Отказаться? У девушки даже мысли не промелькнуло. Она прекрасно понимала, что уникальные разработки стоят безумно дорого, но ведь их надо было сначала продемонстрировать комиссии, доказать уникальность, запатентовать и потом подсчитывать выгоду. А Кристалл Матиса, который она сейчас держала на ладони, тянущий энергию из окружающего энергетического мира – с её резервом-решетом был спасением.

Кинувшись в объятья Леандора, Адель со всей страстностью показала ему свою благодарность. Здесь же, у камина, девушка сама сходила с ума от наслаждения, слушая стоны выгибающегося от удовольствия Леана. С блаженством ласкала его плоть ртом, губами, языком и огненные волны возбуждения проносились по венам от хриплых стонов мужчины, когда он, зарывшись в её волосы, сжимал, хрипя её имя. Пламенела от желания, которое чуть позже удовлетворил мужчина.

* * *

– Прошу тебя, – сглотнув, прошептала Аделина, вцепившись в плечи Леандора.

– Не беспокойся, если не откликнутся тени, то воспользуюсь твоим артефактом.

– Пообещай – как только почувствуешь, что энергия в нём заканчивается…

– Сразу покину курган, – с улыбкой закончил за Адель фразу граф. – Всё будет в порядке. Не буду больше рисковать. Отдыхай, бабочка, завтра у тебя лекции, опаздывать нельзя, иначе твой ректор меня вздёрнет на дыбе.

Услышав вырвавшийся смешок девушки, продолжил с самым серьёзным видом:

– Конечно – я же плохо влияю на лучшую адептку потока артефакторов.

Натянуто улыбнувшись, Аделина молча наблюдала, как граф ушёл, чтобы продолжить работу в кургане.

Той теменью девушка так и не сомкнула глаз до тех пор, пока Леандор не явился. Он хоть и отчитывал её, но глядя в лучащиеся теплотой глаза, сам согревался душой от того, что она ждала. Ждала и сейчас ни о чём не расспрашивает – верит в него.

Пару наполненных счастьем световиков спустя, перед Аделиной возникла искра вызова от целительницы, что оказала помощь Леандору.

Идя с девушкой по улице, внимательно слушала Эстели:

– Мой брат служил на границе с Гразией, когда там шли ожесточённые бои, помнишь? – когда Адель кивнула, девушка продолжила: – его ранили, до конца исцелить не удалось, поскольку ранение было нанесено энергетической молнией. Но это так – отступление. Дело вот в чём, – девушки остановились перед двухэтажным домом.

– Его иногда терзают боли в руке, сильные боли и мы купили ему артефакт. Я его наполняю своей целительской энергией и в момент приступов, моя энергия купирует болевой синдром, но только на время. А уж потом когда я возвращаюсь из академии – снимаю приступ полностью. Так артефакт стал давать сбой – не срабатывал. Купили другой, но и этот тоже сбоит, и мы не можем понять причину.

Брат целительницы встретил Адель угрюмым взглядом и пристально следил за её действиями, пока она осматривала артефакт, закрепленный на его правом предплечье специальным обручем.

Закончив осмотр, Адель улыбнулась.

– Дело не в артефакте.

– А в чём? – порывисто подскочила к ним Эстели.

– В самой его структуре. Вам нужно нечто другое.

– Поясните, гали, – не то попросил, не то приказал мужчина, но Адель с улыбкой покачала головой:

– Я вам лучше его сделаю.

Аделине было жаль мужчину, она видела, что тот неловко себя чувствует перед молодой девушкой, признаваясь в своей слабости, испытываемой боли.

Она с воодушевлением принялась за работу, как только вернулась к себе и уже на следующий световик, помогала закрепить тончайшую сеточку на предплечье мужчины.

Эстели и её брат скептически осмотрели творение Аделины, но та ободряюще пояснила:

– Эта сеть обхватывает больший объём и сейчас, когда ваша сестра вольёт свою энергию – вам будет больно. Просто потерпите несколько мгновений. Это микроскопические иглы войдут под кожу и закрепятся там.

– Вы сумасшедшая?! – задёргал рукой мужчина, но Адель его удержала:

– Эти иглы органические и вреда вашему организму не нанесут. Просто через некоторое время они сами растворятся в вашем теле. Необходимо будет обновить артефакт, поставить новые. Иглы будут проводниками целительской энергии к очагу боли, чтобы не просто освобождать на короткое время от боли, а полностью снимать спазм.

– Аделина, – прошептала целительница, – если всё так и есть – это же… это же будет спасением для брата. Мне не надо будет сломя голову мчаться на помощь! Любой целитель сможет помочь ему.

Повернувшись к брату, со счастливой улыбкой добавила:

– А ты сможешь перемещаться по городам, как и раньше, не завися от меня.

Оставив свиток с описанной схемой артефакта Эстели, Аделина пожелала им обоим удачи, прежде чем покинуть этот светлый дом.

Глава 28

Световики полетели наполненные маленьким счастьем Аделины. Она с радостью возвращалась после учёбы домой, зная, что её больше не ждёт одиночество.

Иногда Леандор предупреждая её, убывал на пару, тройку световиков, но зато по его возвращению, они навёрстывали пропущенные темени с таким рвением, что после оба засыпали без сил. Аделина никогда не спрашивала: куда и зачем убывает граф.

Ей хотелось, чтобы он сам делился с ней о своих делах, но пару раз намекнув ему об этом и не услышав желаемого, девушка отступила. Ей было горько, неприятно, но циничная мысль: «А должен ли он перед тобой отчитываться? Кто ты ему?» – заставила молча скрыть обиду.

В световики, когда отсутствовал Леандор, Адель смастерила себе два многофункциональных артефакта, которые, помимо заложенных функций, можно было дополнять, модифицировать. Девушка даже умудрилась придать им форму женских, объёмных кулонов, которые теперь могла носить один на витой цепочке, на шее, другой крепился к браслету. Так как необходимость во множестве кармашков отпала, то и гардероб Аделины заметно преобразился, правда, под чуткими, корректными наставлениями Леандора.

Сам же граф постепенно закончил работать с укреплением печати над проколом в глубинный мир. Казалось бы – делать в этом маленьком городке мужчине уже было нечего – свободен, можно покуролесить по злачным местам столицы, либо же взяться за новое задание. И да, он взялся за другую, не менее сложную работу, но в районе близком к проживанию Аделины.

Ему было хорошо с девушкой – засыпать и просыпаться, сидеть у горящего камина, разговаривая на отвлечённые темы, разбирать бумаги, что секретарь присылал теперь на адрес его бабочки, когда она учила лекции. Ну а уж близость между ними искрила такой страстью, таким наслаждением, что Леандор совершенно забыл о других женщинах, не то, что не смотрел в сторону, но даже не мыслил о других.

Ему нравилось и хотелось просто быть с ней, но мужчина внутренне отрицал то, что это не просто страсть, не просто влечение тела, а уже влечение души, сердца.

– Это что за коробка в углу? – в этот выходной световик Аделина, тихонько напевая, работала в своей мастерской, а он, вольготно расположившись в кресле у окна, занимался присланной документацией по глубинной энергии.

Устало потерев переносицу, заметил коробок, и заинтересовался.

– А, это артефакты. Я собираю мелочёвку и потом сбываю потихоньку. Они дешёвые, их в основном покупают малообеспеченные люди, но и такие ведь нужны, – Адель до этого смотрела в закреплённую на столе огромную лупу, но повернулась к Леандору и потянулась с улыбкой.

– Кстати, давно хотел спросить – кому ты сбываешь свои работы?

– Есть пара торговцев, согласившихся их у меня забирать.

– И сколько платят?

– Ну, не так много конечно, только половину от стоимости. Но сам же понимаешь – пока я не окончу академию и не получу сертификат артефактора, вообще не имею права продавать свои изделия. Это же незаконно и наказуемо.

Леандор, подняв коробку и поставив её на стол, перебирал устройства.

– А расходный материал?

– После практических занятий в академии – его уйма. Вообще всю отработку уносят на склад, но я договорилась с кладовщиком и мне за сущие медяки можно выносить со склада хоть мешками.

Леандор, чуть наклонив голову вбок, посмотрел на улыбающуюся Адель. Где-то в глубине души мужчины вспыхнул яркий огонёк уважения, гордости за её такую несгибаемую волю. «Не сломалась, не просит ни у кого помощи, более того – отвергает и оскорбляется, стоит ей эту помощь прямо предложить! Принимает за подачку!» – вертелись мысли в голове графа.

– Пятьдесят процентов, не слишком ли много перекупщики забирают себе? – не удержался от вопроса. У него давно зудела мысль – как помочь бабочке финансово, но так, чтобы она не отвергла, не обиделась и вот, наконец, созрела прекрасная идея.

– Да нет. Мне вообще повезло, что я нашла тех, кто не побоялся скупать у меня артефакты – там же штраф огромный, если кто-нибудь узнает.

– Да, помню. А что, если я твои устройства покажу кое-кому. Может, удастся выручить бо́льшую сумму?

Аделина до этого сидела, откинувшись на спинку стула и нахмурившись, села прямо.

– Не знаю, – протянула она задумчиво.

– Да ладно тебе, – с беззаботной ноткой в голосе махнул рукой Леандор, закрывая коробку. – Что ты теряешь? Да и мне не составит труда – узнаю цену, сколько скупщик возьмёт в процентах, – и, не ожидая ответа, граф вынес из мастерской коробку, поставил в углу гостиной, чтобы якобы не забыть о ней.

Через пару световиков, Аделина с округлившимися глазами смотрела на Леандора. Девушка сначала была в шоке, что её работу так высоко оценили и что перекупщик забрал себе только двадцать процентов, потом в душу прокралась подозрительность:

– Да не может быть, чтобы за десяток бытовых устройств дали десять серебряных монет! – возмутилась девушка, почувствовав подвох.

– Ты что, мне не веришь? – раздражённо спросил Леандор, а когда Адель, насупившись, на него посмотрела, схватив девушку за руку и не слушая её возмущённого писка, утянул в прихожую, где протянул пальто:

– Одевайся! – он сунул одежду в руки оторопелой Аделины. А сам в то же время надел пальто и сапоги.

– Куда? Зачем? Леан, да объясни же ты! – воскликнула Аделина, когда граф вывел её на улицу, хлопнув входной дверью.

– Пошли. Всё сама увидишь, – резко ответил, взмахнув рукой, выпустил глубинную энергию, которая ярко завертевшись огненным кольцом, растянулась в портал.

Вышли они на одной из улиц, сплошь увешанной сияющими вывесками.

– Леан, да что…

– Помолчи, бабочка, – резко перебив девушку, мужчина, осмотревшись, фактически потащил её в сторону двухэтажного здания.

«Павильон артефактов», сияло название на вывеске здания, с огромными витринами. Стушевавшись, Адель, вертя головой, чуть ли не с отрытым ртом следовала за Леандором, поражаясь огромнейшему выбору товаров красиво разложенных на разных полках, подставках, этажерках.

Граф провёл девушку сквозь толпу покупателей вглубь здания и, постучав в одну из дверей, завёл Адель в кабинет, в котором за столом сидел пухленький старичок.

– О, – подскочил тот, – граф Отеро лос-Тиаз! Вы принесли ещё что-то?

– Нет, ми Фотино. Вот эта девушка и есть та мастерица артефактов, которые я вам сегодня принёс. Напомните сумму, что вы мне за них заплатили?

– Хм, мгновение, – толстячок суетливо кинулся к столу, вытащил огромную учётную книгу и, раскрыв её, указал на одну исписанную страницу:

– Вот, по пять отливных монет – за четыре вида артефактов, в каждом было по три штуки устройств, и в итоге – десять серебряных монет, – отчитался пожилой мужчина, глядя на графа через линзы круглых очков.

Леандор, обернувшись к девушке, бросил на неё пронзительный, укоряющий взгляд и, поблагодарив торговца, собирался уже покинуть кабинет, как тот, остановил их:

– Я буду очень, очень рад, если такая чудная мастересса передаст ещё устройств на продажу! Великолепная работа! – покивал с улыбкой старичок, а Аделина, невнятно пробормотав слова благодарности за комплимент, стрелой вылетела из кабинета.

Едва они вышли на улицу, как Леандор, сразу же образовав портал, вывел Адель к домику.