– Дар предвидения – это дар предчувствия, Саламан. Именно предчувствие двадцать лет назад направило меня прийти сюда и отыскать среди множества звезд самую редкую комету. Именно предчувствие заставило меня найти сведения о ней не в книгах по астрономии, а в писаниях очевидцев того времени. Так я понял, что мы снова входим в столетие дракона, и убежден в этом до сих пор. Думаю, скоро мы узнаем, кто из нас – ведьмы или я – в итоге окажется прав. Достаточно на сегодня?

Уходить из астрономического зала не хотелось совершенно. Я бы, наверное, часами могла сидеть вот так и смотреть на бескрайние темно-синие просторы. Космос затягивал, звезды манили. До дрожи хотелось окунуться в это безграничное озеро, в котором просто не существовало дна.

Попрощавшись с профессором, я вышла в комнатку с книжками, а затем спустилась по лестнице в основной читальный зал библиотеки. Находилась под большим впечатлением от увиденного и услышанного. Настолько, что почти забыла про Нирэла, который до сих пор сидел за одним из столов, уткнувшись в книгу.

За то время, пока я была на занятии, он даже позы не изменил. И что еще удивительнее, рядом с ним не вилась его вездесущая невеста.

И тем не менее я не стала к нему подходить. Выбрав самый дальний стол, скрытый от основного зала с двух сторон шкафами, а с третьей – высокой полкой, украшенной разросшимися цветами в горшках, нашла необходимые книги по предметам и села их изучать.

Хотела за сегодня пройти шесть-восемь тем по истории, но просто прочесть их было мало. Требовалось тщательно изучить и законспектировать, чтобы сдать работы на проверку и быть допущенной к зачету.

Не понимая, как надолго могу остаться здесь, я желала подготовиться к любому исходу.

– Придешь сегодня заниматься? – спросил Нирэл, ожидаемо подсев ко мне.

Не прошло и пяти минут, как третьекурсник появился рядом. Я знала, что после вчерашнего и тем более сегодняшнего он обязательно ко мне подойдет. Пусть еще хорошо с ним знакома не была, но идеальные мальчики просто не вели себя иначе.

А уж если учесть, что я задела его гордость…

Я молчала, играя на его нервах.

– Салли, – окликнул он меня, склонившись к столу, чтобы заглянуть мне в глаза.

– А твоя невеста не будет против? – поинтересовалась я, так и не взглянув на него.

Все мое внимание было направлено в текст книги. Четвертый абзац я перечитывала уже по второму кругу, потому что совершенно не улавливала смысл.

– Не я ее себе выбрал, Саламан. Ты пришлая и ничего не знаешь о внутренних законах семей. У меня никто не спрашивал, нужна ли мне вообще невеста. В один из дней меня просто поставили перед фактом.

– Сочувствую, – произнесла я вот вообще неискренне, потому что от перемены слагаемых сумма не менялась. – Но факт остается фактом: у тебя есть невеста, и она будет против.

– Она не сможет быть против, если ничего не узнает, – нашел парень как мне возразить.

Я даже взглянула на него, опешив.

– Серьезно? Будем бегать от Ребэки и прятаться по углам?

– Почему бы и нет? Мы ведь просто тренируемся, не так ли?

И взгляд такой честный-честный, максимально невозмутимый, прямой, пронизывающий. Нирэл пытался меня прогнуть – я, безусловно, это ощущала. А еще чувствовала скрытую злость, которую долго в себе он хранить не смог.

– Ты ведь специально сегодня сидела на коленях у Бэкрива? И поцеловала его специально. Чтобы вызвать у меня ревность.

Окончательно отложив книгу, я позволила себе намек на улыбку:

– Думаешь?

– Для меня это очевидно. Он тебе точно не подходит.

– Почему ты так считаешь? – удивилась я.

Нет, конечно, я и сама не рассматривала белобрысого в качестве парня. Вообще никого не рассматривала, если быть откровенной, но если бы захотела…

– Почему? – переспросил Дарвуд. – Он невоспитанный, неотесанный, одиночка без семьи и рода. Он не сможет ничего тебе дать. Ты пришлая, Саламан. Тебе нужен тот, кто знает о Темной стороне все.

– Думаешь, лучше выбрать себе в парни месье Шрафта? – осведомилась я сухо, имея в виду преподавателя по истории.

Мне совершенно не понравилось то, как Нирэл отозвался о Персиди. Настроение мгновенно испортилось.

– Ты прав, я пришлая. И у меня тоже нет на этой стороне ни семьи, ни рода. Никого, кто мог бы за меня заступиться. Но это неважно. На самом деле Перси хотел помочь достать для меня третий допуск.

Третьекурсник попытался что-то сказать, даже рот открыл, но я его опередила:

– Я отказалась от его помощи. Завтра днем у меня будет возможность достать себе допуск. Мадам Пелисей пригласила меня на разговор.

– Салли, ты сумасшедшая, если собираешься провернуть кражу днем. Не смей этого делать, – внезапно запретили мне. – Если тебя поймают, наказание не закончится на выдворении из академии. Кража – это значительный проступок, и тебя будут судить по нашим законам.

– Что-то вы об этом не думали, когда лезли в кабинет директора, – буркнула я раздраженно.

Пересев на тот стул, что был ближе ко мне, Нирэл со всей серьезностью заявил:

– За меня есть кому заступиться, Салли, а на Персиди мне плевать. Но не плевать на тебя. Если тебе так нужен пропуск, я готов уступить свой.

Это было крайне благородно с его стороны и очень ожидаемо. Такой, как Дарквуд, просто не мог оставить девушку в беде. Ему бы не позволило это сделать воспитание.

Но и я была из тех гордецов, что невыносимо горды своей гордостью. Вынуждала его сказать эту фразу лишь затем, чтобы иметь запасной план на случай провала. Не собиралась отказываться от возможности залезть в ящик к мадам Пелисей еще раз. Тем более что мне все еще требовался пропуск в город.

Мы начали это дело втроем. Втроем и должны были закончить.

– А ты как же? – осведомилась я, пока не спеша благодарить парня.

По крайней мере, до тех пор, пока допуск не окажется у меня в руках.

– У меня шансов раздобыть новый гораздо больше.

Отчего-то залюбовавшись моей шеей, он улыбнулся. Смотрел недолго. Буквально через миг взгляд вернулся к глазам. Еще немного, и я решила бы, что он намеревается меня поцеловать, но за стол у противоположной стены села незнакомая мне студентка.

Нирэл мгновенно увеличил дистанцию. Этим я и воспользовалась. Уже знала, зачем допуск в преподавательскую библиотеку нужен Персиди, хотела получить ответ и от второго парня.

– Зачем тебе вообще в хранилище? – спросила я прямо.

– У каждого из нас свои причины, Саламан, – произнес третьекурсник, явно не горя желанием отвечать. – В книгах каждого рода хранятся записи не только о хитросплетении семейного древа. Там еще указан уникальный дар каждого рожденного в полночь. И, говорят, иногда даже предназначение.

– Но почему тогда просто не рассказать каждому Полуночнику, какой у него дар? – искренне удивилась я, не понимая подобных сложностей. – Так было бы гораздо легче.

– В том-то и дело. Смысл нахождения в академии состоит в том, чтобы выяснить свой дар в процессе обучения, попутно набирая другие новые навыки. Если вампир будет знать свой основной дар, он не станет пробовать развиваться в других направлениях. Сила, ловкость, острое зрение или слух, гипноз – все это сопутствующие основному дару способности, – объяснил Нирэл.

Я прониклась этой информацией. Если бы каждый Полуночник развивал только то, в чем он хорош, то Темная сторона перестала бы существовать в том виде, в котором она процветала сегодня. Ярким примером неправильности этой стратегии являлись канувшие в лету Охотники.

Точнее, почти канувшие. Сейчас они выделывались на Светлой стороне.

– Так что? Встретимся у озера после ужина? – напомнил Дарквуд о самой первой теме нашей беседы. – Можешь прихватить с собой домашку. Объясню, если что-то не ясно.

Мгновенно раскусив парня, я усмехнулась.

– Это ты так перестраховываешься, чтобы я точно пришла?

Его лукавая улыбка четко говорила о положительном ответе на мой вопрос. Я понимала, что нужно было отказаться. Это попросту неправильно – тайно встречаться с тем, у кого уже есть невеста, пусть она хоть тысячу раз навязана.

Да, это было неправильно и шло наперекор всем моим принципам…

Но я согласилась.

***

– Салли, это было так ужасно! – выговаривала мне Д-Ролли, пока я после ужина собирала в рюкзак тетради с невыполненной частью заданной на завтра домашки. – Да как он посмел так себя повести?! Это же немыслимо! Он опозорил тебя перед всеми курсами и преподавателями!

– Я просто сидела у него на коленях. Неприятно, но не смертельно, – отмахнулась я, продолжая выискивать все необходимое.

Как ни странно, вечером за помеченным мною столом мы с рыжей ужинали в одиночестве. Ни Персиди, ни его друзья в столовую так и не явились.

– Но вы же целовались! На глазах у всех! – воскликнула она возмущенно, но, так и не найдя во мне поддержки, села рядом и тихо спросила: – А что он тебе шептал?

– Предлагал добыть третий допуск, – ответила я чистую правду.

В этой академии Д-Ролли являлась тем самым человеком, который знал обо мне и моих планах больше остальных, так что я не видела смысла скрывать от нее тему нашей беседы.

Девушка вновь загорелась негодованием:

– Я надеюсь, ты отказалась? Знаю я таких. Попросит о-го-го и ни котла не сделает.

Я улыбнулась, услышав новое выражение из уст соседки. Либо она слишком часто общается с ведьмами, либо в ее родословной все-таки потоптался кто-то из этих предприимчивых дамочек. Иногда она говорила до невозможности смешно, но при этом с самым серьезным выражением лица.

– Конечно, отказалась, – решила я не посвящать впечатлительную девушку во все подробности наших извилистых договоренностей.

– Вот и правильно, – похвалила она меня. – Думаю, тебе действительно стоит побыть в академии подольше. Я тут почитала про Охотников в свободное время. Из дополнительной литературы, – добавила важно.

И я вот даже не сомневалась, что это совершенно точно была дополнительная литература. Учитывая жадную любовь Д-Ролли к книгам, она, наверное, уже весь доступный ассортимент в академической библиотеке изучила.

А рыжая тем временем продолжила, выражая искреннюю обеспокоенность:

– Тот гад, что преследовал твою маму, он и правда не отступится. Будет лучше, если у него не возникнет рычагов давления на нее, – повторила она то, что я уже знала и даже слышала от родительницы. – Ты куда-то собираешься? Я думала мы вместе сходим погуляем. Меня Бурок и Велингин пригласили посидеть в беседке. Я их видела, когда шла в корпус. В одиночестве, между прочим, потому что кто-то от меня сбежал. Они, кстати, только из города вернулись.

Чем больше Д-Ролли рассказывала, тем краснее становились ее щеки. Сама она при этом приобретала какой-то романтично-одухотворенный вид. Глаза блестели, лицо горело. И если бы я не знала причину ее отличного настроения, то подумала бы, что у нее лихорадка.

– Но я без тебя не пойду! – мгновенно встрепенулась она с видом человека, который только что очнулся. – Вдруг там опять этот белобрысый будет.

– Его зовут Персиди, дорогая, – напомнила я с улыбкой. – Прости, но мне нужно обратно в библиотеку. Сама понимаешь, задания сами себя не сдадут. Чтобы меня допустили к зачетам, стоит как следует постараться, а времени в обрез. Но завтра обязательно погуляем. А ты иди, – подтолкнула я ее, прекрасно понимая, что это едва ли не первое общение рыжей с парнями в принципе. – По-моему, они и правда были милыми.

– Не то что этот Персиди, – все же вставила она свое недовольство и здесь. – Представляешь, их отправляли защищать Ребэку и ее подружек на задании. В людском колледже один парень…

– Обязательно дослушаю эту историю, когда вернусь! – произнесла я и спешно обошла словоохотливую соседку. – Желаю хорошо провести время!

Последнюю фразу я кричала уже из коридора. Не бежала, но и не медлила. В столовой на ужине Нирэл сидел со своей невестой, а потому перекинуться парой слов мы просто не могли.