Собственность Саида (страница 7)
Взгляд прожигает между лопаток, надо бы обернуться, но видеть его не хочу. Он ведь не станет ко мне приставать? Трахать живой труп, так-то, сомнительное удовольствие, но, если он это сделает, сука, я ему вены перегрызу зубами.
–Через два часа выезжаем, соберешься, за тобой придут.
Обернулась, но мужчина уже громко хлопнул дверью.
Не понимаю, зачем я вообще ему нужна, еще куда-то везти… Если отец должен денег, то логичнее было просто где-то меня запереть, кормить водой и хлебом. Как в триллерах, присылать отрубленные части тела как напоминание о долге. Бред, конечно, что только ни придумаю после болезни.
Укуталась в банный халат, вышла. На кровати в комнате лежали вещи, а еще фен. Вот это роскошь, раньше его не было. На полу черные демисезонные ботинки на шнуровке, новые, моего размера. Еще нижнее белье, плотные колготки, длинное трикотажное платье с воротом, платок и пальто, все черное.
Странно все.
Долго сидела рядом с вещами, просто рассматривая их. Кстати, недешевые тряпки, даже могу сказать, в каком бутике города их покупали. Жукова Катька в таком одевается, хвасталась, что там шмотки прямиком из Европы. Ник крутил у виска, когда она так пафосно об этом рассказывала, выворачивая кофту и показывая нашивку фирмы.
Дотянулась до розетки, включила фен, начала сушить волосы, продолжая вспоминать свою прошлую жизнь. Ника, нашу тусовку, учебу – мне так легко все давалось, казалось, что так будет всегда и ничто не омрачит беззаботной жизни.
Отец подарил мне на двадцать два года весной белый «порше», я чуть не описалась от радости, ведь на права сдала два года назад и так хотела иметь свою «малышку».
–Ты еще не готова?
Юсуф забрал из моих рук фен, выключил его.
–Времени мало, у нас долгий путь.
–Куда? – спрашиваю еле слышно, хрипя, от этого больно скребет в горле.
–Одевайся.
Невысокий щуплый старик с морщинистым лицом смотрит строго, он сам уже собран, говорит с акцентом, показывает на одежду.
–И лучше не задавай вопросы, молчи и смотри в пол.
Как интересно. Но это точно не мой вариант.
Трогаю шею, понимая, что молчать мне точно придется, чтобы не напрягать связки. Юсуф ждет, я лишь поджимаю губы.
–Десять минут, или придется ехать в халате.
Мужчина оставил меня одну, ничего не оставалось, как начать одеваться. Белье оказалось как раз, а вот платье и пальто велики, хотя размер был мой. Волосы было нечем собрать, слабость накатывала, как и тошнота, хотела лечь, снова заснуть, как было все эти дни.
Не стала шнуровать ботинки, просто спрятала шнурки внутрь, встала, голова закружилась, проклятый вирус, он валит с ног хуже убийцы. Медленно спускаясь по лестнице, услышала голоса, говорили на чужом языке. Остановилась, прислушиваясь, в надежде понять хоть слово, но снова так ничего не смогла разобрать.
Бесит уже все это.
Впервые за несколько дней увидела Саида. Он был такой же, как и в первую нашу встречу, впечатления ничуть не изменились. Высокий, широкоплечий, злой, весь в черном, как его аура, недобрый взгляд, недовольный излом бровей, поджатые губы. Турок оглядел меня с ног до головы и остался еще больше чем-то недоволен. На моем лице, видимо, отразилось то же самое, я также не пребывала от него в восторге.
Выйдя на крыльцо, первый раз в этом году вдохнула свежего воздуха, стоял такой же мороз, как и в день моей свадьбы, ярко светило солнце, сразу стало резать от него глаза. Юсуф, взяв меня за локоть, отвел к черному внедорожнику, посадил в салон, отдавая приказы охране, которая загружала багаж в другую машину.
Я вновь оказалась рядом со своим похитителем. Или кто он мне? Если человека просто ему отдали? Хозяин? Господин? Для меня он будет просто чудовищем.
Он не смотрел в мою сторону, да и мне было все равно из-за слабости и жара, что снова появился. Откинулась на спинку, пытаясь согреть руки в карманах пальто, машина тронулась, мы наконец выехали за ворота.
Узкая дорога, по ней бы я точно далеко не ушла, вокруг только высокие сосны, засыпанные снегом, и ни одного дома. Трасса появилась лишь минут через двадцать, я все пыталась понять, где мы находимся и куда едем, но постоянно чувствовала взгляд Саида, от него и непонимания ситуации становилось страшно. Как бы я ни хотела не думать о том, что будет дальше, не получалось.
Юсуф сидел впереди, за рулем – один из троих охранников, даже имени его не знаю. Саид периодически с кем-то разговаривал по телефону, когда переходил на русский, я напрягалась. Но те услышанные фразы никак не могли быть мне полезными.
Болезнь и усталость взяли свое, заснула, так и не поняв, куда мы едем.
–Эй, вставай, приехали.
Первое, что услышала, – шум самолета, а потом то, как огромный крылатый лайнер взмывал в небо, мигая огнями. Аэропорт, я здесь была не раз, он в соседней области, отсюда летает больше международных рейсов, чем из нашего города.
–Зачем мы…
Снова прохрипела, поморщилась от боли. Но меня никто не пытался понять или сказать, для чего мы здесь. Провожаем Саида? Или его охрану? Стеклянные двери, большое пространство, много людей. Здесь легко можно затеряться и убежать, вот он – мой шанс.
Но как только я, воровато обернувшись, делаю шаг в сторону, меня хватают за руку и до боли сжимают кисть. Саид дергает на себя, смотрит в глаза, в них обещание всех египетских казней и кругов ада.
–Если ты хоть подумаешь о какой-нибудь провокации или совершишь ее, на твоем теле появится на один шрам больше, а твоему мужу отрежут руку.
Он говорит это на полном серьезе, произнося без акцента каждое слово. По коже идет мороз, в другой раз я бы рассмеялась в лицо от сказанного бреда, но не сейчас. Саид сделает все это, и мне страшно не за себя, а за Никиту, я все еще не верю, что он предал меня.
–Внимание, начинается регистрация на рейс номер сто пятьдесят четыре Турецких авиалиний следующий по маршруту N – Стамбул…
Стамбул?
Он что, реально увезет меня из страны? Как такое возможно, у меня нет паспорта, я не щенок или котенок, которого можно закрыть в переноске и перевезти через границу!
–Ты поняла меня, Да-а-арина? – тянет мое имя, до хруста сжимая кисть, источая ненависть.
Глава 10
Последние несколько дней у меня стойкое ощущение, что я попала в другой мир с иными законами. Я уже не говорю об адекватности поступков некоторых людей, я боюсь за свое душевное здоровье. Как бы мне не свихнуться и не поверить, что все, происходящее со мной, это нормально.
Хочу послать Саида далеко и надолго, но берегу связки, лишь выдергиваю из его хватки руку, шиплю сквозь зубы, уничтожая взглядом. Но мужчина лишь только улыбается, проводит по белым ровным зубам кончиком языка.
Господи, я скоро после этого его жеста, этой дурацкой привычки извращенца буду в припадке биться. Вот бы хоть кто-нибудь выбил ему зубы.
Странно, но при всей трагичности моего положения я не падаю духом, просто я понимаю, что могут настать времена, когда действительно можно будет упасть и уже не собрать себя. Надо найти способ сбежать, вырваться, найти полицию, охрану аэропорта да кого угодно, кто сможет помочь.
–Идем.
Саид тащит меня за руку, не сопротивляюсь, идет широкими шагами, а меня вновь начинает трясти от его прикосновения. От быстрого шага вновь накатывает слабость, хочу просто сесть и закрыть глаза, отдышаться, но не дают.
У стойки регистрации много народа, но мы подходим совсем к другой, туда, где обслуживают VIP-клиентов авиакомпании. Мне на самом деле сейчас интересно, как Саид меня провезет. Оформит как багаж?
Блондинка в синей униформе и с розовым блеском на полных губах улыбается, поправляет шейный платок. Я хочу обратить ее внимание на себя, но эта дура смотрит на Саида, словно перед ней непонятно какое божество во плоти.
–Здравствуйте, чем могу помочь? – спрашивает по-английски, ну хоть этот язык я могу понять.
–Стамбул. – Четкий ответ, и два паспорта ложатся на гладкую поверхность стойки.
–Да, конечно, одну минуточку, мистер Джалал.
Паспорт? Откуда у него мой загранпаспорт? Меня что, отдали со всеми документами, родословной, сертификатом о прививках и датами случки?
–Я… девушка… помогите мне. – Каждое слово дается с трудом, но она меня не слышит.
–Дарина, ты что-то хочешь сказать? – Саид обращается ко мне, тянется, гладит по щекам костяшками пальцев, царапая кожу камнем в кольце на мизинце. – Твой шрам еще болит? Тебя это беспокоит?
Слова четкие, тихим голосом, не хочу, чтобы он трогал меня, отворачиваюсь. По спине течет холодный пот, он не даст сказать мне ни слова. Но даже если эта тупая курица в униформе и услышит меня, то не поверит.