Комната, в которую я влетела, была большая и красная. Да-да, именно красная. На стенах были кроваво-красные обои, с бордовыми цветами на них. Очаг был выложен из красных камней. На полу лежал бордовый ковер, правда, очень грязный. Так же в комнате стоял большой красный диван с черными полосами и пара таких же кресел. Около них стоял столик из чёрного дерева. В общем, гроб с удобствами.

«Б-р-р-р, ужас какой-то! Так, наверное, должна выглядеть квартира маньяка», – подумала я и меня передернуло от омерзения.

А этот самый «маньяк» – Григориус, так его назвали приятели, сидел, вжавшись в кресло, и смотрел на них безумным взглядом. Приятели попытались привести его в чувство и добиться объяснения его поведения. Чтобы они не говорили, он их не слышал. Наконец один из друзей протянул Григориусу полный бокал красной жидкости. Субстанция не походила на вино, она была тягучей. Ликёр, подумала я. Подойдя к бутылке, из которой её и налили, взглянула на этикетку. «Орочья настойка» 45%, так гласило написанное.

      Стоило ему выпить бокал настойки, как он вполне осмысленно взглянул на друзей и прошептал:

– Она пришла за мной.

– Кто? – удивленно спросил друг.

– Ма́ргара, – дрожащим голосом ответил он, при этом нервно озираясь по сторонам.

– Твоя жена? Она же от тебя сбежала. Да и не было там никого, кроме этой твари, которую ты учил послушанию, – улыбаясь начал приятель, он Григориус его перебил.

– Да не убежала она, не убежала. Убил я её, убил, – чем дальше он говорил, тем громче становился его голос. Последнее слово он и вовсе выкрикнул. А затем шепотом добавил: – Её дух меня схватил за руку, я почувствовал, а ещё голос. Она сказала, что накажет меня. Что мне делать? – заикаясь и трясясь от страха, говорил он приятелям. Те переглянулись и отошли в сторону, тихо зашептав: «Всё, допился».

Я же поняла, как можно наказать эту тварь, убившую свою жену и избивающую всех, кто не может дать ему отпор. Ведь человеком такого назвать трудно. Понимая, что он меня не видит, я, незаметно убрав в пространственный карман тряпочку, поспешила к лежащему на улице оборотню. Он поднял голову и чуть рыкнул.

– Ты видишь меня, – удивлённо спросила его. А когда он кивнул, поспешила его успокоить – Я не сделаю тебе плохо, просто хочу наказать твоего обидчика. – Достав тряпицу, напитала её кровью. – Подожди, я сейчас, – попросила оборотню и поспешила в обратно.

      В доме было все по-прежнему: «маньяк» трясся на кресле, говоря всякую ерунду, а приятели пытались привести его в чувство. Подойдя к зеркалу, висевшему на стене напротив кресла, начала писать кровью: «убийца». Все, кто был в комнате, замолчали и посмотрели на зеркало. Я же продолжила: «покайся, иначе…». Дописывать не стала подлетев к Григориусу дала ему оплеуху. От этого он соскочил с кресла и выбежал из дома с криками. Я полетела за ним, продолжая толкать его, про себя посмеиваясь. «Как в фильме ужасов, что я иногда смотрела в прошлой жизни», – при вспоминании прошлой жизни на меня опять нахлынула тоска. Я заметила одну закономерность: воспоминания об оставшейся жизни на Земле во снах, беспокоят меня сильнее чем на яву.

      Мне как-то в раз расхотелось его преследовать. Решив, что маньяк сейчас настолько напуган, что сам сдастся правоохранителям, вернулась к оборотню.

Сунув руку в пространственный карман, нащупала стекло, подаренное мне Тьмой. Не знаю, что меня заставило сделать это. Достав взглянула через него на раненую рысь. Это было не животное, а уставший, избитый, но симпатичный мужчина лет сорока. Его не портил даже шрам, что шел через весь глаз и часть щеки. Не знаю почему, но моё сердце забилось быстрее, а я испытала робость, как какая-то малолетка перед понравившимся мальчиком. Обругав себя за неуместную реакцию, бросилась к нему. Нет, не обнимать, как могли бы подумать экзальтированные барышни, а попытаться снять антимагические оковы и рабский ошейник. Сделать этого не успела, меня резко затянуло в воронку. Тут я ощутила, что меня трясут за плечо.

– Да твою ж…. – выругалась я, открывая глаза. Передо мной стояли две девушки: моя спасительница и Кара, их лица были обеспокоены.

– Что случилась? – настороженно спросила, ожидая уже все, что угодно.

– Мы испугались. Долго не могли тебя разбудить, – прошептала Кара.

Тяжело вздохнув, встала.

– Все хорошо, это просто откат, – ответила им, прокручивая в голове увиденное. Заметив, как заинтересованно многие смотрят на меня, добавила: – Давайте познакомимся.

– Давайте, – оживилась моя спасительница и тут же представилась. – Я Гартара из расы дрегуров, если честно, я полукровка, – уже тише добавила она. – Это, – указала она на сидящую рядом с ней гномку, – Джая.

      Следующей была Снегура из морозов. У неё были длинные белоснежные волосы, заплетённые в косу, достающие ей до щиколоток. Она была похожа на Снегурочку. Стройная, белокожая, с румяными щёчками, добрыми глазами и очень высокая. Также здесь была орчанка – Кальнара, тролька – Туратин, дриада – Ясина, эльфийка – Ариминель, оборотница – Малика и обычная человеческая девушка, травница Мина и, конечно, Кара. Она оказалась из расы кархов.

Все девушки были очень красивы. Даже рыжие лисьи ушки и хвост, что были у Малики, ничуть не портили её. Наоборот, она казалась такой милой. А ещё им всем было от шестнадцати до девятнадцати лет.

Мальчишки, Эскис и Мэскис, были сводными братьями Малики. Они оказались волками, а девочка Цветана феей. Ей, как я узнала, было не три года, как мне показалась вначале, а десять. Просто у фей взросление идет намного медленнее. Вот с возрастом мальчишек я не ошиблась, Эскису было четыре года, а Мэскису – семь лет.

Улыбнувшись всем как можно доброжелательней, представилась.

– Меня зовут Элен, и я просто человек. А теперь расскажите, как вы здесь оказались, – попросила их.

Все молчали. Мне пришлось повторить вопрос, немного повысив голос. Рассказывать начала Джая:

– Я была первая в коллекции у Соргара. – Начала она. – Он задался идеей собрать коллекцию или, как он говорит, «зверинец» из самых красивых девушек разных рас. У них, у чернокнижников, какое-то негласное соревнование: у кого зверинец лучше. У одних звери, у других – магические существа, а у Соргара мы.

– Как это? – удивилась я.

– Вот так, – продолжила она, – ему привозили много разных девушек. Если он считал их недостаточно красивыми, то проводил над ними черные ритуалы отъёма магической энергии.

      Ему были нужны не только красивые, но и магически одарённые. Ещё он использовал девушек как жертв для призыва тварей из-за грани. Были и те, кто не покорялся ему. Таких он бил плетью. Он вообще любит ломать волю, и если это у него не получалось с помощью истязаний, то он отдавал их своим охотникам или продавал дрегурам. Больше мы их не видели, – она тяжело вздохнула, смахивая набежавшие слезы. – Мы, конечно, не просто сидели в клетках. Он периодически брал у нас кровь, магическую энергию, проводил разные эксперименты для создания запрещённых артефактов. Он их продавал. Буквально перед нашим побегом торговцы привезли Малику с двумя братьями. Мальчишки, когда пришли в себя, кинулись на защиту сестры, – тут она взглянула на Малику и сидящих с ней братьев, – Соргар сильно избил Мэскиса. Причем нас он обездвижил заклинанием, заставляя смотреть, как бьёт, – при этих словах Джая покосилась на мальчишку. Но тот делал вид, что её не слушает. – Мы сначала начали кричать. Просить простить ребенка. Но он стал его бить сильнее. При этом сказав, что чем громче мы кричим, тем больнее ему будет. Мы молча смотрели, как он избивает ребенка, не в силах что-либо изменить.

Слушая Джаю, я все крепче сжимала кулаки от ярости. Как же мне хотелось наказать этого чернокнижника. Я понимала, что он намного сильнее, опытнее меня. Да и как наказать, чтобы не подставиться самой и не подставить девчонок. А Джая все рассказывала и рассказывала. Так я узнала, что они решили бежать. У Гартары даже получилась вскрыть клетку и выбраться, но в это момент вернулся Соргар. Наказал он всех по очереди. Сначала бил Гартару, а потом и остальных. Других пленниц он бил за то, что молчали и не позвали его, когда Гарта начала вскрывать клетку.

Наложив на прутья заклинание огня, Соргар ушел. Долгое время никто не решался бежать и даже, когда неожиданно замок рассыпался прахом, а клетка распахнулась, все сидели, боясь наказания. Самое интересное, Соргар приходил в свой «зверинец», и даже привел в новую клетку Цветану, но не заметил отсутствие замка.

Бежать они решились все вместе, когда от Марты узнали, что мальчишек готовят для ритуала отъёма не только магической энергии, но и жизни. На мой вопрос, кто такая Марта, мне ответили – любовница чернокнижника.

Марта была человеком без всякой магической энергии. А ритуал чернокнижник хотел провести как раз, чтобы у Марты она появилась, и увеличился срок жизни.

Им повезло: Соргар уехал по делам, а ключи от клеток оставил Марте. Малика с мальчишками выбрались из клетки. Обернувшись, загрызла Марту. Забрав ключи, открыла все клетки. Вот так они и сбежали.

Убегая, Гартара поставила маячки оповещения, чтобы знать, когда кто-нибудь зайдет в «зверинец». Ведь это означало, что их начнут искать. Сбежать далеко они не смогли. Маячки сработали, когда они бежали по коридорам пещеры. Путая следы, пленницы спрятались в старых штольнях гномов, наложив на вход иллюзию.

В пещерах они прятались уже четвертый день, без еды и почти без воды. Гартара периодически выходит на поверхность за водой. Правда, у неё не всегда получается принести её.

– Мы боимся, что нас найдут, – закончила Джая свой рассказ.

– Так почему вы ещё здесь, а не убежали подальше, – спросила я их.

– Мы не знаем куда идти. Нас всех привозили сонных, – с горестью произнесла Снегура.

– Да. История, – протянула я, вспоминая, что видела, когда летела на пегасе. Это могло дать представление куда идти.

      Мои размышления прервала Туротин.

– Элен, а ты как здесь оказалась?

– Я? – рассеяно проговорила, отвлекаясь от размышлений: – Я с Белеглором к драконам летела, нас там ждут.

– Белеглором? Начальником стражи повелителя эльфов? – вдруг подбежала ко мне эльфийка. Её голос был взволнованным и удивленным. Все посмотрели на неё. Ариминель смутилась, покраснела под пристальными взглядами.

– А ты его знаешь? – заинтересованно спросила её Ясина.

– Да. Это мой жених, мы обручены, – смущенно краснея, ответила она.

– Не переживай. Когда выберемся, увидишь его, – подбодрила я её.

Так же из разговора с девчонками узнала, что Туротин, Малика и Цвета дочери правителей, как и мальчишки. А Джая – сестра короля гномов. Её два года назад украли перед свадьбой. Вообще Джая и Ламиниэль были самыми старшими из девчонок, им уже исполнилось двадцать лет, а младшей Каре, было только шестнадцать.

Проболтали мы допоздна. Я так и не смогла вспомнить куда идти, но зато подумала об артефакте, подарок повелителя эльфов, хронометр. Он реально мог показать направление куда бежать. Решив подумать об этом завтра, легли спать. Вот где пригодились одеяла, подушки, которые лежали у меня в сумке. Отдав все это девчонкам, легла на плащ, им же и укрылась.

Перед тем, как заснуть вспомнила безумного Григориуса, оборотня, оставленного не по моей вине без помощи. С этими тяжёлыми мыслями я и провалилась в сон.

XIII глава

Спасение, дело самого спасаемого

Я очутилась у большого костра, точнее внутри него. Через пламя на меня смотрели Каргар, Белеглор и Хальнеса. Увидев их, обрадовалась, но радость начала сменяться разочарованием, меня начало затягивать назад. Тут Каргар резанул ладонь ножом, брызнул кровью в костер. Огонь взметнулся вверх, разбрасывая искры, и выталкивая меня наружу.

– Элен, – обрадовались все присутствующие.

– Вы меня видите? – удивилась я, так как знала: мой дух может видеть только Хальнеса, он не орк с эльфом.

– Да, видим, – подтвердили они.

– Ритуал призыва души, – пояснила Хальнеса, – но это не главное. Нам надо узнать, жива ли ты и где тебя искать?