Нерешительно прошла еще несколько шагов, представляя, как меня со всех сторон окружают такие же волосатые тельца пауков, но вдруг мягко мигнуло, и на стенах стали загораться отдельные камни. С каждым моим шагом их становилось все больше и больше. Кто-то выложил ведущий в подземелье туннель, вкрапляя среди обычных камней, вот такие – интересные.

– Ух ты! – потрогала я один такой светящийся камень, обнаружив, что он холоднее, чем остальные.

Голубой свет, но не холодный, а довольно мягкий, залил пространство, позволяя осмотреться. Через каждые несколько метров от туннеля отходили боковые ответвления, симметричные на всем видимом протяжении пути. А еще эти камни мне что-то напоминали… Я так и не вспомнила, что именно, потому что отвлеклась на вернувшуюся Сфиру. Честно говоря, я ее не сразу признала и, взвизгнув, попыталась дать пинка, но паучиха ловко увернулась и суматошно заметалась поодаль.

– Прости, никак к тебе не привыкну, – сконфуженно извинилась я. – Идем дальше?

По пути я заглядывала в каждое ответвление, но исследовать их прямо сейчас была не готова. Уж больно заблудиться боязно, что если здесь под замком целый лабиринт таких ходов? Нет, в такие места лучше соваться со специальным снаряжением, так что оставлю это все на потом.

И все-таки я не удержалась и свернула в одно из ответвлений, чтобы проверить, что же находится за ближайшими дверьми. Оказалось, что там хранятся какие-то мешки в большом количестве. Развязав один, обнаружила зерно. Пшеница? Почему не перемололи? Или это на семена оставили?

В сельском хозяйстве я разбиралась очень слабо, это Агриппина могла рассказать все и обо всем: что и где растет, как надо поливать то или иное растение, какие болезни или насекомые-вредители ему грозят.

У меня же пухла голова от этих тонкостей, еще больше, чем от ее бандитских сериалов. Может, конечно, зря я не вникала и сейчас бы эти знания пошли впрок? Но я же никогда не думала, что подобные вещи мне когда-нибудь пригодятся.

Проверив еще несколько ответвлений подряд, рыться в обнаруженном добре не стала, но определенные выводы сделала – нога мародера не ступала в эти подземелья. Ничего поломанного, перевернутого или разграбленного. Все содержалось в порядке и даже не носило следов порчи сыростью или грызунами, а ведь за годы, что замок пустует, то же самое зерно должны были сожрать крысы или мыши. Наверное, грабители не разгадали волшебных слов, чтобы попасть в пещеру Али-Бабы, а от вредителей подвалы защищала магия. Что же еще?

Ладно, склады подождут, сейчас починить меч куда важнее. Вернулась я в главный проход, где меня терпеливо ожидала паучиха. Удивительно, но кажется, я стала к ней привыкать, и даже чуть меньше испытывать отвращение.

Дальше мы уже не останавливались, пока не добрались до огромного круглого зала. В отличие от коридора, он целиком был сложен из мягко мерцающих блоков, и только теперь я вдруг осознала, что именно мне они напомнили.

Пещера дракона!

Усиливал впечатление и каменный «куст» – эдакое скопление кристаллов-сталагмитов, в глубине у дальней стены. Стоило мне войти в высокий арочный проход, и…

– О-ой! – взмахнула я руками, удерживая равновесие. – Да тут хоть на коньках катайся!

Блоки, которыми был выложен пол, оказались гладкими точно зеркало, и из нас двоих, Сфира ощущала себя куда увереннее. Перебирая лапами, она направилась прямиком к сталагмитовому кусту и юркнула внутрь. Осторожничая, я последовала за ней, попутно осматриваясь.

Зачем это место? Почему оно такое просторное и пустое? Может, тут что-то хранили раньше? Что-то огромное.

– Угу. Авиалайнер, не иначе, – усмехнулась я, изо всех сил отгоняя единственную логичную мысль о драконе.

А еще меня сильно заинтересовало, не драгоценные ли это камни? Возможно ли в будущем использовать их в качестве денег, если отколоть несколько кусочков от этих кристаллов?

С такими корыстными планами я и подошла вплотную к сталагмитам. Осторожно заглянув в сердцевину, обнаружила, что там в особой ложбинке уже уютно устроилась Сфира. Поджав пушистые лапки, она превратилась хм… В довольно трогательный комок с глазками, которые вполне разумно смотрели на меня.

Не знаю как, но в этот миг я догадалась, что ей здесь хорошо.

– Это то самое волшебное место, да? – я даже говорить старалась с ней мягко, но ожидаемо, паучиха мне не ответила.

В надежде, что что-то упускаю, я еще раз осмотрелась, но по прежнему глазу больше не за что было зацепиться.

– И как это работает? – спросила я тишину.

Может, стоит обнажить меч, и все само по себе образуется?

Не образовалось, и я ничего лучше не придумала, как просто сунуть меч в это скопление сталагмитов.

Вот тут-то чудо и произошло!

Ахнув, отшатнулась и выпустила меч из рук.

Да и как было не выпустить, когда его буквально выдернуло из моей хватки. Ткнувшись концом туда, где мгновение назад так уютно устроилась паучиха, он не упал, а так и остался в вертикальном положении и прямо на моих глазах принялся покрываться изморозью слой за слоем. Да так стремительно, что когда первый добегал до верхнего конца, его уже нагонял следующий.

Действо сопровождалось волнами яркого света и продолжалось до тех пор, пока меч не покрылся оболочкой из полупрозрачного светло-голубого камня полностью. Теперь его с трудом можно было отличить от остальных сталагмитов.

Не мигая, я наблюдала за творящейся магией, пока свет не перестал мерцать.

– Э… И это все? А что дальше? – поинтересовалась у паучихи, потому что больше было не у кого.

Сфира разговорчивей не стала, поэтому мне осталось довольствоваться тишиной. Я решила подождать, но шли минуты. Пять… Десять…

Зябко поежившись, я поняла, что в подземном ангаре довольно прохладно и если я останусь тут еще на какое-то время, то точно подхвачу насморк. Ненавижу мерзнуть!

Болеть я не собиралась. Нельзя мне без меча попадать в подобные переделки, когда даже лекарства от температуры нет. Нет, наверное, существовали какие-то травки. Возможно, даже лепестки солнцееда могли бы помочь, но экспериментировать мне не хотелось, но для себя сделала мысленную пометку в ближайшее время изучить медицинские справочники, если в здешней библиотеке такие имеются.

 Если честно, я была немного разочарована. Питала я скрытую надежду, что подзарядка меча произойдет мгновенно, но, похоже, процесс этот требовал времени.

– Ладно, приду попозже, – недовольно проворчала я и направилась к выходу.

Как ни странно, Сфира посеменила за мной. Бежала она теперь не впереди, а рядом, выдерживая дистанцию в пару метров.

– Ты это… Может, будешь ночью выходить за ворота? Только не пугай деревенских и не ешь людей. Хороших не ешь, а плохих можно, – рассуждала я, вспомнив о главшишке. В конце концов ни он, ни его команда не походили на хороших парней. Но что, если они совладают с паучихой? Судя во всему, нирфеаты знают о магии поболее моего. – Только будь осторожна. А… днем можешь возвращаться и спать здесь, – милостиво разрешила я и все-таки передумала: – Нет, лучше никого не ешь, если я не разрешу, а то мало ли…

Паучиха словно только того и ждала. Ускорившись, она засеменила к выходу и очень быстро пропала из виду.

– М-да… – выйдя на улицу, я осмотрелась, потянулась, чувствуя, как приятно пригревают Дракон и Тень, и решила все-таки снова сходить к морю.

Но тут с отчаянным воплем на меня налетел цветодрак.

Нежно-салатовая с невероятными серебряно-розовыми глазками и чуть более темным зеленым хохолком – та самая драконочка, которая нравилась Сонику, узнала я крылатую красотку. Ударившись в мою грудь, та с трудом обрела равновесие и что-то отчаянно запищала вновь, зависнув в воздухе напротив моего лица.

– Соник! – воскликнула я.

И драконочка, выполнив кульбит, полетела в обратном направлении, а я бегом за ней. Оказавшись на заднем дворе, я увидела небывалое зрелище. Все цветодраки собрались в одном месте и выстроились в большой круг. Никогда не замечала, что их здесь настолько много. Все громко пищали на одной ноте и ритмично хлопали крылышками, прямо настоящий ритуал!

Внутри кольца кружили два синих цветодрака, один с зеленым хохолком – Соник и его брат Баламут. Я остановилась в нескольких шагах, чтобы их не беспокоить. Драконочка что-то тревожно зачирикала, рея рядом с моим ухом.

– Не переживай, Соник обязательно победит, – подбодрила я ее и подставила ладонь.

В этот момент Баламут налетел на брата и вцепился ему в загривок. Соник отчаянно сопротивлялся, пытаясь извернуться, но ничего не получалось. Дерущиеся цветодраки кубарем упали в траву, издавая звуки, похожие на довольное урчание котов. Отчаянная драка маленьких драконов так плохо сочеталась с этим уютными звуками, что я еле сдержала улыбку.

Стебли травы колыхались, показывая примерную траекторию перемещения дракошек, а затем они выпорхнули наверх. Оба основательно потрепанные, со взъерошенными хохолками, в которых застряли какие-то семена и мелкий мусор. Но хуже всего было то, что одно из крылышек моего дракошки оказалось порвано, и было видно, как сложно ему держаться в воздухе.

Баламут выглядел поувереннее. Состояние противника придало ему боевого духа. Испустив грозную трель, он стрелой бросился к Сонику и стремительным ударом отбросил его далеко за пределы круга. Драконочка подалась назад и вспорхнула, едва не свалившись с моей ладони. В ее огромных глазах сквозило форменное отчаянье. Мы вместе уставились туда, где в траве скрылся Соник.

Первым моим порывом было броситься к побежденному дракошке, отыскать его в густой траве. Но тут я вспомнила, как храбро он бросился на мальчишек, защищая брата, как отвлекал паучиху, чтобы я могла спрятаться в безопасности. На месте меня удержало только понимание, что если брошусь другу на помощь, то подорву его авторитет, и королем ему больше не быть.

Секунды шли одна за одной, Соник все не появлялся. Ох, как же мне хотелось взяться за мухобойку и прихлопнуть наглеца Баламута! Мне совсем не было жалко этого неблагодарного хулигана, который и хохолка своего брата недостоин!

Первой из нас не выдержала драконочка. Она сорвалась вперед, чтобы отыскать возлюбленного в высокой траве, но ей наперерез выпорхнул Баламут. Ударил перед самым носом крыльями, вынуждая испуганно отпрянуть. Драконочка пискнула, метнулась в одну сторону, в другую, но тот повторял ее движения, не пуская…

Вот это мне уже совсем не понравилось, и я готова была уничтожить разбойника, который ворвался в мирную жизнь местной стаи, но тут трава зашуршала, и в воздух поднялся Соник. Было видно, что ему очень сложно удержаться в воздухе. Баламут изрядно его потрепал, но решимость в невероятного цвета глазах дракошки, заставила меня прирасти к месту.

Он упорно полетел к драконочке и досаждающему ей Баламуту, который заставлял ее метаться и уворачиваться. Но та вдруг увидела Соника, и испустив горестный писк, зависла в воздухе.

Баламут, чтобы в нее не врезаться, заложил крутой вираж и ощетинился, вздыбив зеленый хохолок, выставил вперед лапы с острыми когтями. У меня сердце сжалось…

Но Соник и не подумал свернуть с его пути, а дальше случилось совсем уж неожиданное. Мой маленький дракошка вдруг выдохнул пламя!

Струя синего, точно у газовой горелки, огня вырвалась из его пасти на добрый метр и сбила наглеца. Кувыркаясь, теперь уже Баламут полетел в траву. Не обращая на него внимания, Соник повернулся к своей драконочке. Та, обезумев от счастья, бросилась к спасителю. Дракошики переплели шеи и принялись тереться щечками, точно коты, издавая урчащие звуки. Их тут же окружили остальные цветодраки, немилосердно пища кто во что горазд.

Вся эта шумная компания двинулась к полянке с солнцеедами, позабыв и обо мне, и о Баламуте, который так и валялся где-то в траве. Пользуясь моментом, я принялась раздвигать стебли в поисках непорядочного братца Соника. В конце концов это мой замок, и я не потерплю, чтобы моих друзей обижали на его территории.