– Здравствуй, дочка, – последнее слово жирдяй выплюнул, от пренебрежения так и хотелось скривиться.

– З-здравствуй, папенька, – произнесла я, криво улыбаясь.

Папаша побагровел, покрываясь некрасивыми пятнами. А чего ты ожидал? Скромно потупленных глаз или же слёз с мольбами? Не бывать этому, по крайней мере, когда я руковожу телом.

Глория предпочла спрятаться в глубине сознания, отдавая ситуацию в мои ручки. Ну что, время обсудить брачный договор. Главное, прочитать мелкий шрифт.

Глава 9

Я подошла к столу и заняла пустующее место напротив папаши. Он скривился, как от зубной боли. Чего это? Неужто прихватило что-то, глядя на взрослую дочь в потасканной одежде горничной? Да быть такого не могло, слишком уж толстокожий мужик. Он молча бросил мне исписанные листы бумаги, белой и плотной, почти современной. Я тупо уставилась в ровные ряды завитков, стараясь рассмотреть в них буквы.

– Чего пялишься, как корова в стену? – едко бросил папаша, хмурясь. – Ты же обучалась вместе с Виолеттой, пару лет так точно.

«Это было очень давно, – тихо прошелестел голос Глории где-то внутри меня. – Многое уже и не вспомню».

«А раньше сказать не могла?» – зло мысленно прокричала я, сжимая пальцами листы.

Меж моих бровей пролегла некрасивая складка. Я постаралась выудить из тела позабытые знания. Спустя несколько мучительных минут линии и вензеля начали перестраиваться в знакомые буквы. Возможно, это было просто иллюзией, созданной для моего понимания незнакомой письменности. Однако дело сдвинулось с мёртвой точки, и я начала бегло понимать смысл договора.

– Что значит «нельзя превышать свои полномочия»? – хмуро спросила я, подняв взгляд после очередного пункта.

В целом пока там не было ничего сверхъестественного. Измены под запретом, перечисление моих обязанностей и прав как супруги дракона. Причём перевес был в пользу обязанностей, которых оказалось невероятно много. Я успела прочесть примерно половину пунктов, прежде чем зависла над особо интересным.

– Ну-у, ты не имеешь права наказывать слуг или подчинённых лорда Рейдолира, – чуть запнувшись, произнёс папаша.

– Это ещё как? А если меня не будут они устраивать или же совершат проступок? – изумлённо спросила я, пытаясь переварить эту новость.

– Просто сообщай лорду, он сам разберётся, – отмахнулся мужчина передо мной, нетерпеливо ёрзая на скрипящем кресле.

– А вот это? Почему я не могу встречать гостей-драконов? – ткнула в следующий пункт в договоре.

– Ты человек, ещё и без сильной магии, – пренебрежительно бросил папаша и добавил: – Я бы тоже не хотел позориться с такой женой.

Прекрасно. Просто чудесно, ну и пусть сам развлекает своих ящериц крылатых. Я быстро дочитала до самого конца, больше не найдя ничего стоящего внимания. Уже собираясь поставить отпечаток кровью, успела выхватить очень мелкую надпись. Она едва различалась в десятке других, более крупных, и мне даже пришлось поднести лист ближе к глазам.

«В случае слабого потомства или отсутствии оного в течение пяти лет леди Глория Эдельвейс высылается в монастырь на горе Крисстал».

Меня пробрала злость. То, с каким пренебрежением ко мне относился папаша Глории, не удивляло. Но я никак не ожидала встретить столь дикую приписку в официальном документе. Потомство? Не дети, не наследники, а потомство?! Да как этот ящер смеет так относиться ко мне?! Ещё немного, и я бы просто разорвала этот жалкий договор. Пальцы добела сжались на листах, комкая бумагу. Сердце бешено забилось в груди, а в ушах зазвенели осколки моего терпения. Попав в этот мир, я думала, смогу смириться с классовым неравенством и ксенофобией со стороны драконов. Однако даже представить не могла, что их презрение к людям доходит до такой степени.

«Тихо. Успокойся. Медленно выдохни, Вика, – здравый смысл продирался сквозь обуревавшую меня злость, пытаясь остудить голову. Я выдохнула сквозь стиснутые зубы. – Тихо. Так даже лучше, подумай. Ты не собираешься рожать от этого дракона, просто пережди пять лет и поднакопи денег. Сбежать по дороге в неизвестный храм – это ведь легче, чем сейчас оборвать всё и остаться у разбитого корыта».

Поскрипывая зубами, я резко проткнула палец специальным стилусом, которым мне протягивал папаша. На кончике пальца набухла капелька крови, которую я тут же перенесла на бумагу. Листы вспыхнули ярким светом, от которого защипало глаза, а после кровь превратилась в чернила. Вот и всё, договор подписан, и мне прямая дорога к алтарю. Надеюсь, он всё же не жертвенный. Папаша облегчённо вздохнул и расслабился, расплываясь кляксой в своём кресле.

Он поднял на меня полный превосходства взгляд и произнёс:

– Молодец, послужила хорошую службу. Не зря мы тебя столько лет растили, хотя толку от Виолетты было бы гораздо больше в роли жены дракона…

– Так вы, отец, – я практически выплюнула последнее слово, – меня только ради наживы столько лет терпели?

– А как иначе? Сгодилась бы в содержанки кому, – потёр свои подбородки этот жирдяй, – или в качестве залога отдал кому-нибудь. В последнее время мне жутко не везёт в игральном доме, так что откупные за тебя ой как пригодятся.

– Вы ужасны, – не сдержавшись, прошептала я.

Какая же ужасная судьба ждала бедняжку Глорию, не попались на её пути я. Этот травоядный собирался отдать дочь за долги, несмотря на родственную кровь. Будь я отдельно от Глории, обняла бы бедняжку изо всех сил. Я думала, сложно представить жизнь хуже той, что у неё была до этого. Как же я ошибалась.

– Я могу идти? – глухо спросила, борясь с желанием выцарапать папаше глаза.

– Ступай, к тебе отправят служанку, чтобы подготовить к свадьбе, – небрежно ответил жирдяй, полностью утратив ко мне интерес.

Я круто развернулась и вылетела из кабинета. Ненавижу эту семейку! Мерзкие создания, с большим самомнением и ворохом грехов!

Буквально летя по коридорам, я старалась не разнести всё на своём пути. Получалось плохо, руки так и норовили зацепить какую-нибудь антикварную вазу или статуэтку. Выбравшись на улицу, я вдохнула морозный воздух. Он пробрался в лёгкие, вцепился незримыми когтями в сердце. Ненадолго это помогло, отрезвило, словно прыжок в студёную воду. Сжимая кулаки, я огляделась. Вокруг не было ни единой живой души, лишь деревья в саду тихо перешёптывались. Прикрыв глаза, я обматерила всю сложившуюся ситуацию.

«Я-я же п-просила не в-выражаться, – печально произнесла Глория. – М-мне д-дурно оттого, что это доносится до у-ушей Создающего».

– Тебе только от этого дурно? – я едва слышно прошептала в пустоту.

«Д-да, – спустя пару мгновений произнесла девушка. Немного выждав, она призналась: — Я-я предполагала н-нечто п-подобное».

– И ты бы согласилась на роль, отведённую отцом? – глухо уточнила я, почти не желая услышать ответ.

«Н-нет. Я бы у-ушла к Создателю», – прошептала Глория и вновь ушла, оставляя меня в одиночестве.

Вот, значит, как. Они всё же не до конца сломили её стержень, однако этого мало. Нужно оплатить им за страдания Глории, за все эти годы издевательств и унижений. Жаль, что я никогда не была мастером подобных вещей. Однако это не помешает подгадить им напоследок.

Глава 10

Вернувшись в комнату, я не выдержала и со злости ударила кулаком по стене. Боль вспыхнула резко и отрезвляюще, окончательно приводя в чувства. Потирая ушибленные костяшки, я бережно прижала кулак к груди. В свете уличных огней, пробирающихся сквозь шторы, увидела немного стёртую кожу. Вот гадство, ещё и пострадала из-за них. Зло протопав к окну, уставилась в стремительно темнеющее небо. Там вновь парил дракон, выписывая невозможные пируэты в облаках.

Не успела я отойти от разговора с папашей, как в дверь требовательно постучали. Открывать не хотела, но непрерывная долбёжка жутко раздражала. Распахнув двери, готовилась к ругани, однако слова застряли в горле. Напротив возвышалась госпожа Брунхильда всей своей необъятной горой складок. На её суровом лице застыло выражение недовольства, и я поняла, что впереди меня ждёт нечто ужасное. Так и случилось.

– Мне приказано перевести тебя в новые покои, – едко произнесла экономка, упирая руки в бока. – До свадьбы там жить будешь, как подобает аристократке. Радуйся – вырвала счастливый билет у своей благородной сестры.

Я промолчала, поскольку стоит открыть рот – оттуда полетят ругательства. Я проглотила все причитания ненавистной женщины, что всю дорогу до главного крыла, не переставая, беспокоилась о тонкой душевной организации Виолетты. Бедная, несчастная девочка, у которой злая сестра-проходимка отобрала личного дракона. Гореть мне в костре, что разжигают северные варвары. Ну, это я утрировала, однако смысл в целом схож.

Знакомые коридоры в этот раз привели на третий этаж замка, явно отданный под спальни. Двери располагались на приличном отдалении друг от друга, что намекало на внушительные размеры комнат. Светлые гобелены радовали глаз неяркими оттенками, а в подставках мерцали насыщенные огненные шарики. От них исходил свет, рассеивающий мглу. Тени плавно покачивались на стенах и прятались по углам коридора, не слишком радуясь нарушителям покоя.

Экономка довела меня до самого тупика, в котором притаилась скромная пошарпанная дверь. Зазвенела связка ключей, когда толстые пальцы принялись искать нужный. Вскоре дверь заскрипела, открываясь.