Записав все имена и даты, все крупные события, связанные с первыми провидцами, что вошли в историю, я попросила профессора не прогонять меня. Не было никакого желания возвращаться обратно в корпус первокурсников. Пришлось бы рассказывать Д-Ролли о своей неудаче и не только о ней.

На вопрос, во сколько вчера пришла, я девушке утром так и не ответила.

Объяснив, что никак не может оставить меня в астрономической комнате в одиночестве, профессор тем не менее разрешил мне заняться домашними заданиями. Сам же расположился недалеко от меня, углубившись в документы, которые принес.

Так мы и просидели до самого ужина. Я старательно натягивала рукав водолазки поверх прикипевшего ко мне артефакта, а он делал вид, что не замечает моих странностей. Причем преподаватель очень помог мне с гипнозом.

– Это на вас так астрономическая комната действует. Космос завораживает и успокаивает, – объяснил он с улыбкой, когда у меня впервые за день получилось полностью очистить мысли и провести в состоянии, похожем на транс, около получаса.

Я и сама изрядно удивилась, войдя в это странное ощущение полного умиротворения. И наконец поняла, что именно имела в виду мадам Лоджо. А еще, когда я очнулась, почему-то почувствовала себя значительно лучше. Отдохнувшей.

– Это приятное дополнение при работе с гипнозом, – подтвердил мои догадки профессор. – Но на самом деле далеко не у всех получается войти так глубоко в это состояние. Для работы с людьми обычно хватает поверхностного владения этим даром. Но вы, несомненно, унаследовали способности к гипнозу от своей мамы.

– Вы ее знаете? – зацепилась я за слова мужчины.

Именно сейчас до меня наконец дошло, что о своем отце я могла узнать не только от директрисы или Самописца. Имелись и другие свидетели маминой студенческой жизни. Например, преподаватели.

В душе мгновенно зародилась буря. Надежда, нетерпение, желание разобраться с этой загадкой как можно скорее – мной безраздельно завладели эмоции.

– Я помню ее студенткой. Удивительно красивая девушка. Внешностью вы тоже пошли в нее, – сделали мне комплимент, от которого я на миг зарделась.

Но так просто меня было не сбить с истинного пути.

– Может быть, вы и отца моего помните?

– Отца? – Задумавшись на секунду, мужчина нахмурился. – Я пришел преподавать в академию, когда ваша мама уже училась на последнем курсе. Я преподавал у их группы землеведение, но близко со студентами не общался. Наверное, этот вопрос лучше задать куратору их курса. Конечно, если Орнина вспомнит студентов тех лет. Кажется, она сейчас и ваш куратор тоже.

Услышав, кто именно был куратором маминой группы на протяжении всего ее обучения в академии, я и расстроилась, и одновременно обрадовалась. Мадам Велби могла помнить, с кем именно имела отношения моя родительница, но расскажет ли?

Эта вредная дама, пожалуй, была упрямее директрисы и мадам Лоджо, вместе взятых.

Поблагодарив профессора за помощь и возможность позаниматься в астрономической комнате, я в числе других студентов, покидающих библиотеку, отправилась в столовую.

Д-Ролли еще не пришла – наш столик пустовал. Но это не помешало мне наполнить поднос всевозможными вкусностями. Однако стоило только отойти от раздаточных столов, как меня грубо толкнули в спину.

Я чудом удержала поднос и ничего не уронила. Только компот слегка расплескался.

Медленно повернувшись, намереваясь высказать наглецу все, что я думаю о его неуклюжести, я встретила три злобных взгляда, обращенных ко мне.

– Ребэка, ты сдурела? – поинтересовалась я, по-прежнему держа и себя, и поднос в руках.

– Я сдурела?! – вызверилась она, попытавшись ударить по подносу.

Но я вовремя увела его в сторону и от греха подальше поставила на ближайший стол, мрачно сложив руки на груди. Пахло жареным, и к курице, остывающей на моей тарелке, эти три физиономии не имели никакого отношения.

Поджав губы оттого, что испортить мне одежду не удалось, Ребэка пошла в словесное наступление:

– Не смей приближаться к моему жениху, грязное ты отродье! Я уничтожу тебя, если ты еще хоть раз хотя бы взглянешь на него! Ты уяснила, оборванка?

Я молчала. С улыбкой выслушивала угрозы и думала о том, что вчера оказалась права. Но лишь наполовину. За мной совершенно точно кто-то следил. Только это была не Ребэка, раз она не устроила скандал еще вчера.

Нет, это был кто-то другой. Кто-то, кто сегодня принес ей информацию на блюдечке.

– …мерзкая тварь! Твоя мать…

Решив, что уже выслушала достаточно, а прислушивающихся к нашему скандалу все больше, я с грустью глянула на свою тарелку с супом. Еще пять минут назад я планировала его съесть, но теперь с удовольствием и решимостью взяла в руки и…

Все так же молча перевернула содержимое тарелки прямо над головой Ребэки. Ее подружек зацепило лишь краем.

Словесный понос прервался мгновенно. Длинная лапша повисла на вымокших волосах.

Я понимала, что теперь меня раньше времени выпнут из академии. Понимала, что еще не успела узнать, кто мой отец, но ничего не могла с собой поделать. Эта выходка принесла мне невероятное по своей силе удовлетворение.

– Еще раз посмеешь толкнуть меня, и я сломаю тебе руку, – произнесла я тихо, но твердо. – Еще раз попробуешь оскорбить меня, и я поставлю тебе синяк под глазом. Я не стану терпеть твои истерики, Ребэка. И я не угрожаю, я ставлю тебя перед фактом. А пока ты наконец-то заткнулась, подумай вот о чем: я тебя услышала и к твоему жениху больше не подойду. Но что делать, если он подойдет ко мне сам? Может, тебе стоит поговорить именно с ним?

Нирэл словно знал, когда появиться в столовой. Решив, что с меня на сегодня достаточно, тем более что аппетит пропал напрочь, я направилась на выход и прошла мимо парня.

Удивилась лишь на миг. Кожа вокруг его глаза изрядно покраснела, будто там вот-вот собирался налиться синяк.

Останавливаться и спрашивать о том, что случилось, было выше моих сил. Несмотря на наши с Ребэкой отношения, я обещала ей, что больше не подойду к ее жениху и свое слово собиралась держать.

Для меня и правда было трудно переступить через свои принципы, так что я даже испытала своего рода облегчение. Симпатия Дарквуда, пусть она и являлась взаимной, давила на меня, заставляя нервничать.

Выбравшись на улицу, я не пошла в корпус. Не хватало еще встретить Д-Ролли по дороге. Была не готова к объяснениям. Внутри бурлила злость. Мне следовало сначала успокоиться.

Лучше всего с самого детства меня успокаивали качели.

Добравшись до ближайших, я села и начала лениво раскачиваться одной ногой. Рядом стояли другие качели, а чуть правее – та самая беседка, куда рыжая вчера бегала на свиданку.

Тихо, уютно, спокойно. Здесь мне и правда дышалось легче, чем на Светлой стороне, но одновременно с этим существовало слишком много но. Да хотя бы эта дурацкая перчатка, спрятанная за натянутым рукавом водолазки. С Нирэлом я больше не планировала общаться, но он был единственным, кто наверняка знал, как ее снять.

Ощутив, что качели кто-то подталкивает, я молниеносно обернулась. Позади меня невозмутимо стоял Персиди. Вокруг его глаза тоже расходилась наливающаяся отеком краснота.

– Вы что, подрались, что ли? – усмехнулась я, вообще не подозревая, что попала в самую точку.

– Ты же попросила Дарквуда что-то сделать, чтобы директрису срочно вызвали в столовую, – ответил он лениво.

– И вы решили подраться?!

Я опешила. Даже никак не отреагировала на то, что парень меня легонько раскачивает.

Он мягко улыбнулся одним уголком губ.

– Получилось результативно. Да и повод нашелся, как ни странно. А у тебя, как я понимаю, не получилось достать допуск.

– С чего ты взял? – нахохлилась я, не желая признаваться в своей беспомощности.

Персиди улыбнулся шире, нервируя меня еще больше.

– Потому что артефакт «Воздушная рука» одноразовый и он все еще на твоей руке.

Выдержав его насмешку, я была вынуждена скупо признаться:

– Я не разобралась, как его активировать.

Обсмеивать меня еще больше белобрысый, к моему удивлению, не стал. Обойдя качели, сел на соседние и попытался взять меня за руку.

С первого раза я не далась.

– Я только покажу, – произнес он и поднял руки вверх, будто сдавался.

Лишь тогда я с опаской протянула ему плененную ладонь.

– Любой изготавливаемый ведьмами артефакт срабатывает на какое-то определенное действие, – рассказывал он, поглаживая мое запястье. – Чтобы активировать этот, нужно сделать вращательное движение кистью. Вот так.

Мягко управляя моей рукой, он тут же отдернул свои, стоило вокруг артефакта зародиться серо-синей воронке. Она походила на бушующее море с пеной, которая образовывалась от ударов волн о скалы. А еще, как ни странно, холодила руку, но не так, как если бы я приложила к ней лед. Ощущения были такими, будто вокруг кисти крутился холодный порывистый ветер.

– И как его теперь выключить? – поинтересовалась я, завороженно изучая взглядом увеличившуюся воронку, вобравшую в себя мои пальцы.

– Выключить? – искренне удивился Персиди. – Никак. Он одноразовый, Саламан, а ведьмы привыкли не оставлять после себя улик, так что…

Перчатка исчезла с моей руки вместе с воронкой. Ощупав абсолютно чистую сухую теплую руку, я почувствовала только собственную кожу. Ведьмовской артефакт действительно растворился, словно и не было, но я не взглянула на белобрысого. И даже благодарить его за помощь не торопилась, потому что…

– Это ты рассказал Ребэке, что мы с Нирэлом вчера встречались после ужина?

Задав не очень-то и волнующий меня вопрос, потому что от правды ничего бы не изменилось, я посмотрела парню прямо в глаза.

Наши взгляды скрестились.

Он молчал с легким намеком на наглую, самодовольную ухмылку, лишь подтверждая мою догадку, но минутой позже все же скупо признался:

– Я же сказал, что повод нашелся.

– Мерзавец, – выплюнула я, отвернувшись.

– Я? – громко удивился он, усмехаясь. – То есть невеста есть у него, а мерзавец я?

Я на выпад парня ответила молчанием. Просто потому, что он был прав. Нет, меньшим мерзавцем Персиди от этого не становился, но и Нирэла не получалось причислить к добропорядочным ангелам.

– Как ты узнал о нашей встрече? – спросила я хмуро, качнувшись.

Оттолкнувшись ногами, блондин тоже начал раскачиваться.

– Ты не пришла в беседку вместе с соседкой. Рыжая сказала, что ты ушла заниматься в библиотеку. Но вечером ты там не появлялась.

В голосе парня снова слышалась улыбка. На перемены в его настроении у меня уже начинала вырабатываться аллергия.

– Тогда я пошел к забору между территориями. Дарквуд в прошлые годы часто водил на земли к Охотникам понравившихся ему девчонок.

Я сделала вполне логичные выводы:

– У него тогда еще не было невесты?

Но логика на этот раз не сработала в мою пользу.

– Была, – с усмешкой ответил Персиди. – Но она еще не училась в академии, так что здесь его руки были развязаны.

Я помрачнела еще сильнее. Настроение испортилось безвозвратно. Нирэл совсем не походил на бабника, но что я вообще знала о парнях?

А впрочем, да, знала. Дарквуд еще при первом знакомстве напомнил мне мажоров из старших классов, а те всегда вели нечестную игру и пользовались наивными девушками направо и налево.

При этом каждая из них знала, что верить им нельзя. Но едва очередь на повышенное внимание доходила до них, они теряли последние мозги и со всей страстью окунались в роман, который всегда заканчивался драмой.

Потому что они желали обмануться.

Потому что искренне надеялись, что уж с ними-то у этих идеальных мальчиков самые настоящие отношения.

– Ладно, я пойду.

Намереваясь уйти в корпус, я спрыгнула с качелей. Но меня тут же поймали за руку. Сжали не сильно, но настойчиво, отчего пришлось обернуться.