– Я не позволяю! – отрезал он. Софи вытаращилась на него в изумлении.

– Прости?..

Джон тут же виновато смягчился.

– Только не теперь… Прошу, давай обсудим все не горячась.

– Я должна уйти! – взорвалась Софи.

– Почему ты должна уйти?– Джон сжал ее плечи. – Почему?!

– Я должна уйти сегодня же! Тебе нельзя оставлять меня рядом, ты что не слышал ее?! Я не хочу, чтобы твое сердце было разорвано на куски, ясно тебе! Я этого не стою!

Софи в панике подобрала коробку и стала собирать в нее вещи.

– Я пойду к Нилану. Или в гостиницу… куда-нибудь. Пожалуйста, Джон…

Он снова взял ее руки и попытался помешать.

– Прошу успокойся, это решение не твое, принимать или нет слова владычицы каждый решает сам…

Софи плюхнулась на постель.

– Пожалуйста… пожалуйста, Джон, не надо… пожалуйста… – зашептала Софи потеряно. – Я не хочу этого. Пожалуйста…

– Софи, – прошептал он и нежно поцеловал ее в макушку. – Я понимаю, что ты хочешь свершить, но уже поздно. Все уже решено для меня.

– Нет! Она сказала, что еще можно…

– Она ошиблась.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что это мое сердце, – Джон отстранился и посмотрел ей в глаза. – Она может лишь заглянуть в него, но не может положить в свою грудь.

– Нет! – застонала Софи. – Не надо, Джон! Одумайся! Я не стою того. Не надо!

– Ты снова оплакиваешь мое счастье. Мое сердце отдано. – Джон снисходительно улыбнулся. – Разве я властен над ним? Разве я могу отсечь его, словно палец, и выбросить прочь?

– Ты глупый. Ты не думаешь о будущем…

Джон помрачнел, лицо его вытянулось.

– О будущем я думаю больше, чем о чем бы то ни было. И лишь рядом с тобой я познал радость жить сейчас, в этот самый миг. – Джон нежно погладил ее лицо и поцеловал в губы. – Умоляю не покидай меня.– Прошептал он. – Ты обещала мне три рассвета, помнишь?

– Ты болван. – изумленно просипела Софи. – Ты готов рискнуть вечностью страданий, ради трех чертовых рассветов?!

Джон беззаботно улыбнулся.

– Это уже начертано. К чему тревожится о том, что мы не в силах изменить. Сейчас ты со мной и я не хочу думать о будущем, в котором тебя не будет. Разве ты не понимаешь, что сегодня произошло? – глаза Джона сверкнули. – Владычица дала нам позволение. Я увижу владыку и если даст и он, мы сможем вступить в союз, в настоящий брачный союз, не дожидаясь положенных сроков.

Софи хлюпнула носом. Сейчас перспектива официальных церемоний и приобретения какого-то статуса волновала ее меньше всего.

– Джон, да плевать мне на это! – всхлипнула Софи. Джон пораженно приоткрыл рот. – Ну то есть… конечно не плевать, но меня гораздо больше заботит твое сердце, чем мой статус в этом вашем обществе.

– Мое сердце там, где его никто не сможет ранить. – Джон мягко прикоснулся к ее ключицам. Софи сжала его пальцы.

– Ты такой романтичный, что порой хочется встряхнуть тебя покрепче. Она сказала о вечных страданиях, это что совсем не пугает тебя?

– Разве смерть не пугает тебя? – спросил вдруг Джон.

Софи хлопнула глазами.

– Эм… наверное. Немного. Но… я просто не думаю о ней. Чему быть, того не миновать.

– Вот именно. Да, возможно мне суждено пережить потерю, а возможно ее суждено пережить тебе. Эльфы не старятся, но мы не бессмертны, а врагов у меня в достатке. И зная все это, я не стану горевать заранее, сейчас, когда ты со мной. Отравлять свое счастье муками будущего горя, которого быть может никогда и не доведется испытать.

– Ты вообще ничего не понял! – В отчаянии схватилась за голову Софи. – Упрямый баран!

Джон усмехнулся.

– Упреки в упрямстве мне слышать не в первой. Это правда, я упрям. Прошу, успокойся. Ничего уже нельзя изменить, судьба свела нас и я полюбил тебя. Чтобы ни ждало нас в будущем этого уже нельзя миновать. Уйдешь ты или нет – мое сердце уйдет вместе с тобой.

– Это ужасно! – Софи горестно закрыла глаза руками. – Я всегда думала только о себе, что вот я буду стариться и как я буду терпеть твою молодость… а теперь я только и думаю о том как ты будешь терпеть мою старость и смерть.

– Так перестань думать об этом! – Улыбнулся Джон. – Очисти свои мысли, сейчас мы вместе и ты обещала мне три рассвета. Не отравляй их будущими горестями.

Софи тяжело вздохнула. Она посмотрела на Джона, погладила его по щеке и улыбнулась.

– Хорошо… Конечно, ты прав. Нет смысла об этом горевать. Просто… это тяжело.

–Тяжело, если дать себе отчаяться. Если все что есть это сегодня, пусть оно станет нашей вечностью. – Джон улыбнулся и стер слезинку с ее щеки. – И в этой вечности моя госпожа не должна мучатся от голода.

Софи усмехнулась. Действительно большую часть дня она провела в пути и после завтрака маковой росинки не было у нее во рту.

– Пойдем. Это останется здесь. – Джон пододвинул коробку с ее вещами, которые рассыпались по постели. Он нахмурился и вытащил торчащую из-под джинсов блестящую серебристую упаковку. Длинная лента упакованных презервативов развернулась в его руке. Джон непонимающе поглядел на них.

Софи вспыхнула, забрала у него презервативы и сунула в коробку.

– Извини, я не должен был… – Смутился Джон. – Это что-то… женское?

Софи прикусила губу.

– Да нет, скорее наоборот. – пробормотала она. – Это… – Софи вздохнула, собираясь с силами. – …презервативы.

Джон сглотнул. Он замер, но не покраснел. Софи подумала, что скоро он и вовсе разучится это делать.

– Ясно. – выдавил из себя Джон.

– Ты знаешь что это?

Джон кивнул и спрятал глаза.

– Слово мне знакомо, просто я никогда не видел…

Софи смущенно затолкала в коробку оставшиеся вещи.

– Я подумала, что быть может они могут нам пригодится. – Софи смущенно заправила прядку за ухо.

Джон мгновение молчал.

– Нет. Я никогда не подвергну тебя такому риску. – Он встал.

Софи пораженно глядела на него.

– Что, прости?

– Смертная не может выносить дитя эльфа. А в нашем случае есть риск… его появления.

– То есть… – Софи медленно повертела пальцами. – Эм… Ты собираешься… сдерживаться, я правильно поняла?

– Ночные песни ничто рядом с угрозой твоей жизни. – Джон нахмурился. – Мое удовольствие и твоя жизнь – разве это можно положить на одну чашу весов?

– Так ведь именно для этого… – Софи смущенно кивнула на коробку.

– Нет. – Джон принял деловой вид. – Я читал о средствах, что люди используют, чтобы предотвратить рождение дитя. И там говорилось, что это не дает полной гарантии. Ничто из них. Для нас риск неприемлем. Я никогда не поставлю твою жизнь под угрозу.

Софи вздохнула.

– Ладно, разберемся по ходу дела. – сказала она и встала. Прежде чем идти в столовую она крепко обняла Джона, пригревшись на мгновение на его груди.

– Почему у нас все так сложно, Джон? – прошептала она.

Джон промолчал.

После обеда Софи таки нашла в себе силы расположится на привычной тахте. На полу красовался новый ковер, однако новой шкуры не появилось. Думать как вчера именно на этом месте Эльтан отсек мужчине голову было крайне неприятно.

– Мне теперь тут жутковато. – призналась Софи Джону.

– Именно поэтому у нас дома неприкосновенны. Лить кровь в стенах где живут это отвратительно. Этот дом впервые был осквернен кровью. Нилан в бешенстве.

– Да уж…

Несколько секунд они молчали. Софи нежно гладила руку Джона, рассматривая его обычные коротко подстриженные ногти и шрамы на суставах. Ей нравились его руки. Обычные, совсем не эльфийские на вид.

– Джон, – решилась Софи. – Я спрошу, а ты если не захочешь не отвечай, ладно?

Джон кивнул так, словно знал о чем пойдет речь.

– Владычица… она ведь не твоя мать, верно?

Джон отрицательно покачал головой.

– Она назвала тебя… сыном рабыни.

– Моя мать не рабыня и никогда ей не была. Но она была ханти, что в глазах эльфов почти равноценно. Владычица сказала это, чтобы ранить меня.

– Ты мне расскажешь? – Софи нежно сжала его руку и устроилась на тахте, подвернув под себя ноги. Джон тяжело вздохнул, кивнул и заговорил.

– Владыка выходил в мир людей лишь дважды. Первый раз после окончания второй войны. Второй раз много позже заключения согласия о Землях. Мир очень сильно изменился за последние сто лет, и чтобы понять каким он стал, владыка должен был увидеть его своими глазами. Конечно ему рассказывали и показывали, но это не то. Как бы тебе не описывали огромные города, автомагистрали, небоскребы, самолеты и гигантские дамбы, остановившие могучие реки… Это нельзя просто так представить, живя в глуши старого Сиршаллена. Чтобы понять каким стал мир, ему нужно было покинуть наши леса. Естественно все эльфы волновались. Людям мы не доверяем и прознай они о том, что владыка в их мире… Словом, это могло очень плохо кончиться. Поэтому он выходил в мир людей тайно. Так тайно, как это было возможно. – Джон сглотнул. – Там он и встретил мою мать. Она была молода, красива и не глупа. Я не знаю почему он выбрал ее. Никто не знает. Это было… Его осуждали, владыка никогда не позволял себе такого. Даже во время войн он чурался этой традиции – иметь смертную жену. И вдруг…

– Может быть он влюбился. – пожала плечами Софи.

– Влюбился? – едко хмыкнул Джон. – Если и так, то его чувства были годны только для одного. Он предложил ей стать ханти.

Джон холодно глядел в окно. Губы его сжались в тонкую линию.

– Разве он мог ей предложить что-то еще? – осторожно спросила Софи.

– Он владыка. Он мог делать все что угодно. Но он выбрал это. Это был его выбор, а раз так, значит его чувства были лишь похотью.

– Но ведь ты как-то родился, значит… у него все таки были чувства.

– О, я расскажу тебе как я родился. – едко усмехнулся Джон. – Владыка после окончания войн не знал любви. Сердце владычицы разбилось в день смерти Сильвин. Ее глаза померкли и она уединилась в своем горе. Она винила владыку, ведь именно он… – Джон умолк. – Не важно. Словом, он был одинок и полон горечи. Моя мать была всего лишь смертной, которой он соблазнился. Когда веками живешь в слепом горе отказаться от любого утешения должно быть непосильно. – Джон усмехнулся. –Раньше я презирал его за эту слабость, а сейчас, когда я не могу отказаться от трех рассветов с тобой, я уже не могу быть таким… непримиримым. Мой собственный изъян становится ему оправданием. – Джон покачал головой и мягко пожал руку Софи. – Моя мать была бедна, она согласилась уехать с ним в Сиршаллен. Он привез всего лишь ханти, но он не знал, что ее планы были куда амбициознее. – Джон усмехнулся. – Количество моих пороков считается таким великим именно из-за того, что моя мать вела себя не слишком почтенно. Она поселилась в доме владыки и попыталась вести себя как его супруга. В ее мечтах любовь знатного эльфа была счастливым билетом. Очень скоро она поняла, что сильно ошиблась. Ее не привезли сюда властвовать. Да, она была окружена роскошью, но не более. Жизнь ханти… впрочем, ты уже представляешь какая она. Моей матушке не было достаточно ночных песен и красивых нарядов. Она хотела большего.

– Чего именно? – Софи нахмурилась.

– Власти. Она хотела стать знатной эльфийской королевой и не меньше. Разумеется, это было невозможно вообразить. Смертная дева и владыка Сиршаллена. Даже наличие у него ханти уже было из ряда вон выходящим. Но моя матушка твердо знала, что ханти – это не то, чего она заслуживает. И вот однажды она решила, что рождение ребенка поможет ей укрепить свое положение. Она сделала все, чтобы растопить сердце владыки. И у нее получилось. Синай говорил мне, что его сердце обливалось кровью в те дни. Все видели, что она не честна с ним в своих чувствах. Все, кроме владыки. Возможно, он хотел обмануться. Этого мне не узнать никогда.

Джон кисло усмехнулся и пожал плечами.