Инстинкты срабатывают отменно, отвожу взгляд и теперь смотрю на перекаты внушительных мышц, которые не в силах скрыть ткань его чёрного и вовсе не тёплого одеяния. Он, что, совсем не мёрзнет?

Стоит тут как статуя и даже не дрогнет, в то время как другие трясутся от холода. Или они это не от холода? Они все… Боятся его?

– Вот и она, старшая дочь дома Шиен, Лира, Ваше Высочество, – отвлекает от паники включившийся будто вне зависимости от меня голос мужчины с жидкой бородкой.

Он, как я понимаю, приходится мне отцом, и кланяется, желая угодить гостю, а этому принцу будто бы всё равно. Даже не утруждается сказать что-либо в ответ, зато пристально разглядывает мою застывшую и порядком задубевшую персону, да таким взглядом, что хочется не то свернуться в кокон, не то под землю провалиться.

Он ведь не собирается свернуть мне шею прямо здесь?

– Принимаете ли вы, Ваше Высочество, нашу дочь в свои жёны? – Выдавливает из себя отец, которого я вижу лишь боковым зрением, как и ещё кучу народа, столпившегося во дворе.

А принц отвечать не торопится, будто бы назло затягивая паузу, а этот его взгляд… Боги, да у меня все внутренности перевернулись.

Нет, дорогой псих-генерал, пусть тебя и боюсь до чёртиков, но я так легко тебе не дамся!

Хаган пугающе усмехается, будто прочитав мои мысли, но в следующий миг его лицо становится подобно ледяной маске.

– Говори свое последнее желание, Лира Шиен, – говорит он мне, и сердце падает в пятки.

Что?! – едва сдерживаю удивлённый вопль.

Если ляпну сейчас такое, точно вызову подозрения. А, судя по лицам семейства, во фразе «последнее желание» не было ничего удивительного для моих родственников, потому они сейчас стоят и выжидающе смотрят на меня.

Они ведь не думают…?

– Простите её, Ваше Высочество! – Тут же спешит замолвить словечко отец, пока я пытаюсь понять, что им всем надо. – Вчера Лира была вне себя от радости и, танцуя, упала с крыльца. Ударилась головой, вот и не в себе немного!

Врёт же! Вне себя от радости была, ага. Потому и жизнью своей играла, и доигралась так, что теперь тут вместо Лиры я.

Кстати, а почему про угасшую искру никто принцу не скажет? Он вообще в курсе, что его жёнушка после брачной ночи может… Того? Хотя он «того» ведь и хочет.

«Если они не сказали, то и мне лучше молчать. А ещё лучше бежать. Только не сейчас, когда вокруг толпа народа. Может, местных порядков я толком не знаю, но в одном уверена точно: нужно знать собственные силы и правильно оценить силы противника. А в этом месте противники для меня – все. Значит, «улыбаемся и машем», точнее наблюдаем и ждём нужного момента» – решаю я. Смотрю на Смерть, а он на моего отца. Да таким взглядом, что слов не нужно, чтобы понять, о чем он думает: «Кого вы так неумело обманываете, господин хороший?».

Однако вслух Хаган говорит иное:

– Значит, у моей невесты сейчас не всё в порядке с головой? – С издёвкой стекает лёд с его губ.

Вот же хам невоспитанный! Или он это специально: проверяет, насколько готовы прогнуться перед ним будущие родственники?

А они его боятся. Люто. Значит, и это стерпят.

– Ну что вы, Ваше Высочество? – Приторным голоском поёт отец, хотя секунду назад был на грани взрыва. Что и требовалось доказать. – Лира уже в полном порядке. Наши лекари это подтвердят. А то, что она сейчас… Эм… Так это она просто в шоке от счастья.

«И не говори, дорогой, папочка, аж пищу, как хочу замуж за главгада-красавчика!»

Генерал отцу, ясное дело, не верит. Оно и правильно. Счастья ни в одном глазу у меня нет. И мне адски холодно, чёрт побери. Надо бы уже заканчивать эту церемонию, а то помру ещё до брачной ночи.

– Ну же, дочь моя, говори своё последнее желание. – поворачивается ко мне отец. Улыбается губами, а взглядом пригвоздить готов.

Повезло мне с семейкой, ничего не скажешь. Только вот понять бы, чего они от меня сейчас вообще хотят? В сериале я этого не помню, потому и смотрю на Жансу, но она и шагу ступить без разрешения главы дома боится, зато соображает быстро.

– Господин, моя госпожа переволновалась и позабыла, позвольте, я ей подскажу. – вовремя суетится моя умница.

– Не нужно, – отсекает генерал, подняв вверх руку, облачённую в чёрную кожаную перчатку. И голос его вроде спокойно прозвучал, а страшно стало, будто нарычали.

– Раз вы настолько взволнованы, что забыли о традициях, я сам вам напомню. Последнее желание – это просьба невесты к будущему мужу. Любая, будь то дом из золота или луна с неба. Если он готов её исполнить сейчас же, то девушка становится женой. Такой порядок, моя драгоценная невеста, – выдает генерал, и от слов «драгоценная невеста» внутри всё стягивает в узел.

Интересно, Хаган намеренно выбирает такой пугающий тон, или он так в принципе всегда разговаривает?

– А если, жених не в силах исполнить желание, тогда что? – Осторожно спрашиваю я и боковым зрением вижу, как все члены семьи бледнеют добела, мысленно обещая меня прибить.

– Если жених не в силах выполнить желание, то свадьба отменяется, – отвечает он, будто зная, что я не посмею с ним играть.

Эх, а как лихо бы было сейчас луну у него с неба попросить. А что, сам сказал – любое. Не выполнит и пойдёт своей дорогой без меня. А я… Я, видимо, буду отбивать Жансу у матушки.

Так вот, значит, что эта строгая женщина имела в виду, когда говорила, чтобы не смела сорвать свадьбу. Не просить того, чего не сможет дать генерал Смерть? Хотя по внешнему виду кажется, что он и луну добудет, если захочет. И плевать ему, что потом будет с миром. Или… Со мной.

– Так какое же у вас желание, госпожа Шиен? – Ждёт генерал, и только боги знают, как я хочу сейчас дать дёру отсюда.

Но смотрю на Жансу, которая готова за свою хозяйку костями лечь, и язык не поворачивается. Зато мне в голову приходит кое-что другое.

Тут же выпрямляю спину, поднимаю голову и говорю:

– Я хочу…

Глава 2. Маски

– Я хочу… Забрать с собой Жансу! Пусть она всегда будет со мной и в безопасности. Сможете это обеспечить? – Говорю я, чем удивляю будущего мужа.

Кажется, он ждал другого. А родственнички… Их лица из белых превращаются в красные от гнева.

Я должна была потребовать что-то иное? Денег? Золота? Или что тут у них в ходу?

– Служанку? – Переспрашивает генерал, думая, что ослышался.

– И ещё кое-что я попрошу у вас позже. Секретное желание, так сказать. Вы ведь не нарушите слово? – Прищуриваюсь я, глядя в его опасные глаза, и он прищуривается в ответ.

– Желание может быть только одно, но… Пусть будет по-вашему, – хищно усмехается Хаган.

Так легко согласился, не зная, что я задумала? Собирается меня обмануть?

Ладно, главное, Жансу будет подальше от этого дома, а то здесь её ждала бы беда. Алла Викторовна очень расстраивалась по поводу её несправедливой смерти, но, пока я здесь, никто, кроме злодеев, умирать не будет.

– Последнее желание незамужней выполнено, – оповещает отца генерал, а затем оборачивается ко мне.

– Отныне вы моя, Лира Шиен, – говорит он, и в его голове звучит неприкрытая угроза, а глаза поблёскивают на слове «моя», будто бы не в жёны меня взял, а в пленницы или в рабыни. Хотя… Так оно и есть.

Тихо, Лера, не паникуй. Ты со всем справишься.

«Скалка, булочки и борщ, на крайний случай, из любого льва котёнка сделают», – мысленно говорю себе.

– Несите дары, – велит отец, и слуги тут же тащат сундуки в повозки для свадебной процессии, и в следующий миг меня усаживают в одну из карет, украшенную красной тканью и цветами, контрастом играющими с серой погодой и хлопьями снега, падающими с неба.

Генерал, хвала небесам, со мной в карету не садится, он запрыгивает на коня, будто варвар, собравшийся охранять свою добычу. А моё одиночество в пути позволяют скрасить служанке.

– Госпожа моя, как вы? Я от волнения собственных ног не чувствую! – Нашёптывает мне Жансу, едва карета, покачнувшись, начинает ход.

Снаружи гудят и кричат, видимо, соблюдая, какой-то местный обряд, но выглядывать за красную штору окна я не решаюсь. Горожан как-нибудь позже рассмотрю. Сейчас есть более важные вопросы.

Например, за что именно этот генерал Смерть так взъелся на Лиру. Если узнаю причину его гнева, то смогу изменить свою судьбу?

– Жансу, а мы с генералом были знакомы? – Окликаю служанку, которая как раз не удержалась, чтобы поглядеть в оконце, и тем самым и мне показала кусочек улицы с небольшими двухэтажными домами и красными черепичными крышами.

А там красиво вообще-то.

– Насколько я знаю, нет, госпожа, – отвечает служанка. – Почему вы вдруг спросили?

– Просто он смотрел так, будто знает меня.

– Так вас все знают, моя госпожа. Вы же первая невеста столицы! Вашего совершеннолетия все женихи ждали. Даже кронпринц оттянул Отбор невест, подгадывая дату, – сообщает Жансу.

– Кронпринц? – Припоминаю что-то такое.

– Угу. Вы были третьей в списке для Отбора, но все и так знали, что выберут вас. Вы так хорошо смотрелись вместе, – шепчет Жансу, прижимая ладони к груди и хлопая длинными ресницами. – Только и разговоров было, как кронпринц смотрел на вас. И как вы смотрели на него!

– Значит, все знали, что мы с кронпринцем любим друг друга, но генерал всё равно потребовал меня себе в дар? – Прихожу в некое негодование и тут же расставляю руки, чтобы не слететь с сидений в резко остановившейся карете.

– Как вы там, моя жёнушка? Живая? – Раздаётся голос генерала. Но даже сейчас я слышу в этом с виду обеспокоенном тоне ноты насмешки.

– Всё в порядке! – Отвечаю ему и не удерживаюсь, чтобы не пробубнить себе под нос. – До брачной ночи с вами точно не помру!

– Госпожа, вы чего?! – Бледнеет Жансу и тут же закрывает мне ладонью рот, хотя так, насколько я успела понять, служанка делать не имеет права.

– Это ты чего? – Бубню ей сквозь её же ладонь, а после убираю руку от лица.

– У драконов очень чуткий слух, госпожа. Генерал наверняка вас слышал, – сообщает Жансу, виновато поглядывая на меня и пряча за спиной свою руку, будто я сейчас схвачу и отгрызу её за то, что она меня коснулась.

– Вот значит как, – киваю сама себе и вслух, даже шёпотом, говорить больше не собираюсь. А то вдруг этот остроухий дра… Кто?!

Лишь сейчас до меня доходит весь смысл слов, сказанных Жансу. Почему она назвала генерала драконом? Это какой-то речевой оборот, надеюсь? Алла Викторовна что-то говорила про драконов? Вроде, да, но в голове каша.

От моментного шока отвлекают громкие голоса, а затем карета останавливается. А спустя миг дверь отворяется, и в лицо бухает холодом.

– Прибыли, – раздаётся голос генерала, и Жансу тут же спешит спуститься первой, чтобы мне помочь, но генерал Смерть её опережает.

Раскрывает ладонь, чтобы, ухватившись, я могла спуститься со ступенек, только вот весь его вид отталкивает. Сглотнув ком, опираюсь голыми пальцами о ледяную кожу чёрной перчатки генерала и ступаю туфлями прямо… В снег.

Боги! Когда успело так намести? Мы ведь не более двадцати минут ехали. Оглядываюсь, а ни спереди, ни позади ничего похожего на город нет. Одни горы в снегах и огромный серый замок со шпилями, упирающимися в снежное небо. Как же это так? Мы каким-то порталом переместились?

– Добро пожаловать на Драконий Пик, моя жёнушка, – говорит генерал, будто бы наслаждаясь моим шоком, а затем кивает парочке слуг, что спешат к нам по сугробам из замка.

Только двое? Никого больше? Никакого бала, или как тут проводят торжества? Забрал из семьи, прокатил в карете по улице под барабаны и всё? Сразу в койку потом?

«Хотя нет… Какая койка? Он же, хвала богам, меня ненавидит», – радуюсь я, а этот гад, как назло, приказывает слугам:

– Проводите госпожу Шиен в спальню и подготовьте.

Чего? К чему?!

Он ведь не о брачной ночи говорит?

– Погодите! – Тут же принимаю стойку неподвижного мамонта и включаю весь свой актёрский талант на максимум.