– Салли, да ты… – что? Не так все поняла? Все так она поняла. Опытная женщина, к тому же со стороны всегда виднее, да и врать подруга не стала бы. А глаза ее смотрят уж очень обеспокоенно. Я и сама чувствую, что-то произошло. Пока мы не виделись днём, только вот понятия не имею что, – не знаю, Салли. Честно. Ещё с утра все было впорядке, – плечи опустились, и меня сново накрыло грустью.

Потому что я видела только одну причину для его такого поведения. Просто не хотела о ней думать, даже мысли такой допускать. Гвардеец передумал. Вспомнил, что завтра ему возвращаться в столицу, домой, к семье. В свой мир, где мне нет места. И теперь его просто тяготит мое общество, но как человек чести, он не может бросить даму, когда уже пообещал ей вечер. Демоновы аристократы! Им бы хоть каплю манер заменить на честность и прямолинейность!

– Эй, подруга, соберись! – теплые ладони Салли легли на мои плечи и хорошенько меня встряхнули, – Выбери правильный момент и спроси напрямую. Не мучайся догадками. Вижу, что ты там уже сама себе напридумывала!

– Я уже спрашивала, – надулась в ответ.

– Значит не вовремя спрашивала, – усмехнулась Салли, – эх, Лиса. Какая же ты ещё малышка. К тому же шарахалась от парней, как от чумы все время! Вот и не знаешь как себя вести и что делать. Говорю же правильный момент! – Салли заговорчески подмигнула и обернулась.

Как раз вовремя, Гастиль уже подходил к нам обратно, вместе с близнецами. Мы распрощались, малышня пожелала мне снежной зимы и умчалась дальше, а Салли ещё раз мне подмигнув, пошла следом за детьми.

Правильный момент? И как его понять? Бросила короткий взгляд на гвардейца. Все такое же задумчивое и хмурое лицо. Когда мы с Ба ссорились, я частенько задабривала ее болтовней под кружку отвара и вкусный пирожок. Может это и называется правильный момент?

– Гастиль? – я бодро улыбнулась и прихлопнула в ладоши, довольная своей идеей – скоро начнутся соревнования, пошли займём места? И можем пока перекусить, я знаю, где на ярмарке самые вкусные лепешки с чаем!

– Конечно, можем, – скорее дежурно, чем искренне улыбнулся гвардеец.

Но я уже воодушевилась собственным планом и поспешила обратно к площади у корпуса. Сюда же потихоньку стягивались все любители конкурсов и пока занимали места у высоких бочек, которые использовались как импровизированные столики. Я быстро нашла свободную и оставила гвардейца ее сторожить. Сама же сходила к Терре, жена хозяина постоялого двора всегда приторговывала на празднике зимы. Перекинувшись парой фраз и забрав лепешки с чаем, поспешила обратно к Гастилю.

– Угощайся, пока не остыло.

– Зачем ты купила нам угощения? Я сам бы сходил, – хмуро бросил гвардеец.

– Потому что знаю где брать. – беззаботно ответила я, крепись Лиа, крепись! Сейчас он успокоится – А главное без очередей и быстро. Да мне не сложно! Я же вижу ты сегодня не в настроении, хочу тебя подбодрить.

– Я достаточно бодрый, – гвардеец отодвинул угощение и уставился куда-то в пустоту.

– Оно и видно, – пробурчала я и впилась зубами в лепешку. Зря не ест, очень вкусно.

– Лиа, – на меня перевели тяжелый взгляд. От которого мне раньше становилось жарко, а сейчас, наоборот, пробивал мороз, – чего ты хочешь?

– Шпоконо, шейшас… – я дожевала кусок и уже нормально ответила – спокойно доесть. Забрать свой кубок за скорость. И пойти домой.

– Ты не поняла, – меня бесцеремонно перебили, – чего ты хочешь от жизни?

– От жизни? – я растерялась от серьезного вопроса и немного задумалась. Всегда хотела не беспокоится о куске хлеба, но эту проблему можно считать решённой. С клиентом в лице лазарета, и остальными постоянными покупателями, нам с Ба не о чем больше беспокоится. Хотела быть свободной, и сейчас уже отвоевала уважение, право самой принимать решения. Даже то чего я никак не ждала, нашло меня само. Светлое и настоящее чувство. Поэтому смущенно улыбнувшись, наконец ответила – Знаешь, наверное, я уже получила то что хотела. И даже больше.

– Даже больше значит, – глаза гвардейца снова прищурились. Так, он все равно не ест, а значит другого правильного момента может и не быть.

– Гастиль, может скажешь наконец в чем дело?

– В тебе, – тем же ледяным тоном ответил гвардеец.

– Это что я успела такого сделать, пока мы не виделись? – прошептала я.

– Я думаю ты успела сделать все это намного раньше, – чеканил каждое слово Гастиль – вопрос только в том, как далеко ты планируешь зайти?

– Да о чем ты говоришь? – вскрикнула я! Сегодня был слишком долгий день, и мое терпение давно кончилось. – Я всего лишь хотела встретить с тобой праздник, повеселиться, приготовила отличную новость, а вместо…

– Какую новость? – идеальные брови резко нахмурились.

– Я завтра отправляюсь с вами. Думала ты обрадуешься, – договорить мне опять не дали.

– И зачем тебе понадобился Колдтранд? – процедил Гастиль, а его глаза злобно сверкнули – Там тоже есть особые травы?

– Какие травы? – удивилась я.

– А какие ещё дела могут быть у травницы? – его слова сочились ядом так сильно, что у меня защемило сердце. Да как он смеет! Раз я травница, у меня не может быть дел?

– Вообще-то у травницы много работы, помимо сбора, – я постаралась не сжаться под бездной чёрных глаз, и держала спину так ровно, что казалось позвоночник сейчас хрустнет, – но мне нужно в столицу по личному вопросу.

– Личному? – Гастиль запрокинул голову и сдавленно расхохотался – Личные ты можешь проворачивать и здесь. Или что, уже аристократов не хватает?

Так его беспокоит, что я поеду вместе с ним? Боится показать простолюдинку и сироту дома или друзьям? Волнуется, что аристократы не оценят плебейскую травницу?

– Ну все, с меня хватит! Я не собираюсь это терпеть, – отложила лепешку и хотела уйти, но прямо передо мной упал мешочек.

– И правильно, Лиабэл, – я не узнавала Гастиля! Нагловатого, но искреннего и веселого гвардейца, как подменили. Сейчас на меня смотрел аристократ, холодный и надменный, – скажу даже больше, можешь и в столицу не собираться. Зачем? Если хочешь устроить скандал, встретится с моей семьей, то мама предложит меньше. Так что не терпи и не жди, бери что дают. Поверь, здесь достаточно.

В ушах зазвенело. А в груди словно пробили дыру. Зияющую, чёрную и кровоточащую, через которую Гастиль продолжал рвать мою душу на части. Это неправда! Все что он говорит, это же какая-то дурацкая шутка?

– Достаточно чего? – бесцветно спросила я, пытаясь сообразить, что происходит.

– Золота, – выплюнул гвардеец, – прости. Придется тебе довольствоваться денежной компенсацией за подпорченную честь. Предложения руки и сердца не будет.

В глазах потемнело. Горло сдавил такой спазм, что мне пришлось со всей силы сжать кулаки и вогнать себе свои же ногти в ладони, чтобы не заорать прямо сейчас.

– Уберите свои паршивые деньги, – охрипшим голосом все-таки прокаркала я – Господин диль При…

– Отчего же только диль? – он издевательски скорчил лицо – Называй уж полное мое имя, со всеми приставками. Ты как никак разговариваешь с Гастилем диль…

Быть не может! Он что же не просто аристократ, а относится к среднему сословию?

– …ван хейзен Примондом.

Совершенно незнакомый мне мужчина, чем-то отдаленно похожий на прекрасного гвардейца по распределению. Я распрямила плечи и смахнула слёзы, чтобы наконец познакомится с ним.

– Господин Гастиль диль ван хейзен Примонд, уберите свои поганые деньги, – я смотрела в упор на мужчину и надеялась, что в моем взгляде сейчас больше ненависти, чем отчаянья. Или хотя бы поровну, – и больше никогда ко мне не приближайтесь.

Боги! Что я наделала! Отдала своё сердце этому монстру? Как же я не увидела его истинного лица раньше? Аристократ, высший аристократ! Который уже получил все что хотел и решил избавится от проблемы привычным для себя способом. Откупиться. По-другому они не умеют. Я встала и развернулась.

– Что даже в конкурсе бегать не будешь? – раздался голос в спину. Будто бы мы только что вели светскую беседу, которую я посмела совершенно невежливо прервать.

– Я хочу убежать только от вас, – бросила я не поворачиваясь.

И действительно побежала. Прочь от мужчины, что играл странный спектакль, чтобы получить желаемое. Прочь от позора, где меня только что пытались купить, словно уличную девку. Прочь от своего разбитого сердца.

Эпилог

Долир диль ван хейзен Шортсон

Это собрание никогда не закончится… Занимая почетное место на совещании командоров имперского гвардейского корпуса и слушая бесконечную болтовню ни о чем, я иногда начинаю жалеть, что отказалась от должности главы. Надо было соглашаться, тогда сейчас не пришлось бы с сожалением смотреть во что превращается имперский корпус и высшие чины гвардейцев. Ленивые, глупые, мелчные! Демоны бездны, да мы уже битый час обсуждаем в какой из трёх видов парадных форм гвардейцы будут обязаны явиться на императорский бал! Уму непостижимо!

С другой стороны, кого я обманываю, согласиться не было никаких сил. До сих пор удивляюсь как Баригор вообще смог тогда приехать и вытащить меня из этой пучины отчаянья и осознания совершенного. Время лечит… что ж друг, надо нам с тобой увидеться. Теперь я смогу на своём примере доказать, что ты ошибался. Время припыляет чувства, чуть затягивает раны, делает боль скорее ноющей, чем всепоглощающей и не дающей дышать. Но, к сожалению, не лечит.

Я настолько погрузился в свои мысли, что снова полностью перестал следить за происходящим. Дурацкая привычка! Столько лет, а все одно и тоже, стоит задуматься, все. Окружающего мира больше не существует. Поэтому я и не сразу понял, что имя Баригора звучит не только в моих мыслях, его называет один из толстосумов. Естественно, я весь обратился в слух, пытаясь понять о чем идёт речь из окончания доклада.

– … в последнем донесении командир Северного корпуса и вовсе пишет, что отправляется в Колдтранд для обсуждения обстановки, составления плана обороны. Более того он просит устроить аудиенцию у короля, чтобы решить вопрос о военной кампании против нолов и горгов! – глава имперского корпуса говорил с таким сарказмом, будто речь идёт не об официальном докладе, а о плохой шутке.

За круглым столом переговоров сразу же начался гомон.

– Давно пора убрать идиота с места!

– Вообще не понимаю зачем мы держим на довольствии северный корпус, распустить его и все!

– Он там явно перепил, доклады с севера каждый раз становятся все сказочнее и сказочнее.

– Господа, – бросил я, но мой голос тут же разнесся по всему помещению и наступила тишина. Есть свои плюсы в выслуге и родовитости, даже сам глава притих и выжидающе уставился на меня. Правильно сделал, помнишь кто в любой момент может забрать твою власть, молодец, – попрошу выбирать выражения. Вы говорите о Баригоре диль Базматти, человеке чести и командире Северного гвардейского корпуса. Уж если он решился ехать сюда, значит ситуация и правда критическая. Я забираю это дело под свой личный контроль. Начну подготовку прямо сейчас. Всего доброго.

Спокойно закончив речь, я встал, легким наклоном головы постарался сгладить совсем уж невежливый уход с общего сбора. Двинулся к выходу, а в голове начинали складываться все новые и новые вопросы.

– Командор Шортсон, – раздался мне в спину скрипучий голос главы корпуса – неужели вы доверяете этим небылицам, о которых пишет командир Базматти.

– Глава Свонк, – обернулся, скорее всего, не сдержал ярости во взгляде, но голос мой не дрогнул и спокойно продолжил, – я доверил командиру Базматти самое ценное, что есть в моей жизни. Присматривать за собственной дочерью.

Дорогие мои!

По ряду причин, мы приняли решение переезжать на новый литературный портал. Подробности в нашей группе ВК mezlar_books

Продолжение истории про Дочь Севера вы можете прочитать полностью именно там.

Надеюсь на понимание!

Спасибо, что вы со мной!