Я столько времени терпел, ждал, сгорал, сходил с ума… И наконец получил ее. Но женитьба все испортила. Надо же было такому случиться, что родаки настояли делать свадьбу именно в этом году! Я предлагал подождать. Чтобы насыться ею…

Вспоминаю, как она злится, когда я подкалываю ее, как смеется, когда рассказываю глупые истории. Все это… мое. И я не позволю этому уйти.

– Еся моя, – сжимаю кулак, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь. – Моя. И я не отпущу ее.

Арс поднимает брови, глядя на меня с неприкрытым интересом.

– А что, если она не хочет быть твоей?

Резко наклоняюсь вперед, так, что наши лица почти соприкасаются.

– Она не понимает, чего хочет. В ней сейчас играет обида. Но я ей объясню нормально. И если ты еще раз хотя бы приблизишься к ней… – не договариваю, но в моем взгляде достаточно красноречия, чтобы он все понял.

Арс откидывается назад, поднимая руки в примирительном жесте.

– Эй, палехче, джигит. Я всего лишь ваш друг. И просто наблюдаю эту драму с попкорном. Но, дружище, ты реально влип. Это любовь, Ислам. Признай это.

– Ещё раз скажешь это слово, и я разобью тебе лицо, – цежу, отворачиваясь.

Любовь? Бред. Полный бред. Но почему-то внутри все сжимается от одной только мысли, что она может быть с кем-то другим. Я не могу этого допустить!

– Дай свою трубу.

Арс без слов протягивает смартфон, и я набираю номер Есении по памяти.

Гудки… Не берет.

– Номерами успели обменяться? – спрашиваю.

– И в голову не пришло, – цокает Арслан. – Я же сказал, проводил просто. Одной девушке по нашему городу не стоит передвигаться. Но вместо «спасибо» ты чуть не набил мне морду.

– В следующий раз набью. Имей в виду.

Не берет.

Пишу ей: «Ну чего ты мне душу рвешь? Ответь!»

Сообщение прочитано, но ответа нет.

Бесит. С каждой секундой бесит все сильнее. Хочется разнести все вокруг, лишь бы выпустить эту кипящую внутри ярость.

«Я сейчас подъеду, выйди на минуту. Есть разговор».

Вскакиваю, готовый сорваться с места, но Арс хватает меня за рукав.

– Ты куда? Дай ей время, остынь сам. Ехать сейчас – только все испортишь.

Его слова жгут хуже огня, но я понимаю, что он прав. Поездка сейчас – это как подлить масла в костер. Снова сажусь и хватаюсь за кальянную трубку. Внутри все кипит, и я хочу хоть немного успокоиться.

– У меня завтра ужин с невестой и ее родителями. Они сюда, в город, приезжают. Пойдешь со мной? – предлагаю Арсу.

– А пошли, погляжу на твою Ляльку и скажу, стоит ли жениться на ней.

Наконец, приходит сообщение от Еси: «Не надо приезжать».

И в следующую секунду от удара в стену телефон спасает лишь ловкая рука Арса…

Глава 6

Поправляю ворот рубашки, стараясь скрыть предательски выступивший на лбу пот.

Ресторан выбран Лалиными родителями – помпезное место, давящее своей тяжеловесной "восточной" роскошью: массивные люстры, ковры, словно ненароком повешенные на стены, золоченые завитушки повсюду.

Арс идет рядом, подбадривающе хлопает меня по плечу – его присутствие сегодня необходимо, как глоток свежего воздуха в этой надушенной атмосфере брачных договоренностей.

Родители уже на месте, в дорогое заведение прибыли прямиком из аула, поэтому немного растерянные. С ними Белка – моя сестра, в широких брюках. Она ненавидит платья и юбки. А джинсы отец запрещает ей носить. Сошлись на широких штанах.

У входа нас встречают Лала и ее родители. Она, как всегда, тихая и скромная, взгляд скользит по полу, словно боится поднять на меня глаза. Легкий кивок в знак приветствия, почти незаметное движение руки.

Замечаю, как мои родители украдкой переглядываются, оценивая ее достоинства. Лалка уже успела их очаровать.

Ко мне подходит Белка, лучезарно улыбаясь, и от нее словно искры летят. Энергии у этой красотки хоть отбавляй.

– Ислам, братик, как делишки? Ты совсем пропал! – ее голос, такой живой и громкий, кажется неуместным в этом чопорном месте.

– Привет, Белка! – отвечаю, стараясь сдержать улыбку. – Слышал, ты все еще спорт не бросаешь? Руки, наверное, как стальные канаты?

– Не Белка, а Изабелла, – как обычно поправляет она. – Хочешь проверить? – спрашивает она и хватает мою руку.

Это происходит настолько быстро, что я не успеваю даже дернуться. Легким, почти незаметным движением, сестра заламывает мне руку, выворачивая ее в неестественном угле. Волна острой боли пронзает плечо, и я невольно вскрикиваю, дергаясь.

– Изабелла! – шикает мать, смущенно оглядываясь на окружающих. – Что ты вытворяешь? Приличные девушки так себя не ведут!

Отец качает головой, но в уголках его губ играет улыбка. Он явно гордится своей спортивной младшей дочуркой.

– Кто ж такую в жены возьмет? – шутливо упрекает он. – Она же мужа своего бить будет!

– Я точно на ней не женюсь, – говорит Арслан, обходя мою сестру. – Мне мои руки-ноги дороги.

Белка смеется, кокетливо поправляя волосы. Боль постепенно отступает, оставляя после себя лишь неприятное покалывание в плече.

– Вот подкачаюсь пару недель и покажу тебе, где раки зимуют, – обещаю ей.

Лала все это время стоит в стороне, немного отстраненно наблюдая за нами с тихой, почти незаметной улыбкой. Она вся в белом, как невеста, с покрытой головой. На руках много украшений. Неброский макияж. Для меня она все еще мелюзга, подружка младшей сестры. Почему я должен жениться на ней? Не нашлось кого-то… постарше?

Нас приглашают за стол.

Я оказываюсь сидящим напротив Лалы, ее взгляд по-прежнему избегает моего. Родители начинают светскую беседу о погоде, урожае и новостях из аула. Арс сидит рядом, периодически подмигивая мне, словно говоря: "Держись, братан".

Белка, она же Изабелла, умудряется оживить чопорную атмосферу своими шутками и громким смехом. Она рассказывает какую-то историю из спортивной жизни, активно жестикулируя и перебивая родителей. Этой стрекозе дозволено многое, родители слишком балуют ее, на мой взгляд.

Замечаю, как Лала поднимает на меня глаза. На мгновение наши взгляды встречаются, и я вижу в ее глазах хитрость и кокетство. Твою ж… Она что, только притворяется скромницей? Ну не может у Белки быть такой скучной подруги. Я хорошо знаю свою сестру, что-то тут не так!

Разговор переходит на более серьезные темы. Родители начинают обсуждать детали свадьбы, приданое, количество скота, которого хватит на выкуп. Лала опускает голову, словно не имея никакого отношения к происходящему.

Меня начинает душить злость. Злость на себя, на родителей, на эту устаревшую традицию, которая лишает нас выбора. Я уверен, что там все давно обговорено, просто им нечего больше обсудить.

Чтобы отвлечься, достаю телефон. Арс пинает меня ногой под столом, но я отмахиваюсь. Сослан мне прислал какое-то видео, хочу посмотреть.

Открываю и залипаю тупо с открытым ртом…

Есения танцует в кругу в своем сексапильном розовом платье с открытыми плечами.

Мужчины аплодируют ей и дают деньги. А она… сучка такая, берет их. Это что за нахрен такое? Она не любит быть в центре внимания, я даже не знал, что она умеет так классно танцевать!

Обманщица. Всегда такая скромная, тихая, а тут выдаёт такое представление. Не знаю, что меня бесит больше: ее танец, внимание мужчин или то, что я об этом узнаю из видео, присланного Сосланом.

Какой-то тюбик пытается прорваться к Есе, но его оттесняет Арслан. Я, бл, даже благодарен ему, что сам вышел и не позволил никому к ней приблизиться. В брате Арсе я уверен, он не тронет ее.

Белла сует свой любопытный нос в мой телефон, и я не сразу это замечаю. Потому, конечно, щелкаю ее по курносику, чтоб неповадно было подглядывать.

Блокирую экран и прожигаю взглядом Арса. Он в ответ пожимает плечами. Хочется встать и разнести все вокруг. Но вместо этого, впиваюсь пальцами в скатерть.

Слова родителей о скоте и приданом кажутся теперь особенно абсурдными. Какое мне дело до всего это, когда моя женщина танцует перед толпой мужиков за деньги?

– Мне нужно отойти, – бросаю через плечо и направляюсь к выходу.

Нужно проветриться, успокоиться, прежде чем натворю глупостей.

Воздух обжигает легкие, но немного помогает прийти в себя.

Набираю Сослана и провожу тщательный допрос. Видео ему прислала Нади, а ей – Ильмира. Та самая Иля, которую я терпеть не могу. Разбитная разведенка, которая вечно куда-то тянет Есю. Вот и на праздник чужой притянула.

Прошу Сослана узнать у Нади, где сейчас Есения, и спустя пять минут он прослывает мне название кафешки с припиской: «Поторопись, у тебя минут пятнадцать».

Ничего не сказав ни родителям, ни невесте, сажусь в тачку и отъезжаю от ресторана. Арс прикроет мою задницу, если что. Отец, правда, будет в ярости за проявленное неуважение, но сейчас мне на это наплевать. Наплету потом, что срочно вызвали на работу.

Я хочу видеть ее.

Слышать ее.

Обнимать, целовать, ласкать…

А не вот это вот всё!

Еська выходит из кафе со стаканом кофе в руках. Вылезаю из машины.

Наши взгляды встречаются, и она кривит губы.

Пытается пройти мимо меня, но я без слов хватаю ее на руки и тащу в тачку…

Глава 7

– Горцев, пусти! – роняю стакан с кофе на землю.

– Поговорим, и отпущу, – отвечает он, запихивая меня за заднее сидение.

– Да о чем нам с тобой поговорить? О твоей невесте?!

Помимо своей воли я узнала, что ее зовут Лала, и она из аула, где живут родители Ислама. Ильмира выяснила эту информацию у Надиры и выложила мне минут пятнадцать назад. Так что я еще не отошла от впечатлений. Ревность бушует во мне адским пламенем.

– Как там ее, Лала? Красивое имя, – говорю, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Ислам хмыкает, заводя машину. Сердце колотится, как ненормальное. Куда он меня везет?

– Это больше не имеет значения, – бросает Ислам, не глядя на меня. Его слова звучат как гром среди ясного неба. Что он имеет в виду? – Я откажусь жениться на ней.

– Как это откажешься? – переспрашиваю, не веря своим ушам. – Почему? Неужели Лала так сильно провинилась, что ты готов разбить ей сердце? – не удерживаюсь от язвительной шпильки.

Ислам резко тормозит, выворачивая руль. Машина вписывается в поворот и останавливается посреди поля.

Он глушит мотор и поворачивается ко мне, в его глазах читается смятение.

– Ты не понимаешь, – говорит он глухо. – Я никогда не любил Лалу и вряд ли страстно полюблю ее, как женщину. Максимум, как сестру. Но сестер трахать харам. Эта проклятая свадьба – всего лишь обязательство перед семьей. Это не мой выбор. Но… я не могу так больше. Я решил пойти против воли родни.

Он замирает на мгновение, словно собираясь с духом. Смотрит мне в глаза, и я вижу в них самое настоящее отчаяние. Мне становятся жаль его…

– Я люблю другую, – произносит Ислам тихо, но твердо, и у меня внутри все обрывается. – И эта другая – ты, Еся.

Шумно сглатываю, смотря в его черные глаза. Он и раньше говорил мне о любви. Но не для кого не секрет, что кавказские мужчины могут признаться в любви и на второй день знакомства. Для них это просто красивые слова.

– Я сейчас пересяду к тебе.

Ислам садится рядом на кожаное сидение. Я пока молчу.

– Я без тебя не могу, Есень. Твой игнор меня убивает, понимаешь? У меня такое чувство, что мне отрезали кусок сердца, а дырку залепили куском пластыря, который не вывозит. И я истекаю кровью. Капля за каплей…

Красиво говорит, пылко, отчаянно… За это я и полюбила его. И обманулась…

Он берет мою руку в свою, его пальцы такие горячие и крепкие. Смотрю на наши руки, лежащие вместе, и вдруг осознаю, что все это время надеялась на этот момент.

Мечтала, представляла тысячи раз. Но сейчас, когда это случилось, я парализована. Страх перед неизвестностью сковывает меня. Чем дальше мы зайдем, тем серьезнее будут последствия.

– Ислам, это безумие, – выдыхаю, пытаясь высвободить руку. – Мы не можем быть вместе. Ты и Лала… вас ждет вся семья. А я… я ведь никто.