Мои руки машинально уперлись мужчине в грудь, но он держал так уверенно, будто я и вправду принадлежала ему. Мои толкания бесполезны – он сам отстранился, обнажая хитрую улыбку. Но самое ужасное, что в глазах все еще плыло, а губы горели и просили еще.

Что этот паршивец со мной сделал? Все «кражи невест» такие возбуждающие?

– А ты сладкая.

– А ты… ты… – я пыталась отдышаться и высказать все, что думала, но меня опередили.

– Наш поцелуй – прямое доказательство, что мы подходим друг другу.

– Это еще почему?

– Целуешься классно.

Что, простите? Теперь у нас бракосочетаются по «поцелуйному кайфу»?

– Всё заснял! – радостно заорал кудрявый водитель из машины. – Вот это кадры, какой огонь! Вам бы в кино сниматься.

– Снимать зачем? – удивился мой похититель.

– Как зачем? Матери отправлю, покажу, какая вы красивая пара.

Матери? Они в эту кражу еще своих родственников приплетали? Мне уже не нравился этот аттракцион, а Маринке я припомню все, что пережила за последние минуты.

– Все? Легче стало? Тошнота прошла? Теперь давай в машину, – мужчина потянул меня в сторону открытой двери, но я тормознула и громко крикнула:

– Даже не надейся, я никуда не поеду.

– Я не спрашивал.

– Зато я спрашивала! Все, заканчиваем. Где там ваши шашлыки и экскурсия по Еревану?

– Значит, придётся помочь, – красавчик тяжело вздохнул, но в его тоне было больше раздраженного терпения, чем злости.

Он лишь усмехнулся и взглянул на водителя. Тот с улыбкой вышел из машины и направился… нет, не к нам, а к багажнику. Они что, меня засунут прямо туда? Да, он немаленький, там три меня поместятся, но сам факт заставил незамедлительно напрячься и поискать пути отступления.

– Тронешь – закричу.

– Кричи, я люблю темпераментных женщин.

– Ты серьёзно? – Я уставилась на него в шоке. – Я что, мешок с вашими абрикосами?!

– Нет, ты роза.

– Почему роза?

– Красивая и колючая. Ее лучше перевозить в более безопасном для нас месте.

Он резко подхватил меня и снова закинул себе на плечи. Я действительно чувствовала себя мешком с картошкой.

– Эй, мне уже не смешно! Опусти! А-а-а!

Он кинул меня в просторный багажник и прижал ступни к какой-то мягкой поверхности. Шашлыки и экскурсия по Еревану мне бы понравились больше. А вот связанные руки – не совсем. Нет, это уже перебор.

– Я предупреждал, не рыпайся.

– А то что? Убьешь?

– А то пожалеешь.

Раз это оплачено, а актеры играли до последнего, то и я сдерживаться не собиралась. Накрытая яростью, взяла и плюнула прямо в очки этого моделя на понтах. Часть моей биологической жидкости попали на его нос, на стекла очков и даже немного на губы. Что, нравился мой вкус? Попробуй еще, я не пожалею!

– Сучка!

Он резко захлопнул крышку багажника, и я оказалась в полной темноте. Тесно, пахнет резиной и, кажется, моим унижением. Хорошо, что здесь было чисто и просторно. Я подтянула колени к груди завязанными руками, и с каждой минутой убеждалась, что это худший отпуск в моей жизни. Если Марина действительно думала, что я забуду про Валеру, то… черт возьми, она оказалась права. За последние минуты я ни разу не вспомнила о бывшем муже.

Дорога казалась долгой за трясками, поворотами. Я почти потеряла счёт времени, когда машина остановилась. Интересно, мне удастся сбежать или это бесполезно? Ладно, если что, я с ноги по морде дам. Крышка багажника открылась, и в лицо ударил теплый вечерний воздух. Передо мной стоял уже не мой похититель, а его кудрявый водитель. Я приготовилась врезать ему прямо между ног, но он достал нож из кармана, и моя нога замерла в полете. Он что, убить меня хочет?

Но вместо этого он лишь разрезал веревки на руках и помог встать.

– Извини за резкость, но ты его разозлила.

Правда? Вы меня еще в ярости не видели.

– Давай помогу переодеться, душ примешь, выйдешь к нашим родителям.

– Вы что, до последнего в кражу играете?

– Играем?

Я моргнула от света и увидела большой трехэтажный дом. Даже не дом, а вырубленный из золотого слитка дворец, в котором прорезали дырки для дверей. Над нами, казалось, нависали огромные горы, как будто приехали к подножию Арарата. Но я не успела оценить красоту двора, потому что из него выскочили седовласый мужчина с животом и полная женщина в переднике с перепачканными мукой руками.

– Арамчик, я женгял почти закончила! Ты привез невесту?

Женщина довольно щебетала, пока седовласый мужчина, выпучив карие глаза, как Киркоров на концерте, осматривал меня.

– Конечно, привез! – Стоявший неподалеку похититель взял меня за плечи и подвел к пожилому мужчине и женщине. – Ты был прав, отец, она красавица, на русскую похожа. Всё, жениться буду.

– Сын, ты кого в дом привел? – отмер мужчина, протирая облысевшие виски.

– Отец, ты о чем? Я племянницу мэра украл, как ты и говорил. Видишь, уже не сопротивляется, сама замуж хочет.

– Племянница мэра – армянка, а ты на русской собрался жениться?

– Что? На русской? На этой чужеродке? – выкрикнула женщина, позабыв о своих… что она там говорила? Дженег? Жегел? А, неважно!

Женщина закричала так, что, казалось, горы вдалеке дрогнули.

– Ты чего сюда русскую притащил?! – Она подбежала ближе, уперев руки в бока. – Она не наша! Никто в нашей семье не женился на русских! Этому не бывать никогда!

– Какая русская, мам? Ты вообще о чем? – удивленно спросил мой похититель. – Она просто светленькая, мы уже договорились. Ты сама девушку одобрила.

Женщина трясущимися пальцами разблокировала телефон и развернула к нам экран. На нем красовалась миловидная светловолосая девушка с красивой женственной фигурой. Мы с ней даже чем-то похожи, только бюст и попа у нее больше раза в три. Нос аккуратный, даже слишком идеальный. Что-то мне подсказывало, что над ним поработала не природа.

– Вот племянница мэра! А ты кого притащил? – твердил мужчина, активно жестикулируя руками.

– Русская невестка… в моей семье русская… катастрофа! – на последнем издыхании прошептала женщина и упала в обморок на руки мужу.

Глава 5

Арам

Я, Арам Саркисян, владелец лучшей сети гостиниц в стране, человек, с которым мэр сам лично пьёт коньяк и ест шашлык на праздниках, только что совершил величайшую глупость в своей жизни.

Вошел не в ту дверь, а точнее, выкрал не ту женщину.

Эта шутка вообще актуальна? Хотя какая разница!

Как такое возможно? Это же не перепутанный кем-то пакет молока в супермаркете. Это целая девушка, с руками, ногами, характером и… небесными глазами, в которых плескалось столько ярости, что я всерьёз опасался за собственную жизнь. Причём действительно русская. Мало того что я с московскими армянами не хотел дело иметь, а тут не только из Москвы, но ещё и русская! Зато красивая. Это пока единственный ее плюс – красива, как в соседнем дворе цветок, который хотелось сорвать.

Сорвал…

Вошёл не в ту дверь… Ситуация похожа на анекдот, который ещё дед Арут рассказывал в детстве. И вся семья действительно посмеялась над ним, если бы не я был главным героем этой идиотской истории.

Мама, едва увидев девушку, с грохотом шлёпнулась в обморок в руки окаменевшего отца. Женгял*, видимо, сегодня уже не будет. Отец едва ее откачал парой пощечин и холодной водой.

Родня кинулась её откачивать. Отлично, Арам, ты добился своего. Мать на полу, отец кипит, невеста шипит, а брат…

– Ты дурак? Зачем снимаешь на телефон?

– На память, братик.

– Русская невестка… – шептала мать, схватившись за голову. – Что скажет мой троюродный дядя Гога, когда узнает об этом позоре?

– Твой дядька умер восемь лет назад.

– Думаешь, не увидит этот позор с того света? Вай, мама, что соседи скажут? Вазген, наша семья опозорена!

– Давай отойдем, – я отвел отца в сторонку, когда он посадил маму на тахту и оставил с ней Карена. Хорошо, что телефон свой убрал и в дело включился.

Черт возьми, я чувствовал себя школьником, которого директор застал за курением в учительской. Только вместо сигареты – русская девушка под мышкой, которая стояла позади меня и своими огромными голубыми глазами лицезрела скандал года.

– Зачем ты её притащил?! Мы же такую красивую девочку одобрили! Молоденькая, скромная, нетронутая красавица, племянница мэра! У нас такая сделка на носу!

– Похоже, я девушек перепутал и привез не ту.

– Не ту? Ты хоть понимаешь, что сделал?! – Отец уже почти плясал от злости, руки в стороны, брови в небо. Но вряд ли сейчас небеса помогут. – Я столько с мэром договаривался насчет земли и его племянницы в придачу, а ты решил нас подставить?

– А я откуда знал? Просил фото показать, знал, что подстава будет!

– Привез кого попало! Да еще и чужеродец украл. Кто так вообще делает?

– Ты так на матери женился, сам говорил.

– Твоя мать – чистокровная армянка и любила меня со школьной скамьи. А ты притащил чужестранку!

Я краем глаза заметил, что девушка дёрнулась, собираясь что-то возмутительно воскликнуть. За эти минуты я уже понял на своей шкуре, что такая, как она, словесно закатает в бетон и не подавится. Поэтому я вовремя обнял её за плечи и прошептал:

– Лучше помолчи.

– Да ты…

– Мы с тобой поговорим позже.

– Да уйди ты со своей камерой, джана! Лучше кофе сделай, он меня успокоит! – выкрикнула мама где-то позади. Раз кофе захотела, ситуация не такая уж и страшная.

Девушка с красивыми глазами посмотрела на меня так, словно этой небесной красотой готова была меня пристрелить, а я сейчас лежал бы с тремя дырками в сердце. Глаза славянок – настоящее оружие массового поражения. Да. Не только глаза. Только… У нее был повод для убийства.

Да, ты полный идиот, Арам. Таких проколов ты не совершал ещё со школьной скамьи.

– Что тебе делать, Арам? Если мэр узнает…

– Да не узнает. Сейчас верну девушку на место, успокою, номер в нашей гостинице и услуги предложу за счет заведения, вмиг забудет обо всем.

– А племянница мэра? С ней что делать будешь?

– Цветы куплю и пойду в нужный номер. Только фото мне отправьте, чтобы точно не перепутал.

– Возвращай эту негодницу назад, чтобы глаза наши не видели! – крикнул отец. Я кивнул и хотел шагнуть к девушке, но он притянул меня за локоть и, едва достав до уха, шепнул: – Эта русская очень красивая, отнюдь не меркантильная.

– Откуда знаешь?

– По глазам вижу. Свалить от тебя поскорее хочет, даже когда наш дом огромный увидела.

– У нее шок.

– У меркантильных тварин шок пропадает быстро при виде денег. Давай, возвращай девушку, и к племяннице мэра беги.

Главное девочкам с ресепшена сказать, чтобы слухи о краже русской не распространялись. Впишу годовую премию, порадуются.

Я подошел к девушке, которая странно осматривала своими голубыми глазами убранство моего двора. Точнее, родительского двора.

Никогда не видел таких красавиц…

Ее надо вернуть, откуда взял. Сделать всё правильно, по-мужски.

Звучит логично. Наверное, так и надо. Но вот беда: когда я посмотрел на неё, – на эту взъерошенную, злую, до смешного упрямую девушку, которая стояла, сжав кулачки, – у меня внутри что-то щелкнуло.

Она была не та, что «одобрена роднёй». Не та, кого засватал мэр с отцом и дядей Ата. Не та, кого представляли родители. Но чёрт возьми, она именно та, кого я хотел в этот момент.

Не хотел ее отпускать, но… придется.

– Давай поговорим, – бросил я девушке и провел ее в дом.

Мы поднялись на второй этаж, где я иногда останавливался, когда приезжал к родителям. Больше всего моя комната походила на спальню: широкая кровать с резным изголовьем, тяжёлые шторы цвета граната, яркий ковер, который я ещё помнил с детства.

Она неловко топталась у кровати, пока я думал, как лучше начать диалог. Наверное, нужно начать с чего-то банального? Как насчет…

– Слушай, извини…