Однако ничего подобного не произошло. Ни намека на то, что ей знакомо это имя, никаких удивленно распахнутых глаз. Выражение ее лица совершенно не изменилось.

– Приятно познакомиться, Броди. – Имя она произнесла неспешно, будто пробуя на вкус, проверяя масштаб.

Должно быть, ощущение ей понравилось, поскольку она слегка кивнула своим мыслям и переключила внимание на бильярдный стол. Наскоро изучив ситуацию, указала на шар, который Броди не удалось забить, и прицелилась.

И он должен поверить, что она действительно не в курсе, кто он? Дескать, она зашла в спортивный бар и случайно решила подкатить к единственному здесь профессиональному хоккеисту?

– Что ж… ты смотрела игру накануне? – спросил он с напускным безразличием.

Она непонимающе уставилась на него.

– Какую игру?

– Плей-офф. «Уорриорз» против «Вайперз». Как по мне, по-настоящему хороший хоккей.

Ее брови сошлись на переносице.

– О. Честно говоря, я не фанат.

– Тебе не нравится «Уорриорз»?

– Мне не нравится хоккей. – Она скривилась, и на ее лице проскользнула толика самоуничижения. – Да и вообще меня не особенно привлекает спорт. Может, только гимнастика на летней Олимпиаде.

Он невольно ухмыльнулся.

– Ты спрашиваешь или утверждаешь?

Она улыбнулась в ответ.

– Утверждаю. Полагаю, тот факт, что я смотрю соревнования раз в четыре года, говорит о многом.

Броди поймал себя на мысли, что ему пришелся по душе и ее суховатый тон, и гортанный звук голоса, и то, что она признала отсутствие интереса к спорту. Такая честность встречается редко. В основном женщины… ладно, все женщины, с которыми Броди сталкивался, заявляли, что обожают выбранный им вид спорта. Надо сказать, что, если они и не любили хоккей, то умело притворялись, словно благодаря общим интересам незнакомые люди моментально могли стать родственными душами.

– Хотя вот эта игра в самый раз, – добавила Хейден, поднимая кий. – Бильярд ведь считается за спорт?

– По-моему, да.

Она кивнула и сосредоточилась на шарах, рассеянных по столу. Наклонилась вперед, примеряясь.

Броди открылся великолепный вид на ее декольте, на манящие пухлые сливочного цвета груди, норовящие вывалиться за край топа.

Опустив взгляд, он залюбовался полнотой ее бюста, тем, как тесно полукружия обнимал лифчик, очертания которого слегка проступали под одеждой.

Щелкнул кий, и Броди удивленно проследил, как шар чисто влетел в лузу. Неплохой удар.

Когда Хейден обогнула стол и начала загонять один шар за другим, он был вынужден признать, что удар у нее не просто хороший, а отличный.

– Ты где научилась играть? – воскликнул Броди, когда к нему наконец вернулся голос.

Она на миг встретилась с ним взглядом, а затем решительным ударом загнала в лузу последний шар.

– У папы. – Она опять одарила Броди улыбкой. Чувственные губы буквально призывали его совершить что-нибудь непристойное. – Когда мне было девять, отец купил мне бильярдный стол, поставил рядом со своим. По вечерам, перед сном, мы каждый вечер играли бок о бок в подвале.

– Он и сейчас играет?

Она помрачнела.

– Нет. Отец очень занят на работе, расслабляться ему теперь некогда. – Она распрямилась и воскликнула: – Восьмерка, угловая луза.

Броди даже не волновало, что Хейден определенно выиграет. В воздухе разливался сладкий аромат ее парфюма с тонкой фруктовой ноткой, и мужчина с ума сходил от желания.

Он успел забыть, когда его так влекло к женщине.

Забив восьмерку, она приблизилась, и с каждым ее шагом желание в Броди продолжало разгораться. Она пробежалась пальчиками по темным прядям, и аромат духов окатил его с новой силой. Клубника. Кокос.

Внезапно Броди ощутил просто ужасный голод.

– Классная партия, – заметила она с очередной улыбкой, на сей раз явно шаловливой.

Он иронично ухмыльнулся.

– Мне даже погонять шары не удалось.

– Прости. – Она помедлила. – Тебе нравится играть?

Она имела в виду бильярд? Или что-то еще? Может, ту забаву, в которую играют в постели. Голыми.

– Я о бильярде, – спешно уточнила она.

– Конечно, я люблю бильярд. И многое другое.

На ее щеках разлился восхитительный румянец.

– И я. В смысле, мне тоже многое нравится.

Броди с любопытством уставился на загадочную женщину. У него появилось четкое ощущение, что она флиртует. Или, по крайней мере, пытается. Однако румянец и легкая дрожь рук выдавали, что она не столь уверена в себе, как пыталась продемонстрировать.

Часто ли ей доводилось заниматься чем-то таким? Кокетничать с незнакомыми мужчинами в барах?

Броди пригляделся к ней получше. Теперь, когда марево первоначального влечения развеялось, он решил, что вряд ли. Одета она в принципе не для соблазнения. Да, на ней топ с низким декольте, но он прикрывал живот, а джинсы на ней – гораздо свободнее, чем у большинства женщин в заведении. Несмотря на сексуальность, она вроде бы и не осознавала свою притягательность.

– Верно. Всегда можно повеселиться, – беззаботно откликнулся Броди.

Их взгляды встретились. Броди готов был поклясться, что воздух аж затрещал, зашипел от сексуального напряжения. А может, ему почудилось. Но он не мог отрицать, что в паху у него все буквально загудело подобно басовой партии в соблазнительной джазовой мелодии, но, возможно, это чувство охватило только его.

По лицу Хейден было сложно что-то понять.

– Что ж… Броди. – Его имя соскользнуло с ее губ, и все его тело закаменело.

Его опять сковало желание, кожу покалывало от предвкушения.

Он хотел оказаться с Хейден в одной постели.

Проклятье.

Всего пять минут назад он говорил себе, что пора прекратить запрыгивать в койку к девицам, которым на него наплевать. Следует поискать более серьезные отношения. Но почему же, черт побери, он с таким нетерпением ждет шанса покувыркаться с женщиной, которую только что встретил?

«Она – не такая, как все».

Мысль пришла из ниоткуда и сопровождалась поразительным шквалом эмоций. Да, каким-то образом Хейден удалось пробудить в Броди первобытную, жадную похоть. Ее плоть просто создана для того, чтобы сводить мужчин с ума. Однако в ней таилось нечто совершенно особенное, интригующее. Эти треклятые прелестные веснушки, застенчивая улыбка, взгляд, который ясно говорил: «Я хочу очутиться с тобой в постели, но опасаюсь». Именно сочетание чувственности и скромности, восторга и осторожности делало ее неотразимой.

Он открыл рот, намереваясь что-нибудь сказать, но внезапно Хейден коснулась его руки, и Броди остолбенел.

Глядя на него снизу вверх бездонными зелеными глазами, она произнесла:

– Послушай, тебе мои слова покажутся… прямолинейными. И не думай, что я часто поступаю таким образом… если честно, я никогда такого не делала, но… – Она перевела дух. – Ты хочешь поехать вместе со мной в отель?

Ага. Значит, она не из города. Вот и объяснение, почему она его не узнала.

Хотя у него сложилось стойкое впечатление, что, даже знай она, чем он зарабатывает на жизнь, не придала бы этому особого значения.

Оно и к лучшему.

– Ну что? – Хейден выжидательно взглянула на Броди.

Он не мог удержаться от поддразнивания:

– И чем мы займемся у тебе в номере?

На ее губах мелькнула улыбка.

– Можем пропустить по стаканчику на ночь.

– По стаканчику на ночь, – повторил он.

– Или поговорим. Посмотрим телевизор. Закажем еду в номер.

– Или ограбим мини-бар?

– Определенно.

Когда их взгляды вновь встретились, все пространство между ними заполнил жар желания и обещание секса.

Броди засунул кий обратно в стойку и повернулся к Хейден. Пошло оно все. Да, он решил, что больше не будет, как последний пошляк, цеплять девчонок в баре, но, черт возьми, в сегодняшней встрече нет ни капли банальности. Лишь ощущение, что он поступает правильно.

Не в состоянии скрыть желание поскорее выбраться из бара, Броди сжал пальцами горячую ладонь Хейден, поразившись шелковистости ее кожи, и сказал:

– Идем.

Глава третья

Боже правый, он согласился!

Она пригласила шикарного незнакомца в отель «пропустить по стаканчику на ночь» (в переводе на нормальный язык – заняться сексом), и он действительно согласился.

Хейден с трудом сдерживала порыв обмахнуть рукой пылающее лицо.

Вместо этого, пытаясь сохранить хладнокровие, предложила:

– Давай встретимся снаружи? Мне надо предупредить подругу, что я ухожу.

Броди в ответ окинул ее настолько жгучим взглядом, что в помещении, казалось, стало совершенно нечем дышать. Потом коротко кивнул и покинул бар.

Едва оторвав взгляд от его преступно сексуальной задницы, Хейден развернулась на каблуках и бросилась к Дарси, уворачиваясь от других посетителей. К тому моменту, когда она добралась до столика, подруга не скрывала восторженной улыбки.

– Ах ты, скверная девчонка! – подколола Дарси, погрозив пальцем.

Хейден скользнула на стул. С трудом сглотнула и усилием воли попыталась утихомирить заполошно бьющееся сердце.

– Господи! Поверить не могу, что собираюсь сделать это.

– И естественно, он согласился?

Хейден проигнорировала вопрос.

– Я подкатила к абсолютному незнакомцу. Допустим, к весьма привлекательному незнакомцу, но… боже! Я не уверена, смогу ли заняться с ним сексом.

– Конечно, сможешь.

– Но ведь я его даже не знаю. А если он порежет меня на кусочки и спрячет мое расчлененное тело в вентиляции отеля или сделает что-нибудь еще?

– У тебя же есть телефон?

Хейден кивнула.

– Если заподозришь хотя бы намек на неприятности, вызывай копов. Или набери меня, а уж я оповещу полицию. – Дарси пожала плечами. – Но я бы на твоем месте не волновалась. На серийного убийцу он не похож.

Хейден медленно выдохнула.

– О Теде Банди^[3] тоже так говорили.

– Но ты еще можешь отступить. Ты не обязана спать с этим парнем. Но тебе ужасно хочется, правда?

Что ж… О да. От одного только воспоминания о точеном профиле Броди и его накачанном теле Хейден бросало в жар. Такого красивого парня она прежде не встречала. И что-то подсказывало ей – в спальне он тоже не промах.

От него исходила неприкрытая сексуальная привлекательность, а значит, Хейден ждала очень горячая ночь.

– Хочется. – Ее охватила внезапная волна уверенности. – И мне, пожалуй, не стоит заставлять его ждать.

Дарси подмигнула.

– Повеселись.

– Ничего, что я оставляю тебя одну?

– Да без проблем. – Дарси кивнула на свой бокал. – Сейчас я его оприходую и, как и ты, найду себе приключений на ночь.

Хейден засмеялась.

– Удачи.

– Мне она не понадобится.

Махнув подруге на прощание, Хейден устремилась к двери, петляя между завсегдатаями бара. На улице похолодало, свежий воздух остудил щеки. Броди, засунув руки в карманы, стоял неподалеку от входа, возле какого-то цветка в напольном горшке.

При виде его профиля Хейден вновь окатила дрожь. Он и впрямь великолепен. Ее взгляд невольно скользнул к его губам, и она подумала, каково было бы ощутить их прикосновение. Мягкие они или жесткие? А может, напористые?

– Привет, – пролепетала она.

Броди, заслышав ее шаги, повернулся. Его одобряющее и предвкушающее выражение лица заставило затрепетать все нервные окончания в теле Хейден.

– Поедем на твоей машине или на моей? – хрипло спросил он, и от звука его голоса у нее поджались пальцы на ногах.

– Я без машины. Меня подруга привезла, – пискнула она. Именно! Ее голос превратился в проклятый писк.

– Вон моя тачка. – Он указал на парковку и двинулся к ней.

Даже не посмотрел, последовала ли за ним Хейден. Просто предположил, что она присоединиться к нему.