Клара Конти: Мой сладкий яд

ГЛАВА 1

В нашем мире уже много лет бесконфликтно существовали три клана: Братство ножей, Черная сотня и Ночные короли.

Но хрупкой дружбе пришел конец. Мой отец свято поверил в свои силы и решил подмять под себя весь Хезельберг…

Я свернула за угол, потом выбежала на пожарную лестницу и спустилась на два этажа ниже. Там, я предельно сконцентрировано огляделась, наставив заряженный пистолет на воздух и снова помчалась по длинному коридору, устеленному черной ковровой дорожкой.

Бесконечные лабиринты не заканчивались. Мой спринтерский бег отдавался звоном в ушах. Захотелось скинуть чертовы шпильки, но времени осталось очень мало. Люди отца были совсем близко.

Тихо сглотнув перед еще одним лестничным спуском, я приоткрыла тяжелую железную дверь с табличкой «EXIT» и по коже поскакали колючие ледяные мурашки. Я должна отбросить страх и попытаться себя спасти. Должна!

Выдох…, и я уже на полпути в подземный гараж.

Я даже не заметила миллион ступенек, которые преодолела за считанные минуты.

Они все позади.

В сотый раз обернувшись, я поспешила к черному джипу, припаркованному возле одной из бетонных опор. Вот оно мое избавление от смерти. Мое желанное спасение.

Во всем гараже вырубился свет. Я застыла около капота и приложила дрожащую окровавленную ладонь к холодному металлу.

Под ложечкой засосало. Сонная артерия бешено запульсировала. А сердце просто–на просто отключило питание и погибло.

– Она где–то здесь! Прошерстите все! – услышала приказ Гриши. Отцовского послушного песика, а по совместительству правую руку в устранении «грязных» проблем.

Зажглись фонарики. Я плюхнулась на колени и поползла вдоль машины так, чтобы поскорее скрыться с другой стороны.

Когда сбитые в кровь коленки перестали ныть, я присела на попу и перезарядила пистолет. Руки затряслись безбожно. Губы пересохли настолько, что покрылись мелкими трещинками.

– Никого! – громко выкрикнул один из солдат в другой части гаража.

– Если вы ее не найдете, я лично прострелю вам башку! – гаркнул Гриша и отправил выдрессированных ублюдков по моему следу.

Я сдвинулась к заднему колесу и зажмурилась на мгновение. Пот покрывший мой лоб залез в глаза. Их сильно защипало. До слез.

Внезапно на меня нацелился светло–голубой луч, и парень в строгом черном костюме победно ухмыльнулся. Я навела на него прицел, нажала на спусковой крючок, но ничего…моя обойма опустела…

Черт…

Я вскочила, ловко крутанула в руке пистолет, чтобы хотя бы рукоятью попытаться отбиться, но меня опередили.

Некто накинул руку на шею молодого солдата и начал его душить. Я перехватила падающий фонарик и увидела шок в глазах умирающего. Смятение и проблески мольбы.

Но не сделала и малого, чтобы он продолжил жить.

Ведь знала, добром мое милосердие никогда не обернется.

Когда парнишка обмяк и его зрачки перестали метаться в агонии, незнакомец плавно опустил его на бетон и скрылся во тьме.

Я потушила фонарь и попыталась сообразить, что делать дальше. Но разумные мысли заглушились истеричным тремором. Паника постепенно накрыла меня с ног до головы и плотно осела, где–то внутри. Парализовала дыхание и окончательно отобрала у моего мозга право решать сложные задачи.

– Идем со мной. – По затылку пронесся холодок. Чья–то грубоватая ладонь легла на плечо и несильно сдавила его. – Если хочешь выбраться живой.

Мужской голос не был похож ни на один из тех, что я слышала ранее. Низкий, шероховатый, и невероятно спокойный.

– Я не…– рискнула ответить и уловила быстро надвигающиеся в темноте шаги.

Человек за моей спиной обнял меня за талию и потянул к себе. Он был большой, судя по ощущениям, обострившимся во мраке. А еще…от него вкусно пахло. Глубокий чувственный аромат потревожил уснувшее обоняние, вызвал ненужные ассоциации.

– Сними туфли. – Прошептал господин инкогнито, и я аккуратно сняла обувь, потянув серебряные ремешки вниз. Он невесомо поцеловал меня в шею. Как в знак одобрения. Или в качестве заслуженной похвалы за примерное поведение.

Мы попятились назад.

Медленно, но уверенно.

Разъяренный тон Гриши вынудил нас замереть на секунду.

Мальчик взбешен.

До чертиков.

Еще бы. Я ускользала из его лап, и он прекрасно понимал, чем ему грозил мой побег.

Прощание с парочкой пальцев – мелочь.

Отец сдерет с него скальп и создаст музейный экспонат. Как в фильме «Дом восковых фигур».

– Осторожно, – мой поводырь помог забраться в салон машины, – ни звука.

Я кивнула, словно он смог бы увидеть.

Дверь бесшумно закрылась.

Я посмотрела на свои алые руки и пистолет с изящной гравировкой О.О.

Олег Огнев. Мой отец.

Откинув голову на кожаный подголовник, я смежила веки и вернулась в роскошный зал, украшенный живыми цветами и свечами в прозрачных подсвечниках.

Дорого. Помпезно. Со вкусом.

Свадебный организатор хорошо постарался. Отработал положенный гонорар.

Только я бы никогда не пошла навстречу тому, кто стоял у алтаря. Он животное, о котором среди девушек ходили ужасные слухи.

И плевать, что наш супружеский союз развязал бы дюжину узлов и предотвратил негласную войну.

Я не пешка.

Не безмолвная на все согласная кукла.

В детстве, когда мама читала мне сказку о Золушке, я спрашивала ее: почему Золушка сама не поехала в замок с хрустальной туфелькой и не женила на себе принца?

Мама всегда отвечала: Золушка скромная и уважающая себя девушка.

Такая чушь.

Но я это лишь повзрослев поняла.

За тонированными окнами раздался выстрел. За ним еще несколько. Я пригнулась.

Обмен пулями возрос до масштабов уличной перестрелки.

Кто? В кого? Сколько? Неясно.

Стекло над моей головой отразило прямое попадание «свинцовой мухи» и теперь я сообразила почему незнакомец меня тут запер. Джип бронированный. Стало ли мне легче? Нисколько.

Сердцебиение разогналось до боли в груди. Я приложила испачканную руку к белому корсету и хотела вдохнуть поглубже, но дверь распахнулась и свободное место занял он…

Бездушный хладнокровный Костас Диониди…

Никто ничего не знал о его личной жизни, но статьи про молчаливого сурового главу клана «Ночные короли» выходили с завидной регулярностью.

Я сама немало прочла в свое время.

И то, что сейчас мы с ним сидели бок о бок, меня не радовало…

А если честно, то я полностью потеряла дар речи.

– Поехали. – Скомандовал он водителю, постучав по непроницаемой перегородке и повернул ко мне голову.

Зеленые бездонные глаза выразили все оттенки ярости.

Машина тронулась с мертвой точки, а я тронулась умом, раз пошла на поводу у самого Диониди.

Я была уверена, что не смогу покинуть его общество, но все же наивно дернула утопленную ручку.

– Не стоит этого делать, когда машина на ходу.

Не моргнул. Не повысил голос.

Я убрала руку с пластика и забилась в дальний уголок.

– Вы же выпустите меня, да?

Самый глупый вопрос, который я придумала и озвучила.

Костас опустил глаза на мой подвенечный наряд, на босые ноги и вновь сфокусировался на бледно–сером лице.

Ничего не сказав, попросил водителя поехать по объездной дороге. Сегодня традиционный праздник День маяка. С него началось основание города и в принципе заселение полуострова. И вероятнее всего в центре большие пробки.

– Пожалуйста…я вам очень благодарна за помощь, но…

Глава «Ночных королей», член всевозможных элитных клубов и мафиози по природе своей провел рукой по коротким волосам, вынул телефон из внутреннего кармана пиджака и погрузился в переписку.

– Эй?

Я, видимо, потеряла не только рассудок, но и последние самозащитные рефлексы.

Привстав на ушибленные коленки, я сократила расстояние до молчуна и ударила кулачком по его стальному бедру.

– Вы меня слышите? Я хочу, чтобы вы сейчас же остановились и позволили мне уйти!

Машина подскочила на «лежачем полицейском» и на миг сбила меня с толку, оглушила. Костас воспользовался моментом, свободной рукой крепко обхватил за талию и…поцеловал.

Мои пересохшие губы заныли от боли, а тело протестующе окаменело.

– Ты очень вовремя сбежала, Огонёк. – Щелкнул кончиком языка по верхнему ряду моих зубов. – Теперь правила игры меняются.

Дорогие читатели, приглашаю вас в свой ТГК: https://t.me/contipantelli

ГЛАВА 2

Я никогда не била мужчину по лицу, но Костасу врезала с превеликим удовольствием. Ладонь от соприкосновения с его холодной щекой загорелась жарким огнем.

Он плотно сжал выпирающие скулы и таким адским гневом обдал, что я подумала, вылечу из машины прямо на асфальт и переломаю себе все кости.

Но…

Костас лишь моргнул разок и схватил меня за шею.

Какой–то из позвонков жалобно хрустнул.

Я открыла рот от нежданного шока.

– Тебе снова повезло, малышка, – стукнул большим пальцем, где–то у меня за ухом, – сегодня мое настроение не совсем равно нулю.

Оскалился пугающе и оттолкнул меня, словно я хлам, мешающийся под ногами. Я ударилась спиной о дверь и скукожилась.

Телефон Костаса, стиснутый в руке, разразился надрывным звонком. Я обняла себя за ноги и попыталась абстрагироваться от всего происходящего.

Но то, что произнес Диониди вырвало меня из оцепенения…

– Да, Олег, твоя дочь у меня. Не делай глупостей.

Он назвал моего отца просто по имени. Даже мама редко себе позволяла обращаться к нему без тысячи поклонов и извинений.

– Не истери, как мальчишка. Ничего с твоей девочкой не случится. Пока, ничего.

Костас убрал телефон от уха и поморщился. Истошный крик моего отца его порядком достал. Целую минуту Олег Огнев бешено орал, крыл матом своего оппонента и в конце концов, сказал, что доберется до его греческой задницы и засунет в нее гранату, начиненную гвоздями.

В духе моего многоуважаемого папочки.

Угрозы.

Террор.

Запугивание.

Только Костасу было плевать. Он выждал, когда припадок закончится и ответил:

– Угомонился? Теперь слушай внимательно, старый кусок дерьма, – говорил он жестко, а поза демонстрировала полное расслабление, – Теона принадлежит мне. Сунешься в мой район, грохну, не задумываясь.

Беседа окончена.

Костас выдохнул и потер подбородок.

Его тяжелый взгляд устремился в окно.

– Зачем я вам? Я бы сбежала и всем было бы хорошо.

Покосился на меня и продолжил любоваться вечерним Хезельбергом. Город у нас старинный, по большей части построенный немецкими и чешскими архитекторами. И при этом очень суетливый, живой, активный. В уютных невысоких домишках поселилось много молодежи.

Возможно, всему виной близкая расположенность к морю. Ну или наличие знаменитого университета искусств.

– Ты хотела выйти замуж за Гарика?

Наконец–то, Костас прервал тугое молчание.

– Нет. Он мерзавец. И я с момента помолвки стала продумывать план побега.

Почти лысый мужчина с характерным хищным прищуром заострил на мне свое внимание. Моя кровь, какой бы благородной она не была, закипела от волнения и непонятного возбуждения.

Я сглотнула тихо и пошевелила пальцами ног под узкой белой юбкой, расшитой эксклюзивными кристаллами.

Костас потер нижнюю губу и опять отвернулся.

О его задумчивости ходили настоящие легенды. Как и о его весьма мистическом происхождении. Никто не знал прошлого «загадочного лорда». А все попытки узнать, не увенчались успехом. Потому, помимо слухов, в народе гуляли не подтверждённые факты, приправленные тонной выдумок.

Мои сестры, Мия и Рута до ужаса любопытные девчонки и частенько сплетничали о боссах кланов, искали о них посты в интернете.