– А если я хочу отблагодарить? – Подступаю еще ближе и кладу руки ему на плечи. Мы почти одного роста, поэтому у меня почти получается заглянуть ему прямо в глаза.

– Кендалл… – Бостон втягивает воздух и перестает дышать, когда я опускаю губы на его шею. Он прикрывает глаза.

Я вся дрожу, но я должна быть смелой. Я не ребенок. Хочу, чтобы он запомнил меня другой. Хочу, чтобы все это время скучал по мне и вспоминал этот момент.

Я опускаюсь ниже, прокладываю дорожку из робких поцелуев вдоль его шеи до ложбинки между ключиц. Грудь Бостона напрягается и застывает на вдохе. Представляю, какой он под рубашкой. Какое красивое у него тело, которое хочется трогать, ласкать, делать ему приятно. Мне не терпится проверить. Расстегиваю верхние пуговицы его рубашки, но Бостон перехватывает мое запястье.

– Кендалл, так нельзя. Прекрати. – Он не смотрит на меня. Запрокинул голову к потолку и зажмурился.

– Останови меня. – Я выдергиваю руку из его хватки и вцепляюсь в ворот рубашки.

– Боже… Что ты творишь со мной?

Бостон резко сковывает обе мои руки и притягивает меня к своей груди. Я смотрю в его темные, почти черные глаза, переминаясь с ноги на ногу.

– Поцелуй меня, – шепчу я. – Пожалуйста.

– Кендалл… – Бостон отводит взгляд.

– Пожалуйста. Всего один раз. Чтобы я запомнила.

– Я не могу.

– Пожалуйста.

– Нет.

– Обожаю, как звучит твое «нет». – Я прикусываю нижнюю губу.

Да, я провоцирую, но у меня нет другого выхода. Я готова на все, лишь бы получить желаемое.

Его челюсть смыкается. Кажется, что он готов выругаться, но не делает этого. Бостон всегда очень сдержан, и сегодня, когда я увидела хотя бы частичку другого Бостона, я не отступлю. Он почти сдался там, в порту, и теперь я хочу увидеть больше. Может, он не такой спокойный и сдержанный, каким хочет казаться?

Он обхватывает мои щеки. Иисусе…

Вздергивает подбородок… Пожалуйста, да.

Приближается к моему лицу. Всего один дюйм.

Он еще не касается, но внизу живота пробуждаются бабочки, и я сжимаю ноги. Невыносимо приятно.

Я прижимаюсь к его телу. Он крепко обнимает меня. Чувствую бешеное биение его сердца. Мое бьется так же.

Целуй. Целуй же меня.

Губы Бостона так близко, но они поднимаются выше и дотрагиваются до моего лба.

– Хватит, – на выдохе произносит он и отступает.

– Нет, – хмурюсь я. Что значит «хватит»? Это даже не поцелуй. Мне не «хватит».

Почему он остановился? Он не хочет меня? Я по-прежнему ребенок в его глазах?

– Я тебе не нравлюсь? – робко спрашиваю, отводя взгляд в сторону. – Как… девушка?..

Бостон подходит ближе и нежно придерживает пальцами мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

– Поговорим об этом позже, Кендалл. Когда ты вернешься. – Бостон серьезен. Опять. Он снова закрылся.

– Я вернусь, если твое сердце все еще будет свободно.

Он слабо усмехается.

– Тебе пора спать.

Бостон перестает касаться моего лица и шагает к кровати. Встряхивает одеяло, поправляет подушку и зовет меня:

– Иди сюда.

Я слушаюсь, забираюсь в постель и не свожу с него глаз. Боюсь, что он прямо сейчас уйдет. Но Бостон молча укладывается рядом и обнимает меня. Я облегченно выдыхаю.

– Десять вопросов, – шепчу я.

– Нет. – Чувствую, как он хмурится.

– Ну хотя бы пять, Бостон, пожалуйста.

– Ладно, – сдается он. – И почему я постоянно на это соглашаюсь?

– А вот и первый вопрос! – хихикаю. – Потому что любишь мои игры.

– Мелкая засранка! – Бостон щекочет меня под ребрами, и я заливаюсь смехом, но он тут же прикрывает мне рот рукой.

– Тише, – шикает Бостон. – Не хочу быть застуканным Юджином в твоей постели. Даже если я и одет. Твой отец все равно меня отметелит.

– Боишься? – Я взлохмачиваю его челку.

– Не провоцируй, иначе я закричу.

Мы тихо смеемся, но я вспоминаю о пяти вопросах и поворачиваюсь набок, чтобы смотреть Бостону в глаза.

– Ты хотел поцеловать меня? – Моя рука застывает в его волосах. – Там… В трейлере в порту?

Бостон сглатывает, но он знает, что не может соврать. Это не в наших правилах. Не в этой игре.

– Да, – выдыхает он. Почему ему так тяжело это признавать?

– Почему не поцеловал?

– Вообще-то моя очередь.

– Ответь. Только не надо про разницу в возрасте, ладно? У твоего отца Эзры и его жены Серены разница в девять лет, почти как и у нас. И ничего страшного.

– Но Эзра встретил Серену, когда ей было двадцать два, а не пятнадцать, Кендалл.

– Ты такой правильный, Бостон. – Я переворачиваюсь на спину. – Это скучно.

– Тебе со мной скучно? – Он обхватывает мою талию и возвращает меня в прежнее положение – к себе лицом.

– Никогда. – Я смотрю в его красивые глаза и не представляю, как смогу сесть завтра в самолет. Но я должна, если хочу получить его, верно? – Ты будешь скучать?

– Конечно, буду, – серьезно отвечает Бостон.

– По-настоящему?

– Ты опять нарушаешь очередь.

– Не нуди. – Бью кулаком ему в плечо. – Быстро отвечай.

– Ну а как иначе? Конечно, я буду скучать по-настоящему.

– Хочу, чтобы ты без меня не мог. – Мой палец касается его ровного носа, плавно скользит ниже к губам, обводит их и застывает на гладко выбритом подбородке. – Я вернусь, когда мне стукнет восемнадцать. Обещай, что проведешь этот день со мной.

– Обещаю. – Бостон придвигается и целует меня в лоб еще раз. А хотелось бы в губы. – Засыпай, Конфетка.

– Ты не задал свои вопросы…

– У меня еще один: ты будешь мне писать?

– Не-а, – усмехаюсь я и прижимаюсь к его груди.

– Почему?

– Чтобы ты почувствовал, как сильно тебе меня не хватает.

Чувствую, как Бостон улыбается и поглаживает мое плечо.

– У нас осталось по вопросу, – шепчет он.

– Ты останешься? – Я не смотрю ему в глаза, сползаю ниже и утыкаюсь носом в твердую грудь. Боюсь услышать отказ. Боюсь, что он уйдет.

– Ты хочешь?

– Да.

Пять из пяти у каждого. Бостон должен ответить.

– До утра.

Я улыбаюсь.

В его объятиях так тепло, не нужно даже одеяло. Я проваливаюсь в сон, где Бостон преодолел этот чертов дюйм и поцеловал меня. Где его губы сладкие, как я и представляла. Где руки раскованнее. Они скользили и выше, и ниже пижамного топа. Где дурацкий топ наконец слетел ко всем чертям. Где мы не уснули в моей постели. Где я узнала в Бостоне первого мужчину.

Утром Бостон выбрался из моего окна, а вечером я улетела в Европу.

Я больше не плакала, потому что знала, что вернусь. И к моему возвращению он не сможет сказать мне «хватит».

Глава 6. Хрустальный ураган

Настоящее время

Бостон

Дома меня встречает Сен. Скайлар не слышно. Надеюсь, она не уехала домой. Я все планировал совершенно не так. И впервые мой план полетел к черту.

– Бостон, желаете кофе? – Сен мило улыбается, как это запрограммировано в ее системе.

– Нет. Хочу виски. Один стакан. Открой бутылку, которую мне подарил Эзра.

– Да, сэр.

– И забрось позже мои вещи в стирку.

– Хорошо, сэр.

Я подхожу к панорамному окну и вижу проблески первых лучей солнца. Они пробиваются сквозь серые облака Бостона и заявляют о новом дне. К которому я не готов. Очередной день – очередная игра. Я разучился проигрывать. И, кажется, разучился все контролировать. С появлением Кендалл моя жизнь снова начала превращаться в хаос.

– Ваш виски, Бостон. – Сен протягивает мне рокс¹⁰. – Что-нибудь еще?

– Нет, ты свободна, Сен.

– Спасибо, сэр.

Она уходит, а я взбалтываю виски в стакане. Начинаю понимать, почему Эзра так часто пил.

– Не знала, что ты любишь виски. – Голос Скайлар за моей спиной заставляет обернуться. Она все еще в том шелковом халате, который надела для меня. Затягивает его туже и складывает руки под грудью.

– Не люблю. Решил попробовать еще раз.

– Бостон, что происходит? Ты весь вечер был дерганый. Потом эта ненормальная запрыгивает на тебя…

– Кендалл. Ее зовут Кендалл.

Скайлар стискивает зубы.

– Кендалл запрыгивает на тебя. И ты уезжаешь с ней. И тебя нет до самого утра. В нашу годовщину. Я остаюсь одна в твоей кровати. Для чего?

– Прости меня. Я совсем забыл о ее приезде. – Ставлю рокс на кофейный стол и подхожу к Скайлар.

– Мне она не нравится, – фыркает она, как только я касаюсь ее лица.

– Я знаю Кендалл с детства. Она всегда была такой… Взбалмошной. Не бери в голову.

– А ты? – Карие глаза Скайлар смотрят прямо в мои. – Ты всегда был таким, как сегодня? Получается, я совсем не знаю тебя, Бостон. Мы вместе два года, а я только сейчас узнаю, что ты способен на такие поступки.

– Нет, Скай… – Мой большой палец потирает ее щеку. – Нет. Я просто сегодня очень устал. Да и приезд Кендалл удивил не только тебя. Прости, ладно?

– Ладно…

Она красивая. Даже после бессонной ночи. На ресницах свежая тушь, а контур скул подчеркнут румянами. Скайлар всегда прекрасна. Не припомню, чтобы видел ее без макияжа или в неглаженой одежде. Она всегда старается быть идеальной. Без единого изъяна.

Я считал себя таким же. До сегодняшней ночи. И теперь я, кажется, не достоин Скайлар. Я натворил слишком много неправильных вещей.

– Мне пора на работу, – сообщает Скайлар.

– Останься, – обнимаю ее.

– Не могу.

– Пожалуйста. Я заглажу свою вину.

– Я не обижаюсь на тебя, Бостон. – Скайлар отстраняется. – Мне правда пора. Увидимся вечером.

Вечером.

Вспоминаю про вечеринку Кендалл в честь ее совершеннолетия и ощущаю адскую боль в висках. Там будет ее парень. Тот, кому она отдала всю себя. Когда она только успела?

– Нас пригласили на вечеринку. – Я останавливаю Скайлар, которая уже поднялась по лестнице на второй этаж.

– Какую еще вечеринку?

– День рождения Кендалл. Она позвала нас обоих.

– Прислала пригласительные? – Скайлар вздергивает одну бровь.

– Известила устно. Это же Кендалл. Ей плевать на формальности.

– Какое-то сумасшествие, – фыркает она.

– Тем не менее мы приглашены.

– Не знаю, смогу ли.

– Скай… – Поднявшись по лестнице, я беру ее за руку. – Пожалуйста, относись к ней проще.

– А ты относишься к ней проще? – хмурится она.

– Я думал, мы закрыли тему.

– Закрыли. – Скайлар прищуривается и аккуратно высвобождается из моей хватки. – Сообщу тебе о своем решении позже.

***

Ближе к обеду Юджин пишет, что вечеринка состоится в семь. Дресс-код: total black. На лицах – черные маски.

Я в бешенстве. Почему получаю уведомление только сейчас? Это неприемлемо. Юджин, а тем более Стенли, не могли заранее не оповестить меня. Значит, дело в желании Кендалл. Она сомневалась, хочет ли меня видеть?

К двум дня мне домой доставляют две одинаковые маски, которые будут прикрывать только линию глаз. Это в стиле Кендалл. Она всегда любила наряжаться. Всегда любила таинственность.

Уточняю у Скайлар ее присутствие, и она соглашается. После этого откладываю ей несколько черных элегантных платьев в бутике Saint Laurent и прошу ее выбрать. Покупку оплачиваю своей криптовалютой.

Заезжаю за Скайлар в шесть тридцать. На мне черный смокинг и черная рубашка с галстуком-бабочкой. Мы с Кендалл всегда неровно дышали к черному цвету. Скайлар выбрала черное платье в пол с длинным рукавом и открытой спиной. Собрала светлые волосы в пучок и подчеркнула образ увесистыми платиновыми серьгами. Она прекрасна. А я взвинчен.

Не нахожу себе места. Не могу избавиться от мысли, что не владею ситуацией.

Там будет ее бойфренд.

Тот, кто сделал невинную Кендалл опытной. Тот, кто «отлично трахается». Кто доставляет ей удовольствие и не заботится о том, что ей едва стукнуло восемнадцать.