Давид сидит за столом и внимательно смотрит в экран компьютера. Резко подняв глаза, припечатывает меня взглядом, от которого кожа вмиг покрывается мурашками. Я выдерживаю этот контакт, но трачу на это больше усилий, чем мне хотелось бы.

– Доброе утро, Ксения, – произносит, наконец, – Присядь.

Бесшумно двигаясь по покрытому ковролином полу, я приближаюсь к столу и занимаю один из стульев. Не самый удаленный от Росса, но и не тот, что ближе всего к нему.

Все это время он наблюдает за мной.

– Какие вопросы у тебя возникли? – начинаю первой.

Он переводит взгляд на монитор, а затем возвращает его к моему лицу. Молча смотрит, а у меня появляется ощущение, что это проверка моей стрессоустойчивости.

Какого черта тебе от меня нужно, Росс?!

– В нескольких договорах указаны некорректные скидки, идущие вразрез с тарифным планом компании. Я не нашел ни одной сноски под договором, поясняющей это.

Он все же успел проверить отчет. Окей.

– Имеешь в виду Лонг Лайф?

– Его в том числе. Чья это была инициатива, Ксения?

– Лично Родимцева, – говорю я, – Думаю, там имели место личные договоренности.

Давид откидывается на спинку кресла и немного отъезжает назад. Две верхние пуговицы его белоснежной рубашки расстегнуты, плотно обтянувшая его широкие плечи тонкая ткань являет взору прекрасно проработанные мышцы. Росс всегда с уважением относился к своему телу.

– Еще пару таких договоренностей, и можно было бы выводить фирму на банкротство.

– Начальству виднее, – отвечаю философски.

Дверь за моей спиной открывается, и через пару секунд на стол передо мной опускается поднос с двумя чашками кофе.

– Это все вопросы? – смотрю на него, когда Валерия выходит из кабинета.

– Выпей кофе. Не спеши.

– Я уже выпила…

Снова повисает пауза, и между нами звенит напряжение. Это наше общее прошлое молча напоминает о себе. Я не хочу тащить его в настоящее, и собираюсь сопротивляться этому всеми силами.

– Я изучил твой отчет.

– Оперативно, – роняю тихо.

– Он грамотный и корректный относительно поставленной задачи, за исключением одного нюанса.

– Какого?

– В нем нет предложений по оптимизации коммерческого взаимодействия с фирмами – партнерами.

– Я должна была внести свои предложения? С каких пор…

– Я хочу видеть твои предложения, Ксения, – перекрывает поток моих возмущений, – Прежний тарифный план давно устарел и является одной их причин, по которым ваша компания оказалась в столь сложном положении.

– Я не собираюсь в этом участвовать…

– Мне нужен новый план, Ксения. Если он мне понравится, тебе не нужно будет искать новую работу.

Не слишком аккуратно отодвигаю чашку с кофе и поднимаюсь на ноги.

– Иди к черту, Давид!.. Я не собираюсь работать под твоим началом!

Взгляд Росса прошивает насквозь. От ударившей в грудь молнии на мгновение темнеет в глазах.

– Хватит от меня бегать, Ксения! – припечатывает он, – Считаешь себя взрослой, веди себя соответствующе.

– С чего ты решил, что я повзрослела?! – выпаливаю громко, – Я все та же малолетка!

Дрогнувшие уголки строгих губ Росса последнее, что я успеваю увидеть перед тем, как пулей вылетаю из кабинета.

Глава 12

Давид

На повестке дня работа с налоговой и проверка отчетов в эту не самую любимую Родимцевым инстанцию. Если Никонова найдет косяки и там, буду менять весь финансовый отдел.

Звонок от матери ненадолго выдергивает из рабочего процесса. Показав Косте взглядом на выход, я принимаю вызов.

– Привет, мам.

– Здравствуй, сынок, – говорит она ласково, пользуясь своим голосом как оружием, – Заедешь сегодня?

Я был у нее сразу по приезду. Не так давно, если учитывать, что последние пять лет мы виделись не чаще двух – трех раз в год. Она никогда не давала понять, что для нее этого мало – я никогда не был маменькиным сынком.

– Завтра. Сегодня до поздна работаю.

– Совсем не отдыхаешь, – произносит ворчливо, – буду ждать тебя завтра.

– Мама…

– Что?

– Как давно ты в последний раз общалась с Ксенией? – спрашиваю с целью избавиться от одного подозрения.

– О, Господи… зачем тебе?.. – восклицает она.

– Просто ответь.

Развернувшись в кресле, поднимаюсь на ноги и подхожу застекленному стенду с грамотами от министерств торговли и промышленности. Вижу в нем свое нечеткое отражение. Волчий взгляд исподлобья и глубокую морщину между бровей.

– Эмм… – тянет, неожиданно раздражая, – Мы поздравляли друг друга на восьмое марта, а потом я ее с днем рождения.

– И все?..

– И все, – отвечает мама, – А что случилось? Она узнала, что ты приехал?

– Ничего не случилось. Завтра погововорим.

– Точно, Давид?

– Точно, мам, – заверяю я, – Наберу тебя завтра.

Отбившись и оставив телефон на столе, выхожу из кабинета в приемную. Сунув руки в карманы, смотрю на секретаршу. Она, испуганно распахнув глаза, на меня.

– В-вы… что-то хотели?

– Нет.

– Может, кофе? – спрашивает она.

– Двойной эспрессо, пожалуйста.

– Хорошо, сейчас сварю.

Возвращаюсь на рабочее место и пытаюсь врубить процессор, который отключился, едва я увидел имя матери в телефоне.

Не в ней, разумеется, дело. Мой заеб – меня раз за разом макает в прошлое. Делать вид, что бывшая не оказывает влияния на мое психо – эмоциональное состояние смысла нет. Мне интересно узнать ее новую.

Она сильно изменилась, несмотря на сегодняшний всплеск и побег из моего кабинета. И это вряд ли касается ее характера, скорее – ее приобретенного умения себя контролировать. Ксения действительно повзрослела.

Повзрослела и вылечилась от своей зависимости.

И это не удивительно, потому что пять лет – это дохрена. Целая жизнь в чьем-то измерении. В моем – подъем на эскалаторе по карьерной лестнице и десятки тясяч часов адового труда. В ее – не знаю.

Я про нее вообще ничего теперь не знаю, кроме того, что она толковый специалист и все еще не замужем, но при этом держит в своем окружении друга, у которого на нее стоит. И не желает лицезреть мою рожу.

Признаться, это коробит. Блядь… ощущается плевком в лицо, учитывая то, как мы расходились. И итог, вроде, закономерный, но… чертово самолюбие тихонько шипит.

Да, мой личный заеб – недоумение и полное несоответствие ожиданий и реальности.

Кофе, что принесла Валерия, жжет ладонь, но отлично справляется с внутренним хаосом. Я закидываю заданиями своих помощников и загружаю себя так, чтобы нерациональным мыслям не осталось места в голове.

Получается. Почти до восьми мы копаемся в финансовой отчетности.

– На бухгалтерию пару дней будет? – спрашиваю у Никоновой.

– Будет, если надо, – отвечает как всегда лаконично.

Идеальный сотрудник. Абсолютный нюх на финансовые махинации, феноменальная память и холодная голова. Бонусом идут отсутствие семьи и детей, а также достаточно зрелый возраст для того, чтобы рефлексировать на эту тему.

– С завтрашнего дня, – даю указание, на которое она молча кивает.

Парковка почти пуста, когда я выхожу из офиса. Останавливаюсь на пару секунд, позволяя прохладному воздуху пробраться под одежду  и забить собой все поры. А затем иду к машине, завожу двигатель и вдруг вижу Ксению.

Выходит из здания и, находу застегивая пиджак, бодро шагает по тротуару вдоль парковки. Мой взгляд снова прикипает. Фиксирует, ловит каждое движение.

Искусственное освещение делает ее темные волосы глянцевыми. Отражая блики, они переливаются с каждым ее шагом и создают эффект жидкого шелка.

Сняв тачку с ручника, мягко трогаю ее с места.

Ксения меня не замечает. Чуть притормозив, достает телефон из сумки и, набрав кого-то, подносит его к уху.

Я едва не поддаю газу – так хочется видеть эмоции на ее лице. Подтверждение того, что она все та же взбалмошная девчонка, несмотря на то, что смогла обернуть свою одержимость мной в холодную ненависть.

Два шага. Она поворачивает голову, и я вижу ее профиль, расплывшиеся в улыбке пухлые губы и ямочку на щеке.

Застываю, и моя машина тоже. В голове проносится мысль, что, возможно, мне стоит предложить подвезти ее, но я тут же выбрасываю ее из эфира.

Это лишнее. Да и не сядет она.

Тряхнув головой, жму на газ, проезжаю мимо и выруливаю на проезжую часть.

Предоставленная компанией по условиям контракта корпоративная квартира в одном приличных жилых комплексов в центре города. Третий этаж, просторная современная студия. Доставка еды и клининг трижды в неделю. Это более, чем достаточно для того, чтобы приходить сюда только переночевать.

Сняв брюки и стянув рубашку, иду на кухню и наливаю стакан воды.

– Привет, – говорю в трубку, – Звонила?

– Привет. Я решила, что ты уже спишь, – отвечает Вика.

– Нет, только с работы приехал.

– И как там?..

– Пока разбираемся, что к чему, – делаю глоток, смачивая горло.

– Пациент скорее жив или?..

– Жив.

– Значит, я беру билет? Через две недели нормально будет? Я как раз здесь закончу.

– Не надо билета.

– Эмм… – повисшая между нами секундная пауза взрывает мой пульс. – Почему не надо? Что изменилось?

Вика та, от которой я ушел к Ксении, а затем после Ксении снова вернулся к ней. Сейчас наши отношения далеки от классики. Мы любовники, но это не значит, что я имею право сталкивать их лбами.

Я не собираюсь больше причинять боль бывшей жене. Не думаю, что ей будет приятно видеть Вику даже учитывая то, что ко мне она больше ничего не чувствует.

– Ксения работает в этой компании.

Ей не нужно напоминать, кто это. Было время, когда Вика считала ее главным злом в своей жизни.

– Вот как? – шепчет тихо.

– Да.

– Ты знал?

– Не знал.

– Чем же я могу там помешать, Давид? – усмехается Вика, – Боишься ее обидеть?

– Не хочу обострять.

На самом деле, да. Боюсь обидеть Ксению. Я был жесток с ней в прошлом и не хочу усугублять свою вину сейчас.

– Давид… ты же не собираешься снова…

– Не собираюсь.

– В одну и ту же реку не войти дважды, – проговаривает она со вздохом.

– Банально.

– Но правдиво.

Я не собираюсь оглядываться назад, потому что не готов пройти все это снова.

Я, на хрен, не планирую воевать с самим собой. Еще одной такой войны я не вывезу.

Глава 13

Ксения

Мои установки все же дали сбой. Ударившая в голову кровь разом затмила все, что я шлифовала годами. Всего на одно мгновение, но его с лихвой хватило на то, чтобы наш с Россом разговор закончился тем, чем он закончился.

Я знаю, что срывы возможны, и они не смертельны, но не через пять же лет! За это время мои чувства должны были истлеть, они столько не живут.

Мне потребовалось целых три часа для того, чтобы прийти в себя  и включиться в работу. Однако, на то, чтобы всерьез обдумать его слова о том, чтобы остаться здесь, моих сил пока не хватает. Мне нужно знать его мотивы, чтобы принять решение.

Текущие дела, коих накопилось за последние три дня слишком много, занимают весь день и пару часов моего личного времени – спасибо Александре за подставу.

Сама она, узнав, что отчет благополучно сдан и даже прошел проверку, кажется, забыла номер моего телефона. Я боюсь, в понедельнику, когда она явится со справкой от врача, ее ждут неприятные новости. Что-то подсказывает мне, что Давид раскусил ее финт с больничным и просто так этого не оставит. Он не любит, когда его держат за дурака.

Сознательно оставив все связанные с ним эмоции в офисе, я выхожу из здания.

– Ты не забыла про субботу? – спрашивает Савелий, когда я ступаю в прохладный вечер и шагаю по тротуару в сторону остановки.

– Разве я когда-то забывала? Ты заедешь за мной?

– Разве я когда-то не заезжал? – отвечает едко, но в тон, – Ты где?.. Еще не дома?

– Вот иду…

– Почему так поздно?