В том, что это судно – ладья, я не была уверена. Не особенно разбираюсь в плавсредствах и не оперирую терминами, но в голове имелся вполне сложившийся образ речной ладьи с одним сложенным парусом, накрытой своеобразным тентом палубой и щитами по бортам.

Парнишка попробовал огрызнуться, за что получил еще несколько тумаков. Благо никто не пускал в дело дубинки. Заплакали дети. Двое хмурых парней постарше попробовали было заступиться, но вот с ними никто уже не собирался церемониться. Началась форменная свалка. Заступника покрупнее повалили трое и принялись охаживать дубинками всерьез. Повылетали из ножен мечи, останавливая остальных от попыток вмешаться.

Завизжали-заплакали девушки, заголосили еще громче дети. События развивались стремительно за считаные секунды, и пока я думала, что же такого предпринять, из этой кучи малы выскочила маленькая девчушка и понеслась в мою сторону с душераздирающим криком:

– Мамааааааааа!

У меня в глазах потемнело, и вдруг память вернулась, а меня снесло словно ударной волной…

– Мамочка! Мамаааа! – с громким криком несется ко мне моя маленькая Злата.

Коленки разбиты до крови, за лапу она держит игрушечного синего дракончика, которого назвала Соником. Хлопают по плечам русые косички, перепачканное личико кривится. Она только что выбиралась из песочницы и неудачно свалилась.

Моя дочка… Моя девочка. Мое сокровище… Мой ребенок! Ребенок, который остался на Земле, в другом мире без меня!

Вопящая девчушка, которая стала катализатором лавины воспоминаний, врезалась в меня и завизжала, переходя на ультразвук и окончательно меня деморализуя. Но ее визг подействовал, как нашатырь, и не дал мне рухнуть в пучину беспамятства.

– Тише, тише, – обняла я ее, пытаясь успокоить. – Не кричи, пожалуйста! – увещевала я ребенка некоторое время, прежде чем она оказалась способна слушать.

– Там азбойники! Они нас забеут и… – всхлипывая, частила девчонка лет пяти-шести.

Выдав еще одну малоразборчивую тираду, она оглянулась и завизжала снова. Я тоже коротко вскрикнула от испуга, увидев небритого мордоворота с кривой ухмылкой. Настоящий разбойник и безо всякой романтики!

– Еще одна краля! И где они тебя прятали? Много вас там таких?

– Мало! – огрызнулась я, задвигая девчушку за спину.

Если честно, я до дрожи в руках перепугалась. Знаю, подобных молодчиков, к несчастью. Доводилось иметь дело, и закончилось тогда все не слишком хорошо. Тупой исполнитель, привык действовать нахрапом. Запугивать. Такому нельзя показывать страх, а понимают они только еще более грубую силу или… деньги.

– Дерзкая? – осклабился бандит, продемонстрировав желтые зубы.

– Что вы делаете на моей земле? – проигнорировав его вопрос, задрала повыше подбородок и, напустив надменный вид, попыталась с ходу внести сумятицу в логику, по которой он действует.

Получилось. Молодчик дремуче нахмурился и переспросил:

– Это в каком смысле, на твоей?

– В прямом! – давила я, однако не спешила вдаваться в подробности.

Шавки, вроде него, не любят непонятного. Это заставляет думать, а думать они тоже не любят. Они умеют в основном выполнять набор нехитрых команд, и местные шавки в этом не слишком отличались от тех, что я встречала на земле. На мой взгляд, здешние даже попроще будут. Мозг, нетронутый интернетом, не слишком заточен под глубокий анализ.

Бандюган повелся. Подрастерял пыл и даже отступил на шаг, не зная, что делать.

Подозреваю, его смутили не только мои слова, но и внешний вид. Я была одета не так, как те девушки, которых они грузили на ладью. Да и волосы я носила распущенными, чтобы подсохли после купания. В общем, я была другой, недаром даже пацаны с ходу меня определили, как ньеру – представительницу местной аристократии. Возможно, мне это сейчас придется на руку.

– Веди меня к главному! – приказала, не теряя инициативы.

То и дело оглядываясь на меня через плечо, громила зашагал к берегу. Я последовала за ним. Очень хотелось верить, что и на остальных я произведу столь же неизгладимое впечатление, и они отпустят пленников, а сами уберутся куда подальше. Потом, скорее всего, очухаются, но я не стану их здесь дожидаться и людей уведу. Придется их забрать в замок, но это дело уже решенное. Не отдавать же мне их в рабство?

Я попыталась незаметно отогнать девчушку, пока выдался хороший шанс улизнуть, но та клещом вцепилась в мою руку и тащилась зачем-то обратно.

 Бандюки уже успели навести порядок. Больше никто не голосил, даже дети тихо хныкали, зверьками косясь на одного из надсмотрщиков с плеткой в руках. Судя по порванной одежде, одному мальчишке все-таки досталось. Или не одному?

Девчушка, что цеплялась за мою ладонь, наконец ее выпустила и бросилась к друзьям.

Девушки… Девушкам, похоже, тоже досталось. Хмурые, они пытались встать между детьми и бандитами. Один мужик с гнусной рожей и шрамом на губе указал плеткой на сходни. На этот раз дважды говорить не пришлось, и очередная девушка отправилась на ладью. Получив смачный шлепок по заднице, взвизгнула и ускорилась. Бандиты заржали.

Про парней, пытавшихся защитить остальных и говорить было нечего – все лежали на земле изрядно избитые.

– Кто у тебя там, Блохастый? Кого привел? – повернулся к нам один из тех, кто методично пинал, лежащего на земле парня.

– Что здесь происходит? – жестко произнесла я, понимая, что с этим молодчиком просто не будет.

– Да вот, ньера с главным говорить желает, – отвесил мне издевательский поклон проводник.

– Ньера, говоришь?

– Угу. Нож, она брешет, что это ее владения и люди, представляешь?

Тот, которого назвали Блохастым, поскреб грязными ногтями волосатую грудь в распахнутом вороте рубахе. Я едва сдержалась, чтобы не поморщиться от характерного звука.

– Кто такие и чем занимаетесь на моей земле? Отвечать! – повысила я голос, привлекая внимание и одновременно лихорадочно пытаясь придумать, чем бы их напугать так, чтобы сели на свою посудину и гребли отсюда подальше.

Бандиты недоуменно переглянулись и как один уставились на главаря.

Ожидаемо. В случае любых непоняток – слушай главного. Значит, на него и придется давить, остальные поступят по образу и подобию.

Главарь, не спеша отвечать, рассматривал меня. Он был довольно молод и даже хорош собой, если бы его побрить и вымыть сальные волосы до плеч, а еще лучше постричь…

Вот только мне совершенно не нравился его взгляд с хитрым прищуром. И то, чем он занимался, когда мы подошли – тоже не понравилось. Махровый садист – определила я с ходу и зуб даю, что, скорее всего, не ошиблась…

– Говоришь, что мы на твоей земле? – спросил он, делая шаг навстречу.

И тут я допустила ошибку – непроизвольно отступила.

– На моей, – попыталась ответить твердо, но инициатива была упущена.

– И кто же ты такая, позволь поинтересоваться?

Еще шаг ко мне, и я снова отступаю, не в состоянии удержаться на месте.

Блин! Боюсь я этого косматого разбойника, что поделать.

Я никакой борьбой не занималась и боевых искусств тоже не изучала. Знаю парочку приемов, но и то не уверена, что смогу использовать при необходимости, даром Агриппина…

Агриппина!

Воспоминания выплескивались на меня словно горячий чай на колени – порциями и изрядно обжигая.

Облик пожилой женщины внезапно проявился в памяти. По-деревенски завязанный платок, с которым Агриппина не желала расставаться. Пепельно-серые волосы, на удивление гладкая кожа и живые глаза. Точного возраста бабы Гапы я так и не узнала. Документов мне Гапа никогда не показывала, а я и не спрашивала. А на все вопросы она только посмеивалась, называя себя очень старой, хотя по живости движений и проницательности ума могла многим фору дать.

А уж какая она неутомимая и жилистая! Часами могла играть с моей Златкой, и как-то успевала еще и все дела по дому переделать… На зависть крепкая старушка.

Именно Гапа уговаривала меня освоить хоть какое-нибудь боевое искусство или прикупить оружие на худой конец. Я не хотела ни того  ни другого, но пришлось пойти на компромисс и приобрести травмат, а еще – начать регулярно тренироваться, чтобы поддерживать себя в форме. Тренировки мне понравились, они укрепили мое тело, я стала намного выносливее и сильнее. А вот с травматом я не подружилась и спрятала его незаметно от Гапы на старый шифоньер и не доставала с тех пор.

Эх, зря я Гапу не послушала. Может, за прошедшие шесть лет уже получила бы какой-нибудь разноцветный пояс, и тогда вряд ли попала бы сюда…

– Э! Ты что, пришибленная? – с подозрением присматривался ко мне главарь.

Кажется, я прослушала его последнюю тираду. Наверное, там что-то важное было, раз он злится?

– Нож, она просто как тебя увидела, аж дар речи потеряла вместе с мозгами! – сострил худой мужик с впалой грудной клеткой.

На главаря и правда можно было заглядеться, да только бандит ошибся. Думала я совершенно о другом. Но сейчас не время предаваться воспоминаниям.

– Не смейте мне хамить! – огрызнулась я и обвела бандитов надменным взглядом, пряча свои страхи за маской хладнокровия и брезгливости. – Вы пришли в мои владения, крадете моих людей. Как считаете, что вам за это полагается?

Я не знала, какие в этом мире законы, но вряд ли они одобряют подобное поведение. Надеюсь, я верно поняла происходящее. Бандиты переглянулись и посмурнели. И, если честно, мне их рожи совсем не понравились. С таким выражением принимают решение устранить раздражающий фактор.

– Неужто, казнить прикажете? – делано испугался Нож. – Что ж, ваше право. Если, конечно, вы находитесь на своей земле. Вы ведь на своей земле, ньера? – как-то вкрадчиво задал он вопрос, акцентировав момент про землю.

А «ньера», так и вовсе произнес издевательски, хотя я все же отметила, что и эти меня определяют ньерой. Я уже хотела было подтвердить, что на своей я земле, но внезапно засомневалась. Что, если этот наглый Нож знает что-то, чего не знаю я? Драконьи Пределы – магический мир. Какова вероятность, что от данного мной ответа многое зависит?

Если честно, я не то что не на своей земле, я даже не в своем мире. Дам неверный ответ, и меня поразит молния, или что-нибудь вроде того случиться. Здесь чего угодно можно ожидать. Я далеко не все правила и реалии Драконьих Пределов знаю.

Эта мысль меня остановила от излишней болтливости. Но как тогда мне поступить?

Эх, как жаль, что рядом нет моего верного всезнайки Соника! Да и Баламут куда-то подевался…

Действительно, с момента, когда я встретила Блохастого, я больше не видела синего дракошку с зеленым хохолком. Осознав этот факт, я особенно остро ощутила собственное одиночество и беззащитность, хотя как меня мог бы защитить мелкий, едва с воробья ростом дракончик?

– Что и требовалось доказать, – улыбнулся шире Нож, с превосходством обводя взглядом свою свиту. – Она не местная, парни. И никакая не Тень, чтобы ни трепали языки. Бояться нечего. Вяжите ее и грузите на дракх! Что-нибудь да выручим за нее в борделе.

– Старовата будет, – засомневался один из бандитов, глядя на меня со скепсисом.

– Больно худосочна. Одни мослы, подержаться даже не за что, – не оценил моей стройности Блохастый.

– Зато норовиста. На таких всегда охотники есть, а товар штучный и быстро заканчивается, – глаза Ножа нехорошо сверкнули. – Если, конечно, по пути в реке не утонет…

– Стоять! – рыкнула я и, выхватив из ножен кинжал, принялась отступать.

Похоже, план по спасению заложников был мной бездарно провален. Но мужики только переглянулись и заржали, поднимая мечи. Все, кроме болезненного шутника, который уставился на мой кинжал так, словно увидел Сфиру, не меньше. Даже улыбка сошла с его лица. Он вдруг гаркнул:

– Ахаре Нирфе!