Глава 17

Освещение внутри пещеры давали два ряда установленных на пол жаровен. Металлические сетки, внутри которых пылали яркие куски угля. В перегретом воздухе чувствовался стойкий железный привкус, оседающий на языке. На стенах остались глубокие длинные борозды, будто некто огромный точил о них когти.

Ада уверенно вела вперед по извилистому коридору. На полу то и дело попадались отброшенные под стены обглоданные кости. Сходу определить их происхождение мне не удалось, хотя и казалось, что там много гуманоидных останков.

Сделав очередной поворот, тоннель вывел нас в круглый зал исполинских размеров. Расставленные по краям толстые колонны изображали уродливых тварей с расходящимися от локтей дополнительными руками. С потолка свисали подвешенные на цепях скелеты, лишенные нижних конечностей. И вот они уж точно когда-то принадлежали людям.

В полу строители продолбили канавы для стока, откуда и шел тот запах крови, чувствовавшийся еще на входе в пещеру. В самом центре зала имелась расположилась шестиугольная плита алтаря с приколоченными по краям черными цепями. Темные потеки застарелой крови на них свидетельствовали о загубленных на камне жизнях.

Горящие вдоль стен жаровни сияли слабее, чем в коридоре. От них расходились причудливые изломанные тени, пляшущие на поддерживающих свод пещеры колоннах. Из-за этого казалось, что вырезанные уродцы следят за нами, иногда ухмыляясь, иногда – злобно оскаливаясь.

Кроме шороха наших с дьяволицей шагов да потрескивания углей в жаровнях других звуков в зале не имелось. Даже висящие на цепях костяки безмолвно наблюдали пустыми глазницами за нашим продвижением, хотя я мог бы поклясться, что цепи все же покачивались.

– Ну, не такое уж и жуткое место, – подытожил я, подходя к жертвенному камню в центре пещеры.

Других путей наружу здесь не было. И тот факт, что мы нашли лишь пустое помещение, намекал, что хозяина можно не ждать.

– Здесь обитала одна тварь, – заявила Ада. – Но, похоже, больше он здесь не живет.

– Но огонь потушить он за собой забыл, – указывая на ближайшую жаровню булавой, заметил я. – Может, поссать вышел. Или по бабам. Есть здесь в округе какой-нибудь трактир?

Ада с укором взглянула на меня, но тут же отвернулась и пошла изучать пустое помещение дальше. Я же внимательнее осмотрел жертвенник. Выглядит это место, конечно, своеобразно, и будь мы в какой-нибудь ММО, я бы сказал, что здесь должен скучать в ожидании приключенцев местный босс. Вот только, похоже, он решил взять отгул и покинул пост. Может, устал ждать героев из Гильдии Искателей и устроил себе бессрочный отпуск?

– Так и кто здесь обитал? – спросил я, пальцем стирая застарелую черную пыль с кандалов на жертвеннике.

– Один, как он сам себя называл, ученый, – неуверенно ответила дьяволица. – Все твердил, что можно призвать бога самому, без участия в Игре.

– То есть?

Ада пожала плечами.

– Саркан хотел стать Героем. Здесь он испытывал свои изобретения. Ему всегда можно было привести какую-нибудь тварь или разумного.

– В обмен на?.. – продолжая тянуть из спутницы информацию, подсказал я.

– Пища, оружие, информация. У Саркана имелось все, что только могло тебе понадобиться, – ответила Ада, подходя ко мне. – Здесь всегда лежали горы ненужного ему барахла. А расположение пещеры такое, что обычно все, кто идет в Пограничье или из Империи, останавливались в последнем безопасном месте.

Я кивнул, принимая информацию к сведению. Как-то я обо всем этом даже голову не ломаю: стал Героем, и стал. А тут люди с ума сходят и друг друга готовы в жертвы приносить, лишь бы занять эту должность.

– Так, может, все дело в том, что у него получилось? – озвучил логичное предположение я, в очередной раз обводя пустое помещение взглядом.

– А все здешние вещи, конечно, он прихватил с собой, – скептически кивнула Ада. – Сотни килограммов оружия, десятки комплектов брони. Не говоря уже о таких мелочах, как мешки с продовольствием. Просто взял под мышку и унес.

Я невозмутимо пожал плечами.

– Если это достаточно популярное место, все могли растащить ваши любимые соседи из числа дикарей, – предположил я. – Опять же, представь, что тому богу, чьим Героем хотел стать ваш этот Сракатан…

– Саркан, – машинально поправила меня дьяволица.

– Я так и сказал, – кивнул в ответ и продолжил мысль: – Так вот, если он десятилетиями приносил жертвы своему богу, то почему бы ему и не стать Героем? В конце концов, как по мне, такое поведение указывает на целеустремленность и преданность идее. Так чем не Герой?

– Ну, может быть, ты и прав, – с сомнением протянула Ада. – Хотя я его слишком давно знаю, чтобы поверить, что у безумного Саркана все-таки получилось.

– Нет пророка в своем отечестве, – вздохнул я, приобнимая спутницу. – Меня ты не знаешь, и именно поэтому тебе кажется, что я могу быть Героем. Саркан был на твоих глазах много лет, и оттого тебе кажется, что простой смертный вряд ли подошел бы на эту должность. Я прав?

– Возможно, – отозвалась Ада. – Я надеялась кое-что у него уточнить, прежде чем двигаться дальше. Но, похоже, придется идти вслепую.

Я пожал плечами и повесил булаву на пояс. Все равно воевать здесь не с кем.

– А почему ты назвала его чудовищем? – решил уточнить, когда вспомнил ее слова перед входом в пещеру.

– Свое служение он начал с того, что принес в жертву свою жену и четырех дочерей, – чуть поморщившись, ответила Ада. – Ну и не всегда те, кто заходил в эту пещеру добровольно, выходили из нее. Если Саркан видел, что гость слаб или сильно ранен, он мог запросто прикончить его на этом алтаре.

Я по-новому взглянул на жертвенник. Интересно, Асмодей отсыплет мне бонусов, если я буду выносить не только Героев, но и алтари чужих богов? Ведь если так подумать, я его Герой и должен совершать подвиги в честь своего божества.

Жаль, что любящий земные технологии Асмодей не оставил мне мобильника со своим номером. Насколько бы все было проще, будь у меня под рукой прямой канал связи со своим божеством. Хотя…

– Судя по выражению лица, ты что-то задумал, – сообщила дьяволица, внимательно вглядываясь мне в глаза. – Поделишься мыслями?

Я хмыкнул и отвел ее подальше от алтаря. Может быть, текущий жрец Асмодея до нас не дотянулся именно из-за этой каменюки? Что если принадлежащий чужому богу булыжник блокирует нашу частоту, подавляя волны? Конечно, речь не о реальной связи, но принципы-то могут быть схожи.

Колыбель имеет не так мало расхождений с Землей. В фундаментальном плане, естественно. Здесь такие же разумные, они мыслят схоже, действуют примерно одинаково с нашими людьми. Так же грешат, и так же жаждут могущества.

– Постой здесь, пожалуйста, – попросил я, снова снимая булаву с пояса.

– Что ты задумал? – с интересом спросила дьяволица.

Вместо ответа я перехватил рукоять двумя руками и, взяв хороший замах, со всей дури обрушил шипованное навершие на жертвенник.

В месте удара сверкнуло пламя. Словно из моей булавы вырвался поток тут же застывшей лавы. В ответ из алтаря ударила воздушная волна, сбрасывая цепи и присохшую грязь с камня.

– Дим! – закричала позади Ада, сбитая с ног, и упала на колени.

Я лишь снова замахнулся и ударил в то же место. От нового попадания по чужому алтарю пробежали трещины. Пещеру заполнил чей-то яростный рев. Цепи на потолке загремели висящими на них костяками.

Еще удар, и от шестигранника отвалился здоровенный кусок булыжника, мигом превратившись в пепел.

– Асмодей! – закричал я, стараясь перекрыть вой невидимого бога и скрежет цепей под потолком. – Для тебя!

Руки внезапно налились силой, булава будто вообще лишилась массы. И я, опьяненный этой дьявольской мощью, ударил в последний раз.

Жертвенник вспыхнул, охваченный оранжевыми языками адского пламени. Рев чужого бога в последний раз прозвучал в пещере, и тут же истончился, скрываясь внутри горящего алтаря. Пламя опало, открывая жирное пятно – единственное, что осталось от жертвенника.

Я постоял еще пару секунд, наслаждаясь ощущениями. Разливающаяся по телу мощь буквально распирала меня изнутри. Хотелось подпрыгнуть до потолка, свернуть горы. Но сладкая сила все же истаивала, оставляя меня. Пылающее ядро в груди, только что полыхающее подобно огненному шторму, утихало, уменьшалось, пока не сжалось в постреливающую крохотными языками пламени сферу размером с кулак.

За спиной раздался шорох. В воцарившейся после уничтожения чужого алтаря тишине этот звук прозвучал, словно гром. Обернувшись, я подошел к пытающейся встать дьяволице и подал ей руку.

Заодно заметил, что предплечье раздулось. Надетый на него наруч с бесполезными пока что болтами стягивал и давил увеличившиеся мышцы. Будь он еще чуть меньше, у меня бы кровь уже не поступала.

– Дим, – удивленно глядя на меня, выдохнула Ада, принимая мою помощь.

– Да, так меня и зовут, – довольно улыбаясь, я помог ей подняться на ноги, и заметил, что весит дьяволица, как котенок. – Помоги-ка снять эту штуку.

Она не стала пытаться стянуть наруч с моего предплечья. Вместо этого полоснула когтями, распарывая материал и, ухватив за края, поднатужившись, разорвала на две части. Я с облегчением потряс рукой, разглядывая оставшиеся от наруча следы на коже.