Утром, проснувшись раньше мужа, Дарья Андреевна по очереди включила чайник и стиральную машину в режиме быстрой стирки для снятого постельного белья. Выпустила Бетти на улицу, оставив двери открытыми. Двор длиной в две машины и шириной в одну, позволял собаке побегать за воробьями. Сделав себе кофе, она вышла во двор. Погода была теплая и почти безветренная. Листва на деревьях чуть шевелилась, а на цветках уже трудились пчелы. Допив кофе и развесив белье для просушки, она перебрала розы, обрезав чуть черенки, заменила воду в вазах. Прошло три дня, и из семи букетов осталось четыре. Один стоял на обеденном столе в кухне и всегда был на виду, второй в ее спальне на комоде и два на журнальном столике и горке в гостиной. Проснувшийся Андрей Иванович, пригласил жену к завтраку. Он смешал творог со сметаной, добавил туда мед, ел с аппетитом.

– Как ты это ешь? – спросила жена, делая себе бутерброд.

– С удовольствием! – ответил муж, не понимая к чему такой вопрос. – Значит, сахар добавить можно, а мёд нельзя?

– Действительно, я об этом даже не подумала. На здоровье. У меня стирка, поедем минут через 30-40, продукты я Даше собрала. Они в пакете в холодильнике.

– Дарья Андреевна, а почему вы ни разу не спросили меня, сколько денег я истратил в дороге и сколько у меня осталось.

– Ты хочешь отчитаться или тебе нужны деньги на что-то? Скажи сколько нужно, у меня остались из тех, что нам «послал Аллах».

– Я тоже могу позволить себе купить тебе чемодан. Денег у меня осталось почти 100 тысяч. Может, деньги понадобятся для дома?

– Давай договоримся, оставь их на машину. Запчасти ты купил, будет, чем платить за замену. Или у тебя другие предложения?

– Я подумал о Германии, о расходах на поездку.

– Пусть тебя это не волнует. У нас есть евро за брошь. Но я догадываюсь, что ты хочешь сделать приятное Даше. А не забыл, что с тех пор как дети поженились и вышли замуж, они не берут у нас деньги? Они этот вопрос решают между собой и это мне нравится. Значит, они, как и прежде заботятся друг о друге. Ценят то, что у них есть. Дети у нас выросли хорошие, всякое в нашей жизни с тобой было, а ощущение счастья осталось, – она поцеловала мужа. «А может мне и не нужен чемодан? Посмотрю сумку, если выглядит сносно, поеду с ней, – думала Дарья Андреевна, развешивая мокрое белье на место снятых вещей, уже высохших. Она поднялась в гардеробную. Новая сумка лежала на полке, а старая стояла на полу у самой двери. – Мне, казалось, я ее разобрала. Что она здесь делает? – задала вопрос она сама себе. Открыв сумку, она увидела вещи и бельё, которые она привезла из последней поездки. Здесь лежали вещи, в которых они провели 10 дней у Сергея. – Значит, убрав костюм Андрея, свое платье и туфли, я отдала вещи Даше, а об остальном забыла, было не до стирки. Вот так начинается ранний склероз», – подумала и сделала вывод она. В ее потайном кармане лежали евро и рубли, завернутые в носовой платок.

– Даша, ты куда пропала? – позвал муж.

– Поднимись наверх, – ответила она, перекладывая вещи из сумки в спортивные брюки. – Сегодня у нас 27-е число, прилетели мы 18-го, а вещи стирки не дождались. Но, я даже не об этом. Ты не знаешь, куда я положила евро?

– В свой карман, как кенгуру, – пошутил муж.

– Твой кенгуру, не вынула ни валюту, ни рубли. Полюбуйся! – она показала содержимое кармана.

– Откуда? Наличие евро мне понятно, а рубли?

– Это часть, полученная в Москве. Часть долларов мы отправили переводом, остальные обменяли по курсу на покупки. Часть из них потратили, потом встретили жителя гор, и я уже ходила как передвижной сейф. Приехала домой, сняла и забыла, ведь у меня в сумке тоже были деньги, которых хватило и на покупки в дом, и на продукты. Сколько времени прошло бы в поисках евро, если бы я убрала сумку на полку, а не оставила её внизу? И все из-за чемодана.

– А каким боком тут чемодан?

– Вот и я подумала, зачем он мне и решила проверить состояние сумки, чтобы поехать с ней, проверила. Пойдем по чашечке кофе выпьем, «переварим» последствия склероза и поедем, а постираю я теперь вечером, – сказала Дарья Андреевна, обняв мужа. – Захвати это добро с собой, а я унесу бельё.

– Слушай, Даша, а я ведь тоже про них не вспомнил, не думал об остатке. Должен был нам Лёшка – мы получили. Доллары обменяли, потом покупки сумками, квартира, машина, свадьба, перелёты. Чего удивляться, мы такие деньги видели два раза за свою жизнь, когда продавали жильё, – говорил муж, спускаясь на первый этаж. – И помнили о них, и знали, сколько их потому, что нам предстояло купить квартиру. Не переживай, Даша, пережили безденежье, переживём и их наличие, но помни, что так будет не всегда. Помнишь?

– Я всё дорогой мой помню. Сейчас наряжусь и поедем. Сразу заедем в банк, потом фото, потом рынок.

Прошло недели две, когда пришел вызов из Германии и оформление паспорта пошло быстрее. 15 мая Дарья Андреевна получила новый паспорт с визой. В это же время, Андрей Иванович сделал перевод дневника отца Дарьи Андреевны. Даша получила визу без всяких проволочек. Началась активная подготовка к отъезду. Даша по интернету проанализировала расписание поездов, выбрала наиболее удачные варианты, которые сокращали их пребывание в Москве перед отправлением в Берлин. У Дарьи Андреевны сбор вещей занял немного времени. Она по совету мужа взяла новую сумку, убрав второе дно, и она не стала казаться большой. Вещи, взятые с собой, не заняли и половину её объема.

С Дашей было гораздо сложнее. То, что ей хотелось взять, становилось тесным, неудобным, а новые вещи ей было жалко. Марина заранее предупредила подругу, что на месте они сидеть не будут. Их ожидает путешествие в 2-3 страны на авто.

– Даша, за пять дней твоим новым вещам не сноситься, да и брать ты их будешь ни все. Бери то, что удобнее в машине.

Три дня дочь раздумывала над словами матери, и собрала в чемодан свои вещи. Билет до Москвы они купили на 20 мая. Поезд отправлялся из Ростова в 20:00 и прибывал в Москву в 16:00, а на Берлин отправлялся в 20:00.

– Отдыхай спокойно, следи за давлением и пей во время таблетки. Сама не забывай обедать. Даше я наставления сделал. Возвращайся без подарка, я тебя буду ждать и без них.

Дарья Андреевна поцеловала мужа и села в машину, где её уже ждали дочь и зять. Олег отвозил их на вокзал Ростова. Через час после отправления поезда, они уже засыпали, под перестук вагонных колёс.

Глава 13

Дорога от Москвы до Мюнхена оказалась не долгой и очень комфортной. Проблем с таможней не было. Кратковременные, даже при замене колёс, остановки, не утомляли. Они пообедали по пути в Берлин, заказав обед в ресторане. Перерыв в два с половиной часа в Берлине, дал возможность «размять ноги» и подышать воздухом. Рано утром они прибыли в Мюнхен. Дарья Андреевна сразу узнала подругу дочери, а в женщине с короткой стрижкой, стоявшей на перроне и явно волновавшейся, она признала Катю. Обнявшись, подруги заплакали, а молодёжь, наоборот, выражала восторг от встречи. Марина, теперь она была Мари, познакомила мать подруги с мужем, Даша познакомилась с Катей и познакомила её со своими друзьями.

– Тётя Даша, с Вашей дочерью будет всё нормально. Мы вернём её Вам в пятницу утром. В субботу мы вместе посмотрим Мюнхен, а в воскресенье уедем домой. Мы смогли выкроить всего неделю, отпуск у нас осенью. Машину мы оба водим хорошо, да и ехать будем, соблюдая правила. У нас такие планы!

– Тетя Катя, доверяю Вам маму на пять дней. Ни каких стрессов и слёз, только положительные эмоции. Обещаете? – спросила Даша. – Ты, мама не волнуйся, со мной всё будет хорошо.

Они, попрощавшись, пошли к своей машине. Погрузив сумку Даши в багажник машины и заняв водительское кресло, Кэт не торопилась выезжать со стоянки.

– Даша, ты, наверное, захочешь посмотреть нашу клинику? Сегодня можно это сделать. Выходной, персонала минимум, только дежурные. Поедем домой, потом в клинику или сделаем это сразу? Часа на экскурсию тебе хватит? Я не настаиваю, если у тебя нет к этому интереса, – говорила она уже с акцентом, протягивая ей конверт. – Здесь деньги, как я обещала.

– Чего тянуть? Поехали прямо сейчас, раз есть возможность. В поездке я не устала. Давай в клинику, покажешь европейскую медицину доктору-пенсионеру.

Уже через сорок минут они приехали в лесопарковую зону. Весь путь Дарья Андреевна отвечала на вопросы Кэт. Припарковав машину, Кэт рассказывала, сколько гектаров занимает парк, назначение зданий, расположенных рядом.

– Это административное здание. За ним хозяйственный блок. Есть отделение диагностики и лаборатория, приёмное отделение и три перехода в профильные отделения – детское, нейрохирургии и общей хирургии. Куда, Вас, мадам, сопроводить? – спрашивала Кэт, шагая рядом с подругой.

– Давай в общую хирургию, она мне ближе. Рассказывай дальше.

– Отделение на 30 коек, палаты отдельные, есть небольшое отделение интенсивной терапии. Работают три бригады: хирурги, анестезиологи, ассистенты. Одна бригада наша, семейная. У нас не бывает экстренных операций, все плановые. Проходят они три раза в неделю. Руководит отделением мой муж, а клиника – детище его отца. Это у нас кабинет Хельмута, а это, вроде ординаторской.

Из-за двери был слышен разговор двух мужчин, который был на повышенных тонах. Кэт открыла дверь, пропуская подругу вперёд.

– Что у вас происходит, за дверью слышно? – спросила она по-немецки.

– Рассказывай, – попросил собеседника молодой человек с волосами собранными в хвост своего оппонента.

– Вчера, поздно вечером позвонил доктор Гренц. Он получил травму на лыжной базе, оперировать завтра не сможет. Я поставил в известность родственницу больного. Она устроила истерику, разбила телефон и очки больного, забрала у него кредитную карту, вызвала такси и уехала со словами: – «Вы за это ответите», даже не дослушав, что операция не отменяется, будет только замена врача. Через полчаса больному стало хуже. Температура под 39, сильные боли в животе. Провели повторные анализы, МРТ – вот результаты.

Дарья Андреевна машинально протянула руку и взяла анализы.

– Простите, я не представилась. Барышева Дарья Андреевна, хирург и подруга Кэт. Можно взглянуть на больного?

Кэт перевела её слова и все направились к палате. Молодой человек говорил, а Кэт переводила его слова, хотя Дарья Андреевна поймала себя на мысли, что понимает сказанное без перевода. «Ковалев Виктор Иванович, 55 лет, прооперирован в России…

– Это хорошо, что русский, легче будет общаться, – перебила она, говорившего доктора.

Пациент лежал на кровати, согнувшись пополам.

– Сделайте усилие над собой, лягте на спину, я посмотрю Ваш живот. У Вас есть две минуты – коротко и ясно. Где болит и как? У Вас есть свой врач? Какой диагноз он Вам ставил? Как его зовут? – спрашивала Барышева.

Она уже поставила свой диагноз, но стоило исключить «подводные камни». Слушая ответы больного, она подняла карту из разбитого телефона с пола и поставила её взамен своей. Нашла в контактах имя Семён, и нажала кнопку вызова.

– Я тебя слушаю, Витя.

– Доктор Барышева Вас беспокоит. Скажите, у Вашего пациента, какие проблемы со здоровьем?

– Нет у него проблем, кроме аппендикса. Он здоров как бык.

– Спасибо, об остальном он расскажет Вам завтра сам,– она отключила телефон.

– Кэт звони в полицию, заяви о краже карты. А вы коллеги срочно готовьте операционную. Заключение доктора липовое, у пациента нет ни одной полосной операции. Взгляните на его живот. Как же вы это просмотрели? Но он действительно нуждается в экстренной помощи.

– Даша, у нас нет хирурга. Как мы будем оперировать? Клеменс – хирург, но он не может в таком состоянии, – начиная паниковать, говорила она.

– Кэт, если мы не начнём в течение 5-10 минут, то получим в лучшем случае перитонит, а то и хуже. Ты это можешь понять? Анестезиолог есть?

– Есть, Адам. Может, подождём смены, она через полтора часа?

– Ты перестала понимать русский язык? Где у вас можно помыться, одеться? Больного срочно в операционную. – Она уже смотрела на Адама и обращалась к нему. – Мне нужен наркоз на 40-45 минут. Если что-то пойдёт не так, закончит он, – она указала на Клеменс. – Другого выхода у вас нет. – Катя переведи как можно дословно. «Что же мне так везёт на аппендиксы? Это напоминание свыше, чтобы я не теряла навыки», – думала она.