За глаза обо мне как только не шепчутся. Кто-то называет банально «железная леди», кто-то даже «синим чулком», но может они и правы. Моя жизнь так сложилась, однажды я приняла решение, раз и навсегда положившее конец моим шансам на простое женское счастье, и решила, что буду счастлива в другом – реализую себя как высококлассный специалист. Я вложила в это действительно много сил, так что мне плевать, что там обо мне говорят.

Да и конец года всегда у всех тяжелый, я не являюсь исключением. Отчеты, дедлайны. Клиенты, внезапно вспомнившие, что им нужно «вот прямо сейчас» и «еще вчера». Декабрь превращает мою жизнь в марафон, где я бегу по льду в туфлях на каблуке и делаю вид, что мне удобно.

Но не будем о грустном. Я потягиваюсь, выдыхаю и встаю с кровати. В квартире, как и всегда, тишина. Даже соседей не слышно, и я им немного завидую, глянув на теплое одеяло, из-под которого только что вылезла. Пахнет чистотой, везде порядок. Мне так легче, я не люблю сюрпризы, они выбивают меня из равновесия, и потом нужно время, чтобы вернуть его обратно. А когда все по пунктам, все на своих местах, кажется, что ты держишь свою жизнь под контролем.

Зевнув, включаю кофеварку. Аромат свежемолотых зерен моментально делает мир прекраснее. Пока варится элексир удовольствия и дополнительной энергии, проверяю календарь в телефоне:

10:00 – SEKTOR. Подписание договора.

12:00 – документы по международному проекту.

14:15 – видео-конференция.

17:30 – подготовить финальный отчёт.

Возвращаюсь к «10:00» и невольно улыбаюсь. Меня ждет встреча с моим прошлым. Надо сказать, очень приятным прошлым. Таких мужчин, как Фин, в природе осталось немного, и я думала, вот с ним точно может получиться семья.

Он счастливо женат уже сколько? Года три вроде. У них все отлично, и мы с ним общаемся как старые друзья. Разошлись спокойно, без претензий. Я его любила, а он меня нет, вот и все причины расставания. Все равно в груди екает, когда вижу его спокойные, уверенные серые глаза. Чувств не осталось, только эхо, и вот, сегодня мне предстоит вспомнить, что женщина во мне еще не умерла и она способна на любовь. Фин не узнает, конечно. Вечером, когда я вернусь домой, выпью бокальчик красного, налью ванну и обязательно себя пожалею. Иногда можно, пока никто не видит.

Еще раз просматриваю расписание, чтобы оно наверняка отпечаталось в памяти. Наливаю кофе в чашку. Прикрыв глаза, глубоко вдыхаю, пропуская в себя горьковатый аромат, а затем делаю глоток, смакуя напиток на языке. Иду в гостиную, чтобы совершить еще один утренний ритуал, который появился у меня как раз примерно три года назад: каждое утро я поливаю монстеру, проверяю влажность почвы у лаванды, приглаживаю торчащие листья маленького фикуса. Эти ребята в какой-то момент вдруг стали важными для меня, и на них я могу найти время, они не спорят, ничего от меня не требуют. Снова что-то про стабильность.

Допиваю кофе и быстро одеваюсь. Черная водолазка, мягкая юбка-карандаш, плотные колготки. Затем синее пальто, шарф, перчатки. Все строго, соответствует статусу. Перед выходом подхватываю сумку и смотрю на себя в зеркало.

– Я не люблю сюрпризы, – напоминаю отражению. – Вселенная, сделай так, чтобы день прошел без них.

И, запирая дверь квартиры, добавляю про себя:

«Если хоть кто-то сорвет мне график – прибью!».

На улице очень холодно. Меня мгновенно пробирает дрожь, несмотря на теплую одежду. Зима в этом году не просто злая, она мстительная как женщина, обиженная мужиком.

Грею машину, постукивая свежим маникюром по оплетке руля. Сейчас в SEKTOR, подпишем документы. Всего двадцать минут времени, и тогда я успею спокойно доехать до офиса и переделать еще парочку мелких задач в промежутке между крупными.

«Без сюрпризов. Пожалуйста» – вновь посылаю мольбу Вселенной. Правда, она на меня зла и не откликается, но я все равно прошу.

Двигатель наконец прогревается, и туман на лобовом медленно рассеивается. Включаю фары и выезжаю со двора. Колеса мгновенно скользят по льду, и машина слегка уводит в сторону. Я едва слышно цокаю языком и держу ситуацию под полным контролем, насколько это возможно в разыгравшийся снегопад. Дворники скребут по стеклу, но видимость все равно отвратительная. Хорошо, что я заложила больше времени на дорогу. Опаздывать тоже не люблю.

Боже, кажется, я зануда!

Чтобы разбавить тишину в салоне, включаю радио, слушаю новости, информацию о пробках на дороге и, наконец, музыку. По радиостанциям уже вовсю крутят новогодние треки на всех языках мира. Сейчас играет старый-добрый «Jingle Bells» и словно пытаясь доказать самой себе, что не такая уж я и зануда, подпеваю слова и покачиваю головой в такт. На губах появляется улыбка, и перед встречей с Фином перестает чесаться под кожей.

И даже Вселенная решает сделать мне крохотный подарок. Пробка начинает двигаться быстрее. Вот я уже перед светофором, затем поворачиваю и проезжаю еще два квартала прямо. Снова поворот. На месте. 09:57. Идеально!

Паркуюсь на гостевом месте, выбираюсь из машины и тут же жалею об этом: ветер поднимает снежную пыль, хлеща ею по лицу. Ахнув, плотнее запахиваю пальто и быстрым шагом направляюсь к входу в здание.

Внутри тепло, тихо и по-мужски сдержанно. Только на стойке Вики мигает разноцветными огоньками маленькая ёлочка, а возле монитора стоит пиала с шоколадными конфетами в блестящих обертках.

– Привет, – здоровается подруга. Подходит и крепко обнимает меня.

Последний раз мы виделись примерно в середине ноября, потом я утонула в работе. Вдыхая запах ее теплых духов, понимаю, как жутко соскучилась по моей полной противоположности и самому светлому человеку из всех, кого я знаю.

Слышу из дальнего кабинета голоса. Два знакомых, от одного из которых в груди екает, как всегда. А третий мне определенно незнаком. Наверное, кто-то из бойцов, но какой-то он уж слишком веселый что ли.

Вика отстраняется, поправляет на мне шарф и, заговорщически понизив голос, кивает в сторону кабинета Фина и Романа:

– Они уже там. И… – она моргает, будто подбирает слово. – И еще новенький. Я тебя сейчас провожу.

Берет меня под локоть и тянет вперед. Мы идем по коридору, и чем ближе к кабинету, тем отчетливее различим третий голос. Этот парень очень сильно отличается от сдержанный бойцов SEKTORа. Раньше тут только Ромка юморил, и то только со своими. В рабочей обстановке он очень серьезен. Становится любопытно.

– Он тебе понравится, – шепчет мне Вика.

– Да-а-а? – у меня аж брови дергаются от такого заявления подруги.

– Его зовут Кирилл, и он очень заразительно улыбается. Как солнце.

– Ты влюбилась что ли? – смеюсь я над подругой.

– Вот еще, – забавно фыркает она. – Это я тебя предупреждаю. Присмотрись. Мне кажется…

– Вик! – строго одергиваю ее.

– Молчу-молчу, – она проводит пальцами у рта, изобразив закрывающийся замок, и ныряет в кабинет, чтобы предупредить всех о моем визите.

Затем вхожу я.

Фин сидит за своим столом, спокойный, собранный, такой, каким я его знала. У Романа на лице смесь ухмылки, легкого недоумения и предвкушения. Наверное, Фин что-то ему пообещал. А на стуле для посетителей расположился он. Ослепляюще-яркий шарф, от которого хочется зажмуриться, и его владелец и правда сияет как солнце, полностью ломая привычную атмосферу этого места.

Я сдержанно улыбаюсь Фину, а на лице Кирилла появляется странная гримаса. Мой мозг идентифицирует ее как разочарование. Странный экземпляр, но мне до него нет никакого дела, у меня график, необходимо все успеть.

Выражение лица Кирилла снова меняется. В этот раз это больше похоже на «Простите, я дурак», что подходит ему гораздо больше. Он подскакивает со стула, уступая мне место.

– Прошу, – указывает на него рукой.

– Милый шарф, – решаю немного его подбодрить, присаживаясь напротив Фина.

– Привет. Отлично выглядишь, – здоровается Рома. – Как дела?

– Как могут быть дела в конце года, Ром? Если я прихожу домой раньше полуночи, это можно считать отличным днем, но скоро праздники. – С тепло вспоминаю свое одеяло. Мы с ним не будем расставаться все длинные выходные.

Я планирую ходить по дому в пижаме, есть углеводы, смотреть сериалы и спать. Много-много спать.

– Поедешь куда-нибудь в этом году? – интересуется у меня Фин.

– Выключу телефон и буду спать, – признаюсь ему в своих самых сокровенных желаниях.

– Это, кстати, Майами, – Рома решает познакомить меня с парнем. – Наш стажер.

Слегка пожав плечами, решаю заняться работой. Нет у меня времени на всех этих солнечных мальчиков. И еканье как раз прошло, во мне на все сто процентов включился профессионал, и как начальник юридического отдела компании, в которой я работаю, берусь за то, в чем хорошо разбираюсь – за еще одну проверку документов и обсуждение некоторых пунктов с Фином.

И можно было бы прислать сюда кого-то из отдела, но так как руководство знает о том, что мы знакомы с ребятами, это поручили решить лично мне. У нас усиление охраны, расторжение договора с одним агентством и заключение с «SEKTOR».

Пока мы работаем, «яркий шарф» мельтешит где-то сбоку.

– Майами, – зовет его Рома. – Сгоняй к Вике, попроси, пусть кофе на всех сварит. – Он мог бы сделать это сам, не вставая со стула, но, видимо, заметив мое легкое раздражение, решил деликатно выпроводить парня из кабинета.

Я просто не люблю, когда мне мешают. Это важные документы, никаких ошибок быть не должно. Только не у меня.

Кирилл тут же вытягивается в струну, бросает: «Есть!», и ярким вихрем покидает кабинет. Ромка смеется, а мы с Фином возвращаемся к работе. Уточняю пару пунктов, ставлю закладки, делаю пометки. Все хорошо. Правда подпишут они чуть позже, у меня в плане появляется еще одна строчка: «Поправить согласованные пункты договора и отправить с курьером на подписание со стороны агентства». Ничего сложного нет, нормальная практика, которая сэкономит нам кучу времени. А сейчас время – это деньги. Буквально.

Минут через десять, по моим ощущениям, дверь снова распахивается. В проеме сначала появляются руки с подносом, а затем и сам Майами. На его лице забавное, даже милое выражение сосредоточенности, будто он несет не кофе, а хрупкую антикварную вазу.

Подходит ближе. Фин берет свою чашку с коротким кивком. На подносе остаются три. Я тянусь за своей. Рома отвлекает Кирилла, тот оглядывается и …

– Только не…! – вскрикиваю я.

Поздно! Поднос наклоняется слишком низко и чашки съезжают по нему. Самая крайняя переворачивается. Фин ловко смахивает все рабочие документы в сторону, а кофе выливается прямиком на мое пальто.

– Вот… черт… – парень в ужасе смотрит на грязное пятно на дорогой одежде. – Я это… Криворукий идиот. Но это только сегодня. Честно.

– Это не может не радовать, – от чего-то улыбаюсь я, совершенно искреннее и абсолютно не злясь на него. Пока.

– Простите меня, а. Я исправлю. Оплачу химчистку, – тараторит Кирилл.

– Угу. С первой зарплаты, – усмехается Рома. – Если ты ее заработаешь.

– Заработаю, – неожиданно резко отвечает стажер. – Не сомневайтесь.

– Значит я оплачу Майе химчистку, – в разговор вступает Фин. – А ты будешь мне должен. Идет?

Они договариваются, затем Майами отправляют за шваброй, но вместо него приходит уборщица и протирает полы. Мужчины переглядываются, никак это не комментируя.

Заканчиваем работу. Прощаемся с Ромкой, а Фин выходит со мной в коридор, решив проводить до машины. Кирилл стоит у стойки ресепшена, взъерошенный, расстроенный и злой.

– Майя, – ловит меня за рукав пальто. Фин на автомате закрывает меня собой, затем делает шаг в сторону. – Майя, извините меня за эту дурацкую ситуацию с кофе. Правда. День такой.

– Все хорошо, успокойся, – решаю не мучить парня. – Со всеми бывает. Никто не умер, а это всего лишь вещь.

– Но как вы теперь на мороз? Давайте я дам вам свою куртку?