– Не в этот раз, – твердо ответила Маша.

– Вот черт, а так хотелось!

Сентябрь был очень теплым. Люди до сих пор ходили в летней одежде. Температура воздуха опускалась по ночам всего на пару градусов. Супруги ночевали с открытым балконом, и о такой ерунде, как простуда, даже не вспоминали.

Гуров ткнул сигаретой в пепельницу и вернулся за стол.

Крячко и Орлов в это время уже обсуждали недавний футбольный матч, который закончился потасовкой между болельщиками соревнующихся команд. Она стихийно переросла в массовую драку с активным участием случайных граждан, решивших поначалу примирить противников. В итоге двадцать два человека были задержаны, а четверо отправлены в больницу. Получили травмы и несколько сотрудников полиции.

– Как-то давно в наряде был на каком-то матче, – ударился в воспоминания Крячко. – Там наши с треском проигрывали. Но после все спокойно разошлись по домам. Даже в метро не буянили.

– Это когда было-то? – встрял в разговор Гуров. – Лет двадцать назад? Сравнил.

– Да, нынче в головах у людей что-то поломалось, – заявил Орлов. – Да и со всей Вселенной что-то явно не так. Я и представить себе не мог, что когда-то буду распивать в собственном кабинете с подчиненными. – Он поднял взгляд на Крячко. – Подай-ка колбаски, Стас. Давайте выпьем за то, чтобы вы с Гуровым на сей раз отдыхали хорошо и спокойно, а не так, как всегда.

Едва трое старинных друзей оказались на улице, алкоголь мигом выветрился из их голов, оставил после себя усталость и сонливость. Гуров и Крячко проводили машину, на которой отправился домой генерал-лейтенант, немного постояли на улице.

– Как представлю, что дома творится!.. – сказал Крячко и тяжело вздохнул.

– Думай о результате, – посоветовал ему Гуров. – Вызову-ка я такси. Поедем вместе?

– Давай.

Машина, за рулем которой сидел парнишка среднеазиатской наружности, подошла быстро.

Перед тем как сесть в салон, Гуров по профессиональной привычке бегло осмотрелся.

За спиной у него располагалось здание главного управления уголовного розыска. Не Кремль, конечно, но тоже солидное место, хотя и одиозное в определенных узких кругах. Не все в восторге от общения с теми людьми, которые здесь работают. Есть персонажи, которые могут и старые обиды припомнить, прийти к воротам, дождаться и предъявить претензии. А вот отблагодарить стражей порядка за их нелегкий труд никому и в голову не приходит.

Крячко долго и шумно устраивался на переднем сиденье, после чего опустил стекло и откинулся на спинку.

– Как представлю!.. – повторил он и прикрыл глаза.

Такси тронулось с места. Оно тут же запнулось о неприметный ухаб на дороге, однако Гуров этого не заметил. Он не сводил взгляда с черного автомобиля «Хендай», припаркованного на противоположной стороне улицы. Как только господа полковники оказались в салоне, эта машина тут же снялась с места, нарушая все правила дорожного движения, сделала разворот и оказалась позади такси. Лев Иванович оглянулся. Водитель черного автомобиля заметил это и тут же придвинулся к спинке своего сиденья, тем самым пытаясь максимально спрятать свое лицо.

«Только этого нам не хватало», – подумал Гуров.

Такси неслось по многолюдной неоновой Москве, и сыщик уже знал, что их со Стасом кто-то сопровождает. Прокрутив в голове недавние события, связанные с работой, он так и не смог вспомнить что-то, что могло бы привести к слежке. Лев Иванович всегда был готов ко всему, но прекрасно понимал, что не сможет до конца влезть в мозг другого человека, в котором могло быть спрятано все, что угодно. В очень редких случаях это было что-то хорошее, светлое, доброе типа желания пообщаться. Не к водителю же такси у этого субъекта был интерес.

– Езжай-ка по Садовому, – сказал Гуров таксисту.

– Так это нам назад придется возвращаться, – с недоумением проговорил тот. – Зачем?

– Тебя как звать?

– Захим.

– А я Лев Иванович. Развернись, Захим, будь другом. Поехали в обратную сторону.

– Зачем? – повторил таксист.

– Так надо. Мы тебя не обидим, – успокоил парня Стас, понявший, что что-то пошло не так. – Ты не переживай, мы люди хорошие. – Он обернулся, сперва с беспокойством взглянул на Гурова, потом – на дорогу за его спиной.

Вопросов Крячко задавать не стал, увидел преследователя.

– Захим, а провези-ка ты нас по Москве, – вдруг попросил он водителя.

– По другому адресу поедем, что ли? – не понял тот.

– Пока что адрес остается прежним. Просто покатаемся.

Захим чуть притормозил, выбирая удобный момент для маневра. Черный «Хендай» тут же сбросил скорость.

– Номер запомнил? – спросил Стас у Гурова.

– Не успел. Он теперь вплотную прижимается. Не могу рассмотреть.

Захим вывернул руль и удачно влился в поток машин, следующих в противоположную сторону. «Хендай» как ни в чем не бывало проехал мимо. Гуров снова попытался рассмотреть номерной знак, но ему помешал огромный туристический автобус. Черная машина пропала из вида.

Крячко все это время сидел вполоборота и внимательно следил за ситуацией.

– Что думаешь? – спросил он.

Гуров неопределенно качнул головой и ответил:

– Не знаю, Стас. Может, показалось.

– Тогда мы спокойно поедем дальше, – нарочито бодро проговорил Крячко. – Появится, будем думать.

Лев Иванович хотел быть уверенным в том, что ошибся, и расслабиться уже не мог. Он внимательно всматривался в зеркала заднего вида и знал, что Крячко тоже проявлял бдительность.

– Лева!.. – тут же произнес Стас.

– Вижу.

Таксист молчал, но успокаивать себя тем, что он внезапно стал глухим или глупым, Гуров счел излишним.

Оторваться не удалось. Теперь преследователь намеренно демонстрировал свое присутствие. Он то пропадал из вида, то снова появлялся в поле зрения, но держался вполне уверенно, не прятался.

Стас не сводил глаз с зеркала заднего вида. Гуров сидел ровно, не оборачивался.

– Без перемен? – спросил он.

– Да. И без вариантов, – ответил Стас. – Может, обратно поедем? В управление, а?

– Нет смысла, – сказал Лев Иванович, подался вперед, положил таксисту руку на плечо и проговорил: – Тормозни где-нибудь, друг.

Машина тут же свернула вправо, проехала несколько метров и резко остановилась напротив темного и узкого переулка.

Сверх оплаты за поездку, списанной с карты Гурова, Захим получил щедрые чаевые наличными.

– Ты уж прости нас, парень, – сказал ему Стас, убирая кошелек. – Вот такая она, Москва.

– Не надо меня учить. Я здесь родился, – заявил таксист.

– Тогда у тебя вообще не должно быть вопросов. Ты и сам все понимаешь. – Крячко закрыл дверцу и хлопнул ладонью по крыше.

Вслед отъезжающей машине он даже не посмотрел, подошел к Гурову, который стоял на обочине, засунув руки в карманы, и проговорил:

– Безлюдно тут как-то.

– То, что надо, – сказал Гуров. – Еще толпы нам тут не хватало.

Они стояли посреди тротуара, в самом начале пустынной улицы, одной из тех, которые связывали битком забитые трассы. Случайных прохожих здесь было мало, транспорт тоже не часто появлялся. Эти улочки использовались москвичами в тех случаях, если нужно было сократить путь от одной густонаселенной точки столицы до другой. В любом городе мира можно обнаружить подобные аномальные зоны. В нескольких метрах полным ходом будет идти жизнь, а ты вдруг окажешься там, где время решило прикорнуть.

– И где он? – Стас напряженно смотрел в сторону поворота. – Вроде бы совсем в затылок дышал.

– Сейчас будет.

Из-за поворота показался знакомый автомобиль, тут же сбросил скорость, проехал немного вперед и остановился как вкопанный.

– А если у него оружие? Мы тут как на ладони, – одними губами проговорил Крячко. – Транспорта практически нет, людей тоже.

– Здесь полно камер. Дома-то жилые. Народ все-таки ходит. А вон и автобусная остановка. Значит, будут свидетели, – сказал Гуров. – Не думаю, что он рискнет.

Стас покрутил головой, пытаясь рассмотреть где-то поблизости камеры видеонаблюдения.

– Кого это когда останавливало? – задумчиво произнес он.

Черный «Хендай» просто стоял на месте. В салоне царила абсолютная темнота. Свет уличного фонаря, отражающийся в лобовом стекле, напрочь лишал сыщиков возможности рассмотреть то, что происходило внутри машины.

– Нет, Стас, он нам больно делать не хочет, – сказал Гуров. – Ему нужно что-то другое.

– Пойдем и спросим, – решил Крячко. – Всю ночь тут стоять, что ли?

– Подождем, – остановил его Гуров. – Он должен сам выйти.

Лев Иванович опять угадал. Нет, его напарник, конечно же, не был глупым простаком. Просто Стас предпочитал действовать импульсивно, а Гуров умел ждать.

Дверца со стороны водителя открылась. Из машины выбрался мужчина лет тридцати пяти в серой кепке и синей ветровке, осмотрелся и пошел по тротуару.

Гуров ждал. Крячко коснулся его плеча своим, дал понять, что тоже на старте.

Мужчина медленно приближался к ним. Его руки были пусты, двигался он неуверенно, сутулился и вообще выглядел как-то жалко.

Этот субъект остановился в паре метров от сыщиков, снял кепку, смял ее в ладонях и хрипловатым голосом произнес:

– Привет! Не узнаете меня?

Гуров всмотрелся в худое вытянутое лицо. Нет, этот человек был ему не знаком.

Однако Крячко вдруг выбросил вперед руку, щелкнул пальцами и заявил:

– Имя не назову, но мы с вами определенно виделись. Лицо знакомое.

Мужчина надел кепку.

– Артем Незванов, – представился он. – Вы меня в колонию на четыре года отправили.

– Не мы, а суд, – поправил Гуров. – По всей строгости закона.

Как Лев Иванович ни старался, но так и не мог вспомнить этого человека. Что-то такое мелькало в голове, но тут же пропадало.

«Уже и не сосчитать тех людей, на запястьях которых я защелкнул наручники. Многие прошли через мой кабинет, каждый получил то, что заработал. Подводит память. А ведь раньше мог за километр угадать», – подумал сыщик.

Дело было не в том, что сегодня он позволил себе выпить или на время отпуска ослабил профессиональную хватку. Проблема состояла в другом. Человек, сейчас стоявший перед ним, никак себя не обозначил. Непримечательный внешний вид, неузнаваемая походка. Мало данных.

Кем был этот Незванов? По какой причине отбывал? Зачем преследовал такси, искал встречи? Что ему надо?

Незванов ближе не подходил. Так и стоял в отдалении, соблюдая дистанцию.

– А я вот вас обоих хорошо запомнил, – сообщил он сыщикам.

– Молодец, – спокойно проговорил Гуров. – Ты только это хотел нам сообщить?

– Нет. – Незванов покачал головой. – Мне помощь нужна. Или совет. Это уж как пойдет.

Крячко с шумом выдохнул. Гуров расслабляться не собирался.

– Что, так и будем здесь стоять? – спросил Незванов. – Если вы не заметили, то я скажу, что тут нельзя парковаться. Мне неприятности не нужны. Особенно сейчас.

«Если тебе не нужны неприятности, то по какой причине ты так открыто ехал за нами? – подумал Гуров. – Если требуется помощь, то почему не подошел к нам до того, как мы сели в такси? Дурацкая ситуация сложилась. Дело усугубляется еще и тем, что я изо всех сил стараюсь, но так и не могу вспомнить этого человека. Отказать ему в просьбе вот так сразу тоже нельзя. Ведь не просто же так тот катался за нами по Москве. Значит, дело серьезное. Сперва нужно все выяснить, а потом уже и определяться с дальнейшими действиями».

– Какая помощь тебе требуется? – спросил Гуров.

– Что, прямо здесь рассказывать? – Незванов напрягся. – Я так не могу.

– Ты же следом за нами ехал, – напомнил ему Крячко. – А теперь «не могу» включил. Ты уж определись, что ли.

– Тут кафе неподалеку. Прямо у дороги, – сказал Незванов, отступил на шаг и вытянул руку в нужную сторону. – Давайте там, если вы не против.