На весь этот романтический антураж: свечи, фрукты и игристое – уговора не было, но-о-о…

Ладно уж.

Она и так зашла слишком далеко. Если ректор хочет поиграть в свидание, пускай поиграет, потешится.

Дело было в личном кабинете Степана Викторовича, на третьем этаже АОРИ. Массивные настенные часы с маятником пробили ровно десять часов вечера.

– Включу что-нибудь на фон, – улыбнулся Державин, встал с дивана и направился к своему рабочему столу. – Какую музыку предпочитаешь?

– Ты всё равно такую не знаешь, – еле слышно пробубнила себе под нос Даша и, пока ректор отвернулся, одним рывком стащила с себя платье. Под платьем загодя не было ничего. «Быстрей начнём, – подумала она, – быстрей закончим».

Вот только…

– Степан Викторович! – раздался хриплый голос из динамика на столе. – Степан Викторович! К вам посетитель!

Державин хотел было проигнорировать охранника, а то и вовсе выключить говорилку, мало ли какой псих может ломиться к нему в такое время, но тут вдруг услышал голос этого самого психа:

– Стёпа! – проревел голос. – Лучше сам пусти!

– Скуф? – нажал он на кнопочку ответа. – Это ты?

– Это я!

– Что-то случилось?

– Что-то случилось!

– А-а-а… А что случилось? – спросил Державин.

– А что случилось, так это ты мне сейчас расскажешь! – ответил Скуфидонский, а затем добавил ещё: – Говна ты кусок! Что ещё за программа по обмену опытом?!

– Что-о-о?!

Степан Викторович аж побледнел. Побледнел, а затем судорожно схватился за мышку, разблокировал компьютер и принялся искать заветный файл.

– Погоди секунду!

– Стёпа, ёптвою мать! Я с тобой в игрульки что ли играюсь?!

– Секундочку!

Двойной клик по нужной папке, двойной клик по текстовому документу, строка «поиск», буквы «С» и «К», окей, искать.

– Какой ужас, – внутри у Державина аж всё оборвалось.

Имя Скуфидонского действительно присутствовало в списке, хотя они с Владимиром Санычем перепроверили всё десять раз.

Более того, они сами составляли этот список, но даже в безудержном припадке озорства не рискнули бы добавить в него Скуфа.

Мистика, не иначе.

– Стёпа! – прохрипел динамик. – Я поднимаюсь!

– Одевайся! – крикнул Державин на Дашу, заметив, что та ни к месту заголила прелести. – Нужно бежать!

– Куда?

– Да хоть куда!

***

Вот знает же Стёпка, что я ненавижу лишний раз напрягаться, и всё равно заставил меня зазря подниматься на третий этаж. Как я и ожидал, из своего кабинета он оперативно свалил.

Куда?

Это мне и предстояло выяснить. А потому я снял дедушку-охранника с люстры и попросил провести меня в комнату службы безопасности.

– У вас же там камеры есть?

– Есть, – закивал головой дедулька. – Обязательно есть, куда ж без них.

И примерно в это же время началась цветомузыка. Зажглись аварийные лампы красного света, загудела сирена, и приятный женский голос сообщил о том, что крыло хирургического отделения института будет законсервировано через пять, четыре, три, две…

– О-хо-хо, – вздохнул я. – Ну веди уже.

Благо, что хоть здесь долго ходить не пришлось. Пошарив глазами по мониторам, я-таки нашёл своего доброго друга Степана. Вместе с какой-то рыжей девчонкой он забаррикадировался в операционной.

Слыхал я про эту их защиту инновационную; последний раз вот буквально сегодня в парилке и слыхал.

Стёпка по её поводу сильно радовался и хвастал, что не прошибить её никак.

Невозможно это якобы.

Вообще.

Они ведь тут у себя монстров содержат и препарируют, и изучают. И если вдруг какая тварюка решит драпануть, то всё крыло моментально отрезается от внешнего мира. Бронированные двери, бронированные стены, магические щиты, охранные артефакты и даже автономная система вентиляции на всякий случай… мало ли монстрюга заразная какая. Ну или попросту вонючая.

– Ну что ты как маленький? – не без помощи дедушки-охранника я сумел вывести свой голос в комнату к Стёпке. – Ты нахрена туда залез?

– Скуф! Это совсем не то, что ты думаешь!

– А что же тогда?

– Почему ты просто не позвонил?!

– Потому и не позвонил! – предельно честно ответил я. – Чтоб ты не свалил раньше времени! Это если бы я тебя предупредил о визите заранее, то где бы мне потом тебя искать?!

– Повторяю: всё не так, как кажется!

Заладил одно и то же…

– Стёп, не вводи в искушение, прошу тебя! Я ведь уже давно хочу силушкой с этой вашей охранной системой померяться, да только повода не было! Давай лучше сам выходи!

– Скуф, это ошибка!

– Какая ж тут ошибка?! Ко мне какие-то молокососы на участок завалились! Газон потоптали, мотоцикл хотели забрать! Кузьмича мне, опять-таки, на ночь глядя раззадорили! Он ведь теперь спать не будет! У него и без того тревожность повышена!

– Скуф, это ошибка! Мы вместе с Володей…. Кххх-пхххх, – и тут начались помехи.

– Чего?!

– Мы с Володей… кхх-пххх… несколько раз!

– Батюшки, – вырвалось у меня.

– Перепроверяли… кххх-пххх… твоего имени… кххх-пххх… не должно было быть в списках!

– Стёп! Не слышно нихрена! Ты никуда не уходи, ладно?! Я к тебе сейчас сам спущусь!

– Не на… кхх-хпххх… жалуйста, Скуф, не надо!

– Жди!

Отвернувшись, я понял, что дедок-охранник воспользовался случаем и куда-то свалил. Наверняка, ведь сейчас будет ментам названивать. Вот и делай людям добро! Я его, главное, с люстры снял, а он мне нож в спину.

Ладно…

С неприятностями будем разбираться по мере их поступления.

Ну а сейчас – вперёд и вниз! Погляжу хоть, на что бюджет оборонки уходит, глядишь, и подскажу что путное… Держава потом спасибо скажет.

Наверное.

***

– Э-э-э-эть!

– Бах! – ещё чуть-чуть и вмятина в бронированой стене должна была прорваться.

– Э-э-э-эть!

– Бах!

Вот чем хренов мой дар, так это тем, что мне оружие противопоказано. Молоты гнутся, топоры мнутся, булавы вообще напополам разваливаются. Про мечи и прочие ковырялки и говорить нечего.

Короче говоря, приходится работать голыми руками.

Либо чистой энергией, но это уже по площадям тогда. А тут пространства узкие, не разгуляешься особо.

– Э-э-э-эть!

– Бах!

Ну наконец-то!

Магические щиты слетели первыми, видать, не выдержали нагрузки. Артефакты тоже довольно быстро разрядились в труху, и остался я один на один с полуметром козырных сплавов. А полметра – это что? Это даже не крыжовенный куст.

– Э-э-э-эы-ы-ы-ыкх, – я ухватился за края прорехи и начал раздвигать.

Ещё чуть-чуть, и я бы наконец-то встретился со Стёпкой лицом к лицу, но в этот же самый момент сверху и с улицы донеслось верещание сирен. Впрочем, было оно недолгим, потому как почти сразу же подключился матюгальник:

– Выходить с поднятыми руками! – заистерил голос. – В случае сопротивления бьём на…. ааа…

– Скуф?! – голос сверху резко поменялся.

– Володя?! – крикнул я в ответ, как-то сразу не подумавши, что он меня из этих катакомб не услышит.

– Скуф, пожалуйста, не делай глупостей! – продолжил минобороны. – Прошу тебя, выходи, давай поговорим!

Вот ведь чудак-человек. А я на кой-ляд всё это затеял?! Чтобы с охранной системой повоевать?! Ну… ну да, и это тоже. Но ведь изначально именно поговорить и хотел!

– Вз-з-з, – тут рядышком открылись двери в операционный блок.

Не то чтобы я не замечал их раньше. Просто решил, что это фора. Там же стыки и крепления, да и тонко небось… Неспортивно, другими словами…

Из дверного проёма высунулся Стёпка, неловко улыбнулся и сказал, что сейчас мне всё объяснит, только для этого ему нужно воссоединиться с Володей. Мол, так и так, у министра информации побольше, а его ректорская хата с краю.

– Ну, пойдём, – пожал я плечами.

И мы пошли.

Стоило нам со Стёпкой появиться на крыльце института, как к нему тут же ломанулась бригада скорой помощи, а на меня уставилась дюжина… да хотя какая там дюжина? Стволов пятьдесят, да все поди заряженные.

– Не стрелять! – заорал в матюгальник Володя. – Не стрелять! Кто курок тронет, будет медведей за полярным кругом пасти!

Ну ладно, вот это сейчас приятно было. Вон, как человек обо мне заботится.

– Скуф! Давай поговорим!

– Да давай уже, давай! – крикнул я.

Затем взял Стёпку под мышку, пока его эти коновалы до смерти не залечили, и спустился по ступенькам вниз.

– Всё не так, как кажется, – начал Володя, как только мы оказались наедине в его машине. – Да, действительно, есть такая программа. И да, действительно, мы со Стёпой лично её разрабатывали, но с какого чёрта твоё имя фигурирует в списках, совершенно непонятно.

– Ошибка какая-то! – поддакнул Стёпа. – А я ведь так сразу и сказал!

– Не кипятись, Скуф.

– Айтишники попутали, – решил начать стрелометание Степан Викторович. – По-любому это они! Напутали там что-то, натыкали, а мне потом бумажку на подпись дали, вот я и подмахнул, не глядя.

– Ну ты сам подумай, Скуф, – министр попытался очаровать меня своей улыбкой. – Ну нам на кой-чёрт с тобой отношения портить? Ты же сам знаешь, что мы к тебе со всей душой.

– Да-да!

– Завтра по утру первым же делом к Его Величеству пойдём, будем ходатайствовать, чтобы ошибку эту досадную в документах переиграли.

– Я тоже пойду! – заявил Стёпа.

– Лично батюшке-императору в ноги кинемся!

Что ж…

– Обещаете? – спросил я.

– Обещаем!

– Не врёте?

– Не врём, Скуф! Не врём!

– Хм-м-м…

Ну… Что сказать? Всё-таки Стёпа с Володей – это Стёпа с Володей. Они свои. А если своим не верить, то на кой-они нужны тогда вообще, эти свои?

– Ладно, – сказал я. – Хер с вами. Всё равно в город собирался, сестре закрутки завезти.

– Привет передавай!

– Ага, – кивнул я. – Ребят… вы это… Ничего, что я вам там стену помял? Без обид?

– Ничего-ничего, Скуф, – уверил меня министр обороны. – Раз помял, значит, плохо сработано было. Поставим новую, покрепче, проведём как краш-тест, освоим средства…

– Если испытать надо будет, вы зовите.

– Обязательно позовём, Скуф. Обязательно…

Признаться, к утру я уже и думать обо всём этом позабыл.

Пацаны пообещали, а значит, сделают. И значит, не нужно мне об этом думать; у меня и без того забот хватает.

У меня мёд не собран, и плотва косяками ходит, страдает без отлова. И первые августовские дожди позавчера прошли, а я у Лёхи насчёт лисичек спросить забыл. Лисичек ведь что? Личисек много не бывает! Что с жарёхой не съедим, то засолим. Кузьмич уже к закруткам приступить готов, банками и крышками на тех выходных затарился по самое небалуй.

Давно уже заприметил, что есть в нём что-то такое… от бабки. От злющей такой, агрессивной, австрийской бабки.

И кстати, ещё о делах.

У меня ведь ещё Лёхин участок!

Который год всё планирую его разгрести. От зарослей расчистить и посмотреть, в каком там состоянии дом сохранился. Под что-нибудь, да использую. Мне вот, например, бильярд у себя воткнуть катастрофически некуда.

А бильярд хочется.

Так что вот…

Все эти досадные недоразумения и ошибки айтишников сразу же остались где-то в прошлом, стоило мне переступить через ворота участка.

Проснулся я в прекрасном расположении духа. Сполоснул рожу, улыбнулся себе в зеркало, позавтракал деревенскими яичками с жареной докторской и было дело уже начал собираться в поход на пасеку, как вдруг вчерашние события снова дали о себе знать.

Глава 3

– Василий Иванович, к вам там гости, – ворвался в дом Кузьмич.

– Опять, что ли?

– Нет-нет, – поспешил успокоить меня Кузьмич. – Другие. Говорят, из службы безопасности Императора.

Не соврали, значит, пацаны. Добрались-таки до монарха. Правда, результат получился неожиданным.

– Ядрёна мать! – улыбнулся я.