у меня нет, а значит, надо довериться тем, кто действительно может мне помочь.

Осталось лишь пару человек, которым я могу доверять безоговорочно. Набираю молодому человеку своей дочери.

– Егор, привет. Занят?

– Добрый день, Альбина Альбертовна. Нет, для вас не занят.

– Лада рядом?

– Нет. Что-то случилось?

– Я подробного потом расскажу. Времени сейчас на разговоры нет. У меня просьба, которую исполнить нужно уже прямо сейчас.

– Слушаю.

– Надо присмотреть за несколькими людьми, но присмотреть так, чтобы информация была о каждом их движении.

– Ваш муж среди них есть? – уверенно спрашивает меня.

– Да.

– За ним уже присматривают…