Она перебирала карты, глядя на зверей и растения, на здания, что когда-то украшали эльфийские города своим величием. Все это было из другого, чужого ей мира и сейчас Софи понимала это как никогда. Сколько бы она не узнала про эльфов все эти старинные чудеса, разрушенные дворцы и гигантские волки были в прошлом. Они были ей недоступны. Как и Джону.

Через несколько минут пришел Джон. Он мягко положил ладони ей на плечи.

Софи молчала. Не верилось что сегодня ночью они с Джоном были вместе, ласкались и предавались любви, а сейчас молчат не находя слов.

– На моем сердце лежит тяжесть, но если я поделюсь ей, наши три рассвета превратятся в два. – сказал Джон мрачно. Софи взяла его пальцы и сняла со своего плеча.

– Нам нужно поговорить. – сказала она не оборачиваясь. Джон обошел стол и сел напротив. Софи отметила как прямо он держался, словно ждал от нее упреков.

– Говори.

– Ты правда убил Грама? – спросила Софи то, что камнем лежало на душе.

Джон сглотнул.

– Да. Я лишил его жизни.

Софи прикусила губу. Боже…

– У меня не было выбора.

– Разумеется. – усмехнулась она. – У вас вечно нет выбора.

– Я защищался.

– Я тебе не верю. – Бросила Софи и тут же повисла тяжелая мрачная тишина.

– Не веришь? – переспросил Джон. – Почему? Разве я хоть раз сказал тебе слово лжи?

– Скольких ты убил, Джон?

– Я не веду счета. – сказал он холодно. – Я не скрывал от тебя кто я. Тот орк был… мы условились с ним, он решил нарушить клятвы. Он захотел забрать себе то, что было моим, а меня убить. Я защищался. Он ранил меня, я убил его. Дальнейшее ты знаешь.

Софи прикусила губу чуть не до крови.

– Что если ты мне врешь? – спросила она отчаянно.

– Не желаешь верить мне, так верь моим врагам. – Джон холодно поглядел на нее. – Разве мои поступки для тебя не громче их слов?

Софи смотрела не его лицо, уже давно любимое родное лицо, и ей становилось стыдно. Ведь Джон прав – он говорил ей. Но она всегда считала, что это что-то далекое, почти выдумка. Но знать, что Джон убил знакомого ей орка, у которого была семья и дети. Это было совсем по-другому.

Софи встала и обошла стол. Джон повернулся, протягивая к ней руки. Софи взяла его лицо в ладони.

– Ты правда защищался? Ведь правда, Джон?

– Да.

Софи порывисто обняла его, пряча лицо у него на шее.

– Я не знаю чему верить.

– Мне ты всегда можешь верить. – прошептал Джон мягко целуя ее в висок. – Я никогда не солгу тебе, моя госпожа.

Софи села к Джону на колени. Какое то время они молчали, просто слушая дыхание друг друга.

– Как прошло у тебя с владыкой?

Джон в ее объятиях застыл.

– Не слишком радостно.

Софи вздохнула.

– Нилан так и не пришел, а Синай был ужасно хмурым.

– Нилан поехал со мной. Он… захотел сопроводить меня.

– Ясно.

– Пойдем. – Джон встал.

– Куда?

– Я хочу, чтобы ты увидела закат со сторожевого поста. Я клялся тебе в этом.

Софи вдруг стало не по себе.

– Нет. – покачала она головой.

Джон удивленно поднял брови.

– Ты так говоришь, как будто это твой последний шанс мне его показать. А я так не хочу. Пусть эта клятва останется при мне. – Софи лукаво улыбнулась. Джон медленно улыбнулся ей в ответ.

– Тогда чем ты желаешь занять свой вечер?

– Хм… – Софи задумчиво приложила палец к губе.

****

Джон слепо глядя в потолок никак не мог отдышаться. Его руки, словно жили своей волей, притягивали Софи ближе.

– Софи… любимая… моя госпожа… – шептал он по-эльфийски. – О, как же это…

Софи спрятала усмешку у него на плече. Это было так мило. Она таки уговорила Джона рискнуть, и он с мрачной искрой обреченности согласился. И вот он второй раз за ночь бормотал несвязные нежности, остывая от оргазма.

Даже тут Джон ей не соврал. Все было и правда гораздо медленнее чем у людей и… интимнее. Джон выглядел совершенно искренним, открытым и таким уязвимым, что Софи не решалась ни слова сказать о том, как забавно он выглядит, когда, остывая, шепчет на эльфийском сущие глупости о том, как же это сладостно и приятно.

Джон держался пару часов, что позволяло ей самой так насладиться и вымотаться, что она без сил валилась на постель и засыпала, под его нежный шепот.

Джон не смыкал глаз. Один раз в темноте Софи поймала его на том, что он зевает.

– Спи. – пробормотала она.

– Нет. – Он нежно отвел ее волосы с лица. – Я не украду у себя ни минуты.

Софи почувствовала озноб, никак не связанный с ночной прохладой.

Она пододвинулась к Джону и мягко и сладко поцеловала его в бледные губы.

– Я люблю тебя. – сказала она в порыве.

Лицо Джона исказила судорога.

– Что?

Он отвернулся и встал с постели. Обнаженный он прошел по комнате и чуть сдвинул занавески глядя на ночной Сиршаллен.

– Джон, что такое? – Софи встревожено приподнялась, кутаясь в простынь.

– Ничего. – глухо ответил он. – Прошу… ты устала…

Софи отбросила простынь и, такая же бесстыдно голая, подошла к нему. Она с силой повернула Джона к себе и обомлела.

Он плакал.

– Джон! – Софи в ужасе взяла его лицо в ладони.

– Прости… – хрипло выдохнул он. – Это недостойно…

– Что?… Что случилось? – Софи в ступоре глядела на него. Она не нашла ничего лучшего, чем просто обнять его и прижать к себе. Светлые волосы Джона защекотали ей лицо. Он сжал ее в объятиях так крепко, что чуть не затрещали кости.

– Прости… На мгновение мне показалось, что это лишь сон, что все пригрезилось мне. И ты, и эта ночь…

Софи нежно погладила его по голове.

– Что случилось? – снова спросила она, осторожно отстраняя Джона от себя. Он небрежно смахнул слезы с щек.

– Не время говорить. Рассвет еще не наступил. Моя боль еще не пришла, но я уже горюю. Я клялся, что не стану…

Софи сглотнула.

– Это что-то… из-за владыки, да? Он что-то приказал тебе?

– Я не хочу говорить об этом. Не сейчас.

Джон подхватил ее на руки и отнес на постель. Аккуратно положил на смятые простыни.

Он провел кончиками пальцев от ключиц до самого лобка, нежно следя за своим прикосновением.

– Как ты прекрасна. Словно дивный сон. Мое сердце вот-вот разорвется. – Джон взял ее руку и приложил к своей груди. Софи чувствовала как его сердце мерно отсчитывает удары. Она не могла найти слов. Просто смотрела на его лицо, мрачное в окружающей темноте.

Софи вздохнула и потянула его руку к губам. Осторожно поцеловала каждый палец.

– Мне так хорошо с тобой. – искренне сказала она. – Ни с кем и никогда мне не было так хорошо. Я хочу провести с тобой всю свою жизнь. Можно?

Джон болезненно улыбнулся и чуть отстранился. На его лицо легла тень, скрывая глаза.

– Поклянись. – сказал он вдруг очень серьезно. – Поклянись мне. Скажи, что останешься со мной.

– Я останусь с тобой. – безрассудно пообещала Софи. Она потянулась и коснулась щеки Джона, притягивая его ближе. Лунный свет из окна снова осветил его лицо. Софи нежно заправила светлую прядь за острое ухо. – Сколько смогу. – горько добавила она и нежно пощекотала его ухо пальцем. – Мой принц. – прошептала она, томная от неги.

– Я не принц. – сказал Джон серьезно. – Я шахране Сиршаллена.

Софи пожала плечами. Разве была какая-то разница?

– Если бы я мог остановить время, я выбрал бы этот миг. – прошептал Джон. – Рядом с тобой этих мгновений было так много, но я выбрал бы этот.

Он властно провел ладонями по ее груди, бокам, талии и, наконец ,бедрам. В глазах загорелась искра.

– Отдайся мне. – прошептал он разводя ее колени. – Словно в последний раз.

Софи вытянула руки вверх, открываясь всем телом.

Джон поцеловал ее, прижимаясь ближе с жаркой телесной чувственностью.

– Ты моя… – прошептал он в забытьи. – Моя…

– Да… – Софи в истоме выгнулась, забывая обо всем в жаре поцелуев и ласк. – Я твоя, Джон… твоя…

Утро было хмурым. Софи проснулась от шума дождевых капель, стучащих по стеклу.

Джона не было. Она повалялась еще немного, глупо улыбаясь в подушку, вспоминая сладостные моменты ночи. Встала и пошла в душ.

Когда она пришла в столовую, Джон ждал ее сидя за столом.

Софи улыбнулась и вдруг застыла.

Джон был одет в жакет, что она никогда не видела прежде. Черный, с очень богатой серебряной вышивкой и перевязью изумрудно-зеленого цвета. Его волосы были убраны в тщательную косу, словно он собрался на празднество.

Это сразу бросилось Софи в глаза. Обычно пряди всегда обрамляли его лицо, придавая виду легкую мальчишескую небрежность.

Сейчас же перед Софи сидел эльф. Острые уши были открыты, за плечом торчала рукоять меча.

– Привет. – оробев поздоровалась Софи.

– Присядь. – сказал Джон. – Финар приготовил тебе завтрак.

Софи слегка смутившись его холодного тона села и пододвинула к себе салат и хлеб.

– Ты подарила мне три рассвета, но третью ночь я не смогу тебе дать. Не выдержу. – Джон сглотнул и холодно продолжил. – Я отправляюсь к владыке. И прежде чем я уйду я выполню то, что обещал. Открою тебе правду о своих планах. – Джон говорил твердо и отстраненно. Софи отложила вилку. Она поняла, что не сможет проглотить ни кусочка.

Джон сглотнул и заговорил, глядя на нее прямым твердым взглядом.

– Я просил у владыки позволения на то, чтобы распространить среди людей вирус. Ученые-люди изготовили его на моей фармацевтической фабрике. Мы убедили их, что они ищут способ надежной контрацепции. В процессе экспериментов, был получен один из штампов. Он лишает фертильности в девяносто семи процентах случаев. Навсегда. Мы добавили к нему некоторые свойства самых заразных болезней, что были за всю историю. Он распространится среди людей за год, максимум за два. За шестьдесят-семьдесят лет людское население придет в естественную убыль настолько, что сравняется с эльфами.

Софи сглотнула. Она несколько раз моргнула, не веря, что перед ней сидит тот самый Джон, что ночью ласкал ее и плакал.

– Владыка дал мне выбор. Женится на смертной или привести мой план в жизнь. Отступить я не могу. Я выберу благо для своего народа. Тебя позволено оставить рядом как ханти, но я знаю, что ты этого не захочешь. Когда вирус начнет распространяться, по нашему плану все эльфы постепенно покинут наши города и смешаются с людьми. Рано или поздно, люди поймут. И найдут виновных. С доказательствами или нет – мой народ станет предметом охоты. Мы скроемся среди людей на шесть десятков зим, а потом вернемся домой. И мир очистится.

Софи не дыша глядела на Джона. Она приложила руку к груди, словно пытаясь нащупать остановившееся сердце. Она онемела.

– Я должен идти. – Джон встал. Меч задел спинку стула. – Я хотел бы верить, что ты сможешь понять, но, наверное, это невозможно. Прости меня. За все. Я поступил… я… – Джон болезненно нахмурился. – Мне нет прощения в твоих глазах. Все что я могу сказать – я был искренен с тобой и в словах и в чувствах. Ты госпожа моего сердца, даже если больше не захочешь меня видеть.

Он обошел стол и двинулся к двери.

– Джон… – сипло выдохнула Софи. Он замер и обернулся.

– Ты… – Софи кашлянула, пытаясь прочистить горло. – Ты однажды сказал мне, что слово ханти легче ветра. Если… Софи судорожно вдохнула. – Если я и правда госпожа твоего сердца, то вот тебе мои слова – не делай этого.

Джон с мукой поглядел на нее.

– Я не могу отступить, Софи. Я положил на это всю свою жизнь. Я убивал, я терял друзей ради этого. Я наблюдаю как люди, словно падальщики, рвут мой народ на части. Я люблю тебя всем сердцем, но если я господин твоего сердца, и ты должна понять мою боль. Ты не должна просить меня остановиться.

– Но я прошу тебя остановиться! – крикнула Софи. Она на нетвердых ногах поднялась со стула и кинулась к нему, вцепившись в изумрудную перевязь. – Джон, я умоляю, я умоляю тебя остановиться! Умоляю! Прошу, пожалуйста! Пожалуйста, одумайся!

Джон с мукой посмотрел на нее. Он вдохнул, и его лицо приняло строгое отстраненное выражение.