Когда б не баня, все бы мы пропали - Итан Поллок

Попытки упорядочить сбор податей предшествовали реформам Петра I. Но в период его царствования этот процесс сделался более систематизированным: закрылись лазейки, прежде позволявшие некоторым владельцам бань уклоняться от уплаты налогов. В начале XVIII века Петр, желавший сделать Россию более похожей на Европу, начал масштабные преобразования в стране. При этом главная задача отводилась модернизации военной и административной систем. Чтобы осуществить задуманные планы, царю требовалось пополнить казну налогами [83 - Hellie R. Op. cit. P. 541. ]. Многие характерные приметы русскости – от стиля жизни, принятого при московском дворе, до традиционных окладистых бород и одежды, какую носили бояре, – безжалостно искоренялись и заменялись западными. Но русская баня уцелела.

Петр не стал ни реформировать баню, ни объявлять ее учреждением, которое поможет государству тем, что будет поддерживать здоровье населения. Он просто повысил подати, которыми уже были обложены содержатели бань. В 1704 году был издан указ, повелевавший направлять все оброчные деньги, поступавшие от торговых и домовых бань, в Ингерманландскую канцелярию, находившуюся в ведении Александра Меншикова – правой руки Петра и главного администратора его реформ. В указе впервые четко говорилось, что городские торговые бани, бани в боярских усадьбах и даже монастырские – все облагались оброком, даже если официально они не действовали как торговые [84 - ПСЗ. Т. 4. Закон № 1955. С. 231–232. ]. В городах с населением более пятисот человек бани следовало строить купцам, которые затем должны были выплачивать положенный банный оброк государству. В некоторых случаях бани мог возводить городской глава, но и тогда их следовало вносить в общий реестр и облагать сбором. Жителям небольших городов и монастырских посадов, желавшим иметь свои бани, но не желавшим платить положенный оброк, грозили разрушением бани – и пеней в придачу. Деньги, естественно, должны были поступать наверх – в государственную казну [85 - ПСЗ. Т. 4. Закон № 1954. С. 230–231. ].

Потрясает размах административных усилий Петра, направленных на увеличение размеров банных податей и сборов. В законе уточнялось, что все торговые бани обязаны записывать и учитывать свои доходы, а государству предстояло по собственному усмотрению устанавливать тарифы. Если баня переходила в другие руки, новый владелец должен был уплатить дополнительную пошлину. Если возникали разногласия или поступали прошения от тех, кто сдавал бани в аренду, споры должны были рассматривать в канцелярии Меншикова. В тех городах и областях, где бань не было, их следовало строить и сдавать в аренду. А там, где они уже существовали, центральные власти были обязаны следить за исправным поступлением денег в государеву казну [86 - ПСЗ. Т. 4. Закон № 1954. С. 230–231. ]. Фридрих Вебер – дипломат, представлявший Британию при русском дворе, – проницательно заметил (приблизительно в середине царствования Петра), что из-за того, что “русские вообще, и мужчины, и женщины”, моются дважды в неделю круглый год, банные налоги приносят “значительные доходы в царские сундуки” [87 - Weber F. C. Op. cit. P. 32. ].

Однако налоговое бремя не могло быть слишком тяжелым, чтобы не отпугивать откупщиков, которые в противном случае вовсе не брались бы за управление банями или пытались бы утаивать свои заведения или прибыли от сборщиков податей. С точки зрения государства, чем больше было бань, плативших оброк и сбор за выдачу разрешений, тем лучше. В то же время управляющие банями хотели иметь какой-то гарантированный доход от своей деятельности. Понимая это, Петр ввел в действие законы, призванные помочь торговым баням в некоторых обстоятельствах: так, новые бани предписывалось возводить на порядочном расстоянии от уже существующих, чтобы не переманивать у них посетителей; если владельцы уже существующих в какой-то местности бань могли объединить ресурсы и создать банную монополию, тогда государство ограничивало для них налоговые обязательства [88 - ПСЗ. Т. 4. Закон № 1954; № 1955. С. 230–232. ].

Когда торговые бани приходили в упадок или по иным причинам прекращали действовать, для их починки и восстановления работы требовались огромные средства. В таких случаях, чтобы поощрить купцов, опасавшихся и риска, и больших расходов, государство заключало с ними взаимовыгодные сделки. Например, такой случай произошел уже после смерти Петра: один купец согласился построить и взять под свое управление баню при условии, что ему позволят платить в казну меньший оброк, а еще выдадут разрешение на управление корчмой. Чтобы капиталовложение казалось этому купцу еще более выгодным, государство пообещало освободить его на пять лет от уплаты всех податей, если только к тому времени он не окупит все понесенные издержки [89 - ПСЗ. Т. 10. Закон № 7718. С. 681–683. ]. Эти законы были призваны стимулировать капиталовложения в бани и одновременно обеспечить в дальнейшем поступление в казну новых налогов.

Убытки в этом случае несли те, кто раньше пускал за небольшую плату людей в свои частные бани. Хотя официально брать за это деньги запрещалось, домовые бани явно пользовались спросом и конкурировали с торговыми, впрочем, обычно туда ходили клиенты победнее. Здесь закон тоже становился на сторону торговых бань, повелевая закрыть домовые – вернее, запрещая хозяевам пускать туда чужих людей. В 1719 году вышел указ, налагавший штраф на людей, топивших собственные домовые бани в любые другие дни, кроме субботы. Баням же, получившим от государства лицензию, позволялось работать во все дни недели. По закону, санкт-петербургская полиция должна была взимать установленный штраф за первое нарушение, удваивать его за второе и утраивать за третье. Наказание за четвертое нарушение полагалось качественное иное: “бить батоги нещадно, для того что им Сакнтпетербургским жителям Его Царскаго Величества указом подтверждено, и определенным офицерам того смотреть предложено, дабы конечно не в указные дни, кроме Субботы, не топили” [90 - ПСЗ. Т. 5. Закон № 3395. С. 718. ]. Другой закон просто запрещал людям из низших сословий строить домовые бани в Санкт-Петербурге. В изданных позднее указах уточнялось, какие материалы разрешено использовать при строительстве бани, и содержателей бань обязывали принимать противопожарные меры. Домовые бани запрещалось топить в жару или в пору засухи [91 - ПСЗ. Т. 6. Закон № 3730; № 3728; № 4047. С. 352. Т. 7. Закон № 4888. С. 652. ]. Эти законы подразумевали более традиционные методы охраны государственного правопорядка – введение особых правил во имя общего блага города или общины. Конечно, за некоторыми из этих законов стоял в первую очередь страх перед пожарами, но одновременно их легко можно было применять для ужесточения контроля над домовыми банями, бравшими плату с посетителей. Такова была явная цель похожих постановлений, принимавшихся на местах в первой половине XVII века: по меньшей мере в двух случаях запреты топить домовые бани в жаркие дни объяснялись желанием не только предотвратить пожары, но и увеличить доходы официально работавших торговых бань [92 - Булгаков М. Б. Указ. соч. С. 50. ПСЗ. Т. 4. Закон № 2058. С. 309, 310; ПСЗ. Т. 7. Ч. 385. Закон № 4616; ПСЗ. Т. 7. Закон № 5006. С. 733. ].