Светящееся пятно. Кольцо вечности - Патриция Вентворт

– А ты что тут делаешь, Джастин? – спросила Доринда, не пряча радости.

Джастину даже не захотелось принимать безразличный вид. Он рассмеялся, но все же сказал:

– Сюда на выходные приглашена Мойра Лейн. Она взяла меня с собой.

Доринда была слишком хорошо воспитана, чтобы позволить улыбке сойти с лица. Улыбка осталась, и Доринда надеялась, что выглядит она не очень натянутой.

А Джастин вдруг добавил:

– Не глупи! Конечно, я приехал повидать тебя. Точнее, познакомиться с Окли – на правах опекуна.

Тут их беседу прервал Грегори Порлок.

– С молодым человеком вы пообщаетесь за ужином – он сидит рядом, так что давайте я познакомлю вас с остальными гостями. И выпейте коктейль!

Далее Доринде представили нескольких человек сразу, и о каждом она сложила общее впечатление. Мистер Тоут – коренастый, с красным лицом и злыми свинячьими глазками. Мистер Мастерман, чем-то неуловимо напоминающий владельца похоронного бюро. Миссис Тоут – маленькая и худосочная, завернутая в серый сатин и в целом похожая на беспокойную мышку; зачем ей столько бриллиантов, если она выглядит с ними лет на сто пятьдесят?

Мисс Мастерман бриллиантов не носила. На ней было старомодное платье из черного кружева с длинными рукавами и высоким воротничком, застегнутым почти под самым подбородком маленькой жемчужной брошкой. Посмотрев в черные глаза мисс Мастерман, Доринда поняла – у нее траур. Это было видно не столько по черному платью, сколько по взгляду человека, понесшего невосполнимую утрату.

Мистера Кэролла Доринда рассмотреть не успела (поняла только, что он ей не нравится), потому что распахнулась дверь, и явилась запоздавшая гостья. Мойра Лейн – надменная, словно властительница мира, в бархатном платье оттенка дамасской розы – под цвет лица. Совершенной формы руки были обнажены до плеч, на левом запястье красовался алмазно-рубиновый браслет Жозефины. Девушка постояла на пороге, затем легким быстрым шагом направилась к группе у камина и подала левую ручку Грегори Порлоку со словами:

– Полюбуйтесь, милый Грег! Разве не прелесть?

Затем она обернулась к остальным, одарила компанию ослепительной улыбкой и произнесла легко и непринужденно:

– Счастливая находка. Я потеряла любимый браслет, а Грег его вернул! Какой же он душка! Впредь буду осторожней и ни за что не потеряю!

Тут она посмотрела на Грегори. Его лицо выражало сдержанное восхищение. Теперь он должен публично подтвердить ее версию. Или опровергнуть… сейчас или никогда. «Пусть скажет сейчас или вечно хранит молчание», – вот что она имела в виду.

– Осторожность никогда не помешает! – ответил он.

Открылась дверь столовой, и дворецкий пригласил к ужину.

Глава 16

– Миссис Тоут, позвольте предложить вам руку! – сказал Грегори. – Обойдемся без особых формальностей. И число гостей у нас нечетное… Впрочем, за овальным столом это не имеет значения, верно?

У дверей гостиной Джастин почувствовал, что его больно ущипнули, и, обернувшись, наткнулся на умоляющий взгляд Доринды. Они немного отстали, и Джастин спросил:

– Что случилось?

– Он – Подлый дядюшка…

– Кто?

– Мистер Порлок.

– Ерунда!

Она настойчиво кивнула.

– Точно!

Они вошли в гостиную.

Расселись по местам. Грегори и миссис Тоут прямо напротив Доринды. По правую руку от нее – мистер Мастерман и миссис Окли, затем мистер Тоут и мисс Мастерман, потом Грегори. А слева – Джастин, затем весьма странный тип Леонард Кэролл и Мойра Лейн, потом Мартин Окли, и круг замыкался на миссис Тоут.

Глаза Доринды сами собой обратились к Мойре Лейн, которая перешучивалась с Леонардом Кэроллом. Неописуемо прекрасная, полная непринужденного очарования и достоинства, Мойра раздавала улыбки и сыпала остроумными замечаниями. Доринда безоговорочно и смиренно признала в ней существо высшего порядка и сосредоточилась на поданном супе. Она даже успела отвлечься от мыслей о Грегори, и когда Джастин спросил: «Ты уверена? » – лишь непонимающе на него посмотрела.

– В том, что ты мне сейчас сказала?

– Прости, задумалась. Да, уверена.

– Ты могла ошибиться!

– Но не ошиблась.

– Тогда сменим тему.

Доринда снова взглянула на Мойру Лейн. Она о чем-то оживленно спорила с Леонардом Кэроллом, тот склонялся к ней со своей кривой улыбкой.

– Какая она красавица! – тихонько сказала Доринда Джастину.

Джастин почему-то усмехнулся и ответил:

– Умеет произвести впечатление. Сегодня она особенно в ударе. Интересно, почему?

«Не почему, а для кого», – подумалось Доринде. Неужели Джастин не понимает, что Мойра старается для него? Должен догадываться… Хотя часто бывает, что догадываются все, кроме того, для кого стараешься. Доринда размышляла. Когда человек очень сильно нравится – понимаешь ли ты его лучше, или наоборот, твое восприятие затуманивается? Наверное, и то, и другое. Точнее – то одно, то другое. Как у нее с Джастином – иногда она насквозь его видит, словно мысли читает, как в случае с голубым платьем. А иногда совсем ничего не разберешь, как в случае с Мойрой Лейн.

Затем Доринда отвлеклась от размышлений о Джастине и переключилась на закуски. Джастин болтал с Мойрой, не обращая внимания на сидящего между ними Леонарда Кэролла. Хотя нет – тот тоже участвовал в разговоре. Они смеялись втроем. По правую руку мистер Мастерман уткнулся в тарелку. Далее миссис Окли, обернувшись к мистеру Тоуту, рассказывала, как умен и не по годам развит Марти. На словах «а ведь ему тогда было всего три года» Доринда даже поморщилась. Мистер Тоут тоже не был в восторге, однако ничем этого не показывал. Он положил себе на тарелку внушительную гору закусок и невозмутимо их поглощал.

В попытке соблюсти застольный этикет Доринда обратилась к профилю мистера Мастермана:

– Хорошо бы снег не выпал, правда?

Анфас оказался даже менее приветливым, чем профиль. Мастерман скользнул по Доринде отсутствующим взглядом и спросил:

– Почему?

– Грязно… ужасно неприятно, когда снег тает. Если бы выпало много – другое дело, можно что-то придумать, а так…

Мастерман снова повернулся боком. Затем взял вилку и принялся за закуски – с тем же отсутствующим видом, словно он не различает вкуса еды, хотя закуски были невероятно вкусными. Доринда, даже размышляя о красоте Мойры и о том, какая они с Джастином хорошая пара, пыталась разгадать рецепт. Троица по левую руку снова дружно рассмеялась. Джастин сидел, отвернувшись, и не делал попыток включить Доринду в разговор. Ей было невдомек, что ему неловко за глупую шутку, над которой они смеялись.