Ещё один характерный штришок – дорожное покрытие. Я долго не мог понять, что именно у меня под ногами: и на асфальт не похоже, и не грунтовка. Оказалось – прессованная резиновая крошка. Для пущей изоляции, как нетрудно догадаться. А дома выкрашены так называемой «шаровой краской», опять же, на основе резиновых шарушек. И заземлены… или зароксанены? – самым примитивным способом – металлическими штырями, вкопанными в грунт. Спасибо, что хотя бы не полноценные клетки Фарадея! Хотя насчёт всего города я не уверен. Прелесть какая, блин! Буквально на каждом шагу открытия чудные… спасибо, Кэмерон.

– Пришли, Генри, – наконец остановилась моя спутница у ничем не примечательного забора. – Запоминайте расположение: «синяя» линия, блок тринадцать, модуль «Б». Это ваш официальный адрес. Автобусная остановка в двух кварталах, три минуты ходьбы быстрым шагом.

– Это хорошо? – на всякий случай уточнил я.

– Это просто великолепно! – заверила докторша. – От моего дома до остановки почти семь минут. А вообще до любого объекта в Мэйнпорте можно добраться пешком максимум за полчаса. Если не торопясь – минут за сорок. Поэтому многие офисные служащие общественным транспортом пренебрегают, предпочитая прогуляться с утра.

– А работяги как?

– Этих обычно возят централизованно, так проще перед сменой медосмотр организовать.

– Поня-а-а-атно… – протянул я и спохватился: – Может, вас проводить?

– Не стоит, Генри, – помотала головой Кэмерон. – Не в этот раз. Вам сегодня лучше отдохнуть. Да и к жилищу новому привыкнуть не помешает. А вот потом… милости просим. Как раз в кампусе освоитесь.

– Что, прямо домой? – поразился я.

С чего бы, интересно, такие преференции? Только сегодня познакомились, и уже в гости приглашает? Или она без задней мысли?

– Почему нет? – пожала плечами док Санчес. – Вечерами у нас в кампусе бывает довольно скучно. А соседи у меня все сплошь коллеги-медики, да ещё и солидные, как на подбор – в годах и с семьями. Жёны, конечно, довольно приятные собеседницы, но слушать бесконечные байки про детей и кухню… нет, я пока не готова. А с вами мы вполне можем пообщаться… и не только на профессиональные темы, хотя и на них тоже.

– Вы будете меня курировать? – с затаённой надеждой спросил я. – Ну, от службы психологического контроля?

– А вы этого хотите, Генри? – лукаво улыбнулась девица. – Вижу, хотите. Но, к сожалению, в ремонтном секторе свои дежурные медики. У меня несколько иная… э-э-э… зона ответственности. Так что по работе видеться будем довольно редко.

– В таком случае я непременно воспользуюсь вашим предложением, Кэмерон.

– Каким именно, Генри? Насчёт восстановления сил? Или?..

– И тем, и другим.

– Спокойного отдыха, Генри.

– До встречи, Кэмерон.

Док Санчес с чуть рассеянным видом зашагала дальше по улице, я же опёрся плечом на забор и задумался, машинально сопровождая взглядом филейную часть девицы, благо более привлекательного объекта в ближайших окрестностях не наблюдалось. По всем раскладам выходило, что нужно вливаться в местную жизнь – свалить с Роксаны в обозримом будущем не получится. И корпорации задолжал, так что «охотники за головами» житья не дадут, и чисто техническая возможность сделать ноги отсутствует. Вот уж не думал, что окажусь в настолько изолированном от остальной Вселенной месте…

– Генри, хотите совет? – вдруг обернулась Кэмерон. – Дружеский?

– Давайте, – кивнул я.

– Перестаньте жалеть о прошлом. У вас теперь новая жизнь, новый круг общения, новые заботы.

– Я уже это слышал сегодня.

– Значит, уже с кем-то умным познакомились? Вот видите! – обрадовалась девушка. – Всё образуется. Ведь перед вами теперь столько перспектив!

– Целый огромный новый мир! – хмыкнул я. С изрядной долей иронии, признаться. И, не удержавшись, добавил: – Здесь обитают драконы.

– Что, простите? – недоумённо покосилась на меня докторша.

– Да это так, старинный географический курьёз, – отмахнулся я. – На парочке средневековых карт этой фразой обозначали неизведанные земли на краю обитаемой Ойкумены. «Hic sunt dracones» по-латыни. А ещё раньше то же самое писали про львов. Просто терра инкогнита как-то банально, что ли… а тут суть аналогичная – прекрасный новый мир, и он весь мой!

– Отнюдь, – помотала головой док Санчес. – Не советую распространять вашу зону комфорта за периметр. Мэйнпорт – отличный трамплин для карьеры в корпорации. А всё, что за его пределами… это трясина. Не позволяйте ей вас затянуть. Она только внешне похожа на настоящую жизнь. На деле же это путь в никуда. Поверьте моему опыту, Генри.

– Спасибо, доктор.

– Не скучайте, больной! – в тон мне отозвалась Кэмерон.

И снова зашагала по улице, вся из себя такая сильная и независимая. Только пары кошаков на шлейках не хватает. Интересно, а у неё есть тёплый клетчатый плед, кресло-качалка и шкафчик с винишком?

– Ну-ну, – хмыкнул я себе под нос. – Будем посмотреть.

Но потом, как водится. Сейчас есть дела более срочные – дом обследовать, душ принять с дороги. Да и пожрать бы неплохо…

* * *

Мэйнпорт, 18.05.23 г. ООК, утро

– Проснись и пой, Генри Форрестер, проснись и пой!.. Проснись и пой, Генри Форрестер, проснись и пой!.. Проснись и пой…

М-мать! Что за бред? Так хорошо спал, и тут какому-то придурку приспичило… а, это ж будильник в смарте! А придурок этот я сам, потому что с вечера не придумал ничего лучше, как наговорить эту бесючую банальность в качестве звонка. Знал, чем самого себя пронять до печёнок. И, надо признать, получилось – волей-неволей я вырвался из объятий Морфея, от души потянулся и зевнул во всю пасть. И только потом осознал, где я и что я. А осознав, откинул одеяло и резко сел на койке, свесив ноги.

– Проснись и пой, Генри Форрестер, проснись и пой!.. Проснись и пой…

Да уже, блин! Как это чудо техники… какого уже века? Позапозапрошлого? Как его вырубить на хрен? А, вроде сюда нажать надо… готово. Ну вот и настал твой второй день в колонии Роксана, дорогой товарищ Олег. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись.

Хотя, вынужден признать, спал я очень даже неплохо. Спокойно, без сновидений, и почти не ворочался. А это уже само по себе дорогого стоит – кошмары меня мучили с того злосчастного финала, когда я слил в никуда все имевшиеся финансы. Сколько там? Почти полтора месяца уже… стандартных, я имею в виду. А здесь, на Роксане, так удачно сложилось, что все месяцы – а их двенадцать – содержат ровно по двадцать восемь суток. Двадцати-шестичасовых, если кто-то запамятовал. Вообще удобно, особенно для организации работ на удалённых объектах вахтовым методом: четыре недели, семь через семь – семь пашешь, семь… тоже пашешь, но сильно меньше, и из них три полных дня законных выходных. И сидишь при этом в Мэйнпорте, а не где-то у чёрта на куличках.

Правда, ко мне всё это не относится – я сотрудник МТС, сиречь «механико-транспортной системы», в ведении которой весь корпоративный транспорт, за исключением межзвездного. А если ещё точнее, то я старший механик службы СВТР, то бишь снабжения, высоких технологий и реинжиниринга. Основной профиль – обслуживание и ремонт. Причём практически всего, от самобеглых тележек на электротяге до вот этих самых смартфонов. Каким боком тут кризис-инженер? Не поверите, но связь самая прямая: в условиях Роксаны практически любой ремонт превращается в квест по добыче запчастей из дерьма и палок. Очень часто возникают ситуации, требующие не просто нестандартных, а откровенно парадоксальных решений. И в таких условиях мне самое место. От скуки не умру, короче. А может я и ошибаюсь – время покажет. Сколько уже натикало, кстати? Восемь утра? Нормально, успеваю и оправиться, и собраться, и даже перекусить наскоро. Ещё бы жизненного пространства самую чуточку побольше… но пока не заслужил.

Как выяснилось ещё вчера, Кэмерон не зря обозвала моё жилье модулем – это именно он и оказался. Типовой, рассчитанный ровно на одного человека: входная дверь, короткий коридор, потом холл (он же спальня, он же кухня, он же столовая) с единственным окном, и микроскопический для моих габаритов санузел, объединённый с душевой. Вход в эту «прелесть» располагался в стене коридорчика и был лишён уже привычной распашной створки – вместо неё наличествовала рулонная штора из плотной пластиковой плёнки. Впрочем, наученный горьким опытом, с этим технологическим «чудом» я разобрался довольно быстро. На осмотр «бытового блока» с раковиной и непонятной хреновиной с металлической решёткой и парой круглых блямб хватило ровно одного взгляда – эту часть жилища я оставил на потом. А вот дальше случился затык – основная жилая зона оказалась девственно пустой. Я было заозирался в панике, но почти сразу же наткнулся взглядом на инструкцию – та была напечатана на внутренней стороне оконной шторы, тоже, кстати, рулонной. Приткнув чемодан к ближайшей стенке, я шагнул поближе, вчитался в скупые строки, в большинстве своём отсылавшие к схеме, приведённой под текстом… и натурально прифигел от бездны примитивных технических решений, превративших безликий модуль в чудо инженерной мысли. И пофиг, что мысли прошлого. Хуже она от этого не становилась.

Примерно через полчаса модуль было не узнать – я извлёк и расставил по собственному вкусу складную мебель, ютившуюся в многочисленных нишах, опустил встроенную в глухую стену кровать, отыскал и проинспектировал шкафы и шкафчики, разжившись множеством бытовых мелочей, и даже освоил смесители в кухоньке и душевой. Ну и попутно выяснил, что странная приблуда с решёткой и блямбами – самая настоящая газовая плита, на каковой мне предлагалось готовить, если взбредёт такая блажь, конечно. В посудном шкафу нашлись и сковородки, и кастрюльки, и даже чайник. Жаль, турки не оказалось, равно как и кофе, хотя бы растворимого. Зато чай был в наличии. Ну а в холодильнике – тоже древнючем, с компрессором, радиатором и хладагентом, а не привычной магнитной системой охлаждения – присутствовал «малый джентльменский набор» наиболее употребимых консервов. В большинстве своём импортных, но на глаза попались полукустарные упаковки с колбасой и сыром местной выделки, а морозилка, куда я заглянул исключительно из любопытства, порадовала парой шматов мяса и изрядным куском сливочного масла. В общем, когнитивный диссонанс случился знатный – многого из этого продуктового набора на той же Беатрис я бы себе не смог позволить. А тут гляди-ка, больше половины запасов – натурпродукт! А если поискать, то и всяческая бакалея – крупы с лапшой – наверняка отыщутся…

Я, кстати, так и поступил, но уже чуть позже, после того, как разжился смартфоном и активировал примитивный донельзя компьютер со встроенным в стену физическим (!) монитором на страхолюдной жидкокристаллической матрице. И да, про «чуть» я слегка – самую малость! – преуменьшил, потому что на электронике завис на добрых два часа. До того всё оказалось непривычным и пугающе медленным. Но в конце концов, конечно же, разобрался. Инженер я, или погулять вышел? Вот то-то и оно!..

Про эпопею с душем и готовкой скромно умолчу… ладно, ладно, мне просто стыдно. Но и эти адские девайсы освоил, отделавшись лёгкими ожогами от кипятка и открытого пламени.

Потом как-то внезапно стемнело, но включать светодиодные светильники я уже поленился, хоть и знал, как. Вместо этого рухнул на койку, наскоро сварганил рингтон для будильника и ухнул в пучину сна…

И ведь неплохо выспался! Думал, на этакой-то койке, с жёстким пружинным матрацем, все бока отлежишь, ан нет! Ничего нигде не ломит, не тянет и не подёргивает. Челюсти зевотой не сводит, голова не болит… да вообще ништяк! Не хочется это признавать, но, блин, как огурчик! Впервые за долгое время… никак, совесть очистилась? Или от чувства вины избавился? Не, фигня. Скорее просто подсознательно смирился с ситуацией и приготовился плыть по течению. А почему бы и нет, в конце концов? Эх, мне бы ещё душевую чуток побольше!..