– Ты такая… необыкновенная, – восторженно пролепетала Дженна, глядя на демоницу снизу вверх. – Единушка, сколько же разных тварей ты создал!

– Так во что ты хочешь поиграть? – торжествующе усмехнулась суккуб, низко склонившись над присмиревшей жертвой.

– …А потрогать можно? – простонала чародейка. – Умираю от любопытства! – Не дожидаясь ответа, она ловко ухватилась за рога, потянув их на себя. – Красота! Прямо произведение искусства! А крылья-то! Див, ты видал такие крылья?

– Эй, отпусти, – обиделась демоница.

– Какая мощь! – Держась одной рукой за рог, другой Дженна опрокинула суккуба на колени и ощупала её крылья. – Вы летаете на них? По-настоящему? Ах, как же я завидую!

– Ай-ай!

– Что такое, не нравится наша игра? – ухмыльнулась бывшая наёмница. Она и раньше знала, какие точки на теле позволяют контролировать жертву, а теперь, став чародейкой, буквально видела их. – Смотрю, у тебя чувствительные рожки. Они волшебные? На них так много каналов витали… А тут у нас что? – девушка отпустила крыло и потянулась к хвосту. – Какой приятный на ощупь: твёрдый и бархатистый… А чем вы размножаетесь? Хвостами или тем, что под ними? Как же удачно, что ты голенькая…

– Нет у вас, у учёных, стыда, – с укоризной заметила суккуб.

– Ах, это у меня нет стыда? – возмутилась Дженна. – Пока я тут болела, ты залезла ко мне под одеяло, чтобы выпить мою жизненную силу, а стыда нет у меня? Ну, хватит! – девушка оскалилась в недоброй улыбке и стиснула раскалившиеся магией пальцы на хвосте так, что демоница тихонько взвизгнула. – Довольно я повидала на своём пути тварей и погубила тоже немало. Предупреждаю, не нужно шутить со мной и уж тем более враждовать…

– Я не имею право причинять тебе боль… Я лишь хотела сделать приятное, – повторила суккуб слабым голосом, – а заодно попробовать чуточку твоей витали – совсем малость… Поверь, здесь у тебя нет врагов… – Она склонила голову в поклоне. – Я Эфедѐра из рода Уирѐнса, серых суккубов. Меня поставили охранять покой важной гостьи, пока та набирается сил. Ты выздоровела, и я… не сдержала любопытства.

– И что же во мне такого любопытного? – с сомнением прищурилась Дженна.

– Все знают, что ты близкий друг хранителя Индра! – торжественно объявила суккуб. – Он принёс тебя во дворец на собственных руках.

– Стоило догадаться! Только Индрик мог поставить на стражу суккуба, – усмехнулась Дженна. – А где я, кстати? – она обернулась. – И почему за окном лето?

– Ты во дворце Зэа̀риана Эльзѐнита, владыки Амира, – ответила суккуб и всхлипнула: – …Пожалуйста, Дженна, отпусти мой хвостик.

– Ты знаешь, как меня зовут, – кивнула чародейка, разжимая пальцы. – Что ж, извини, Эфедера Уиренса, если задела тебя за… личное.

– Causa finita est⁵, – с облегчением вздохнула демоница, отползая на край широкой кровати.

– Ты говоришь на древнеальтирском? – подметила чародейка. – Я думала, в Ферихаль используют элибирский или падарский…

– Отец Элибир подарил алфавит эльфам, Падар – сидам, а нам, демонам, милее Альтир, – сказала Эфедера, растирая пострадавший хвост.

– М-м, оказывается у учёных и демонов есть нечто общее, – усмехнулась Дженна.

Она спрыгнула с кровати, прихватив с собой одно из покрывал. Завернувшись в розовый шёлк, девушка распахнула ставни настежь. Птички, сидевшие снаружи, точно разноцветные брызги, разлетелись в разные стороны и с криками исчезли в раскидистых кронах деревьев.

Где-то далеко под ними вились белокаменные улицы, сияли на солнце площади и водоёмы. Крыши домов рассыпались по городу, словно ракушки по берегу изумрудного моря. Высокие леса, обрамляющие столицу, переливались живой музыкой птичьих и звериных голосов.

– О боги, как же красиво! – ахнула Дженна.

– Зимой в лесах Су довольно дождливо, но сегодня погода солнечная, – прозвучал за её спиной низкий голос суккуба.

Чародейка ощупала босыми ступнями мощное щупальце лианы, образующее подоконник, и вышла по нему наружу, словно на балкон. Аккуратно придерживаясь за канаты вьюнов красноцвета, девушка обернулась назад, чтобы оглядеть сам дворец.

Сооружение состояло из множества башен, по форме напоминающих сросшиеся в друзу кристаллы. Их обвивали лианы, покрывали ковры лишайников и веера трав. Покои Дженны находились в одном из таких кристаллов. Он был не самым выдающимся, но и от этой высоты у девушки закружилась голова.

– Ты так сияешь, учёная, – пропела Эфедера Уиренса, замерев позади неё.

– Говорят, что я дочь Солнца, – пожала плечами чародейка, оглянувшись.

Суккуб успела облачиться в узкое платье из многослойного шёлка под цвет своих волос. Её рога, крылья и хвостик пропали. Зелёная кожа стала золотистой, приняв цвет уже не плодов, а оливкового масла. Теперь рядом с Дженной стояла обыкновенная, хотя и рослая женщина. Демоница была на голову выше чародейки и шире в плечах, однако это нисколько не отражалось на изяществе и плавности её движений.

– Кстати, где твоё оружие, если ты охранник? – поинтересовалась Дженна, возвратившись в комнату. – И где мой меч? Моя одежда, мои вещи… – она испуганно расширила глаза. – А сколько времени я здесь провела? Какой сегодня день? Где хранитель Индр? И его друг…

– Пресветлый Индр был один, – ответила суккуб. – Оставив тебя, он ушёл и с тех пор не возвращался. Ты пролежала в постели почти месяц.

– Месяц?! – горестно воскликнула Дженна. – Их нет уже целую луну?

– Ну вот, твой свет потускнел, – опечалилась Эфедера. Она отошла и, отодвинув одну из ширм, скрывавших часть комнаты, приблизилась к большому сундуку. – Красноцвет питал тебя много дней, и твоя страсть пахла его мёдом, а теперь…

– А теперь? – чародейка задрала голову, изучая изгибы демоницы.

Многослойные шелка, ниспадающие по её груди и бёдрам, как будто бы и скрывали наготу, но при каждом шаге мягко колыхались, то и дело приоткрывая завесу тайны.

– Болотцем отдаёт… – откликнулась суккуб.

Она погрузила руки в недра сундука и через некоторое время извлекла на свет платье из красной шерсти, затем меч и рябиновые бусы… Дженна удивилась: а бусы-то как здесь оказались? Может быть, Индрик решил, что приношение для лесной нечисти – не что иное, как любимое украшение девушки, и без него она ну никак не может показаться в Амире?

Эфедера замерла, как зачарованная, рассматривая переплетённую красными лентами нить со стеклянными шарами и засохшими ягодами рябины.

– Какие красивые, – сладко пропела она. – В Ферихаль такие ягодки не растут…

–Эй! – окликнула её чародейка. – Да это рябина обыкновенная! Говоришь, «болотцем» – в смысле я пахну жабалакой?

– Нет-нет, скорее змеями, – очнулась демоница. – Хранитель сказал, что будет в Ферихаль к Празднику полной луны, когда день сравняется с ночью. – Она нарочито медленно, с демонстративным сожалением убрала бусы и, вернувшись к чародейке, протянула ей меч и платье. – Не волнуйся, Дженна. Слово хранителя – закон.

Дженна смутно себе представляла, что за закон может заключаться в словах странствующего певца, любимца девиц и любителя гулянок при полной луне. Не желая комментировать данное утверждение, она молча отобрала у Эфедеры свою одежду. Отыскав в кармане чёрное перо коршуна, девушка прижала его к груди и осторожно прислушалась. Витали Сайрона незамедлительно отозвалась на её прикосновение, и чародейка с облегчением вздохнула.

– Только не думай надевать свои обноски, – предупредила Эфедера. – Ты во дворце, а не в диких лесах…

Суккуб приблизилась к стене, густо увитой плющом. Присмотревшись, Дженна различила среди зелени створки дверей.

– …Пожалуй, мне придётся привыкнуть к вашим обычаям, – нахмурилась она, озадаченно наблюдая, как демоница открывает стенной шкаф и вынимает из него тонкие шелка цвета морской волны. – Умоляю, скажи, что это исподнее!..

– Пока ты спала, лучшие портные изготовили одежды согласно твоей фигуре и статусу, – торжественно провозгласила суккуб, демонстрируя Дженне одно из полупрозрачных одеяний, усыпанное бисером из лунного камня.

– Какой-то подозрительный у меня статус, – буркнула Дженна, поправив на груди покрывало. – Не хочется обижать ваших портных, но в этом одеяле мне было бы комфортнее, чем в их творениях…

– В задней комнате есть бассейн для омовения, зеркала и косметика, – Эфедера проигнорировала высказывание своей несведущей в моде госпожи. – Если понадобится моя помощь в наведении красоты, сообщи. А пока ты будешь купаться, я распоряжусь о завтраке.

Войдя в купальню, чародейка вновь ахнула. Полы и стены в ней были выложены изразцами эмалевых цветов, дно бассейна – усыпано мелким розовым песочком. Вода оказалась тёплой, а пахла так нежно, как могли бы благоухать по весне фруктовые сады Самториса.

Впрочем, аромат, который Дженна нашла вполне уместным для ванной комнаты, совсем не понравился ей в блюдах с пищей. На завтрак ей принесли кашу, приготовленную из мелкой белой крупы, сдобренную приторно пахнущими цветочками и солоноватыми грибами. Не совсем понимая, что здесь можно есть, а что – просто нюхать, Дженна опустошила тарелку с явным усилием.

Глядя на её мучения, Эфедера вздохнула:

– Возвращаясь к твоему вопросу, учёная: большинство демонов Ферихаль не употребляют мяса. Мы предпочитаем цветы и нектар, в крайнем случае – ягоды, орехи, грибы, кору. Я попросила служанку принести тебе самое вкусное из нашего рациона… – она опустила глаза, мельком глянув на грудь чародейки. – Может быть, от этого и будет толк…

– О, покорнейше благодарю тебя за науку, стражница, – ехидно ухмыльнулась Дженна. – Но пусть уж лучше всё останется как есть. А на обед я с удовольствием угощусь чем-нибудь попроще… – она прищурилась, обратившись к магическому зрению. В его свете Эфедера вновь сделалась зеленокожей и обрела свои удивительные демонические атрибуты. – Странно, я читала, что все демоны – хищники… – чародейка задумалась. – Хотя наличие рогов и вправду свойственно травоядным… Но зачем же тебе клыки, если не нужно рвать плоть? Грызть кору и орешки?

– Всё в моём теле, – суккуб горделиво подняла голову и расправила плечи, блеснув серебряными цепочками, украшающими её шею и высокую грудь, – создано для успешной охоты. Я не могу причинить насилие, однако иногда и боль доставляет наслаждение.

Усмехнувшись, Дженна сделала ещё один глоточек нектара. На всякий случай – вдруг диета и впрямь подействует?

– Значит, ты суккуб – демон, владеющий энергиями желания… – задумчиво проговорила она. – А ты всё ещё хочешь попробовать моей витали? Могу предоставить тебе немножко, только чтобы удовлетворить наше любопытство.

– Ты ведь помнишь, что я питаюсь отнюдь не дружеской любовью? – предупредила Эфедера.

– Не беспокойся, я отнесусь к своим ощущениям, как порядочный учёный, – легкомысленно заявила Дженна. – Но… взамен попрошу тебя о небольшой услуге. Тоже крохотной и исключительно научного характера. Дело в том, что в некоторых моих знаниях есть пробелы…

– Ты всё больше разжигаешь моё любопытство, учёная, – лукаво улыбнулась демоница. – Полагаю, речь пойдёт о науке, в которой я сильна?

– Ну да… – Дженна покраснела и, глубоко вздохнув, заставила себя произнести: – Эфедера, научи меня, как доставить удовольствие… мужчине. Пожалуйста, – робко добавила она, но, видя, как загорелись хризолитовые глаза демоницы, предупредила строже: – Меня интересуют основы, углубляться не надо. Хвостик свой при себе держи, а то я его тебе подпалю.

– Так точно, госпожа, – поклонилась Эфедера Уиренса.

* * *

Оказалось, что демоны – daimon – были вовсе не такими уж и кровожадными тварями. Как и феи, они принадлежали к высшим видам типа fata, также называемым гениями, духами и волшебными существами.