«Я повторю в последний раз. Никто и никогда в здравом уме из вассалов Ардора не станет вести дел с Йорширом и тем более, считаться с мнением коварного Герцога Слиза. Если бы он мог, то давно бы уже напал на Ардор, но у него нет достаточного количества воинов. Ему едва хватает солдат, чтобы удерживать порядок в собственных владениях. Графу Гнусу не повезло, его отец безумен и такое же отношение окружающих вынужден сносить и он сам. Угроза лишить меня языка была лишь угрозой, не более, а вот ваше непозволительное поведение требует острастки. Больше никогда не пейте ничего не проверенного вашими слугами, даже если умираете от жажды. Это самое первое и важное правило! Лучше из сточной канавы воды выпейте, чем из рук незнакомцев. Половина бочонков вина и колодцев в королевстве содержат отраву. В этот раз вам повезло, а в следующий может и не повезти».

«Отраву, ты о чем? Само вино – отрава, вызывает опьянение из-за спирта».

«Я не знаю, что такое «спирт», но я говорю не о хмельном действии, а именно о яде. Йоршир постоянно присылал такие подарки каждому лорду и даже моему отцу, когда он был жив. Иногда яд очень слабый и выявить его удается лишь спустя некоторое время. Мой отец… он был отравлен Слизом. Он как-то сказал мне об этом. Король не болел, а просто умирал от яда, что уже попал в его тело с вином. Никогда не пейте ничего, что получено из неизвестных источников, в непроверенном месте, даже предложенную кем-то воду. Нет! Особенно воду. Яд может быть везде. В воде, вине, еде, даже в тканях. Хорошо, что второй советник забрал дары Герцога Слиза из замка. Все, что он прислал, могло быть отравлено. Я бы без раздумий бросила всё подаренное в костер. Мой отец хорошо мне объяснил, что вытворяет Герцог Йоршира. Он делает это уже десятки лет! Он сумасшедший, все об этом знают, но он всё равно пытается отравить всех даже таким очевидным способом. Забудьте о Йоршире. Герцога Слиза никто и никогда не возьмет в союзники».

«Понятно. Так вот почему ты злилась, а не от того, что я сильно напился».

Принцесса сразу не ответила, а наш разговор прервался очередным стуком в дверь.

– Ваше Высочество, вы уже готовы принять меня? Это комендант Мопс.

– Старик, ты достал. Что ты хочешь?

– Ваше Высочество, горожане привезли некоторые ценности из обоза ваших вассалов и хотели бы передать в вашу сокровищницу, так как опасаются, что вернутся бандиты, что вчера грабили город под гербом графа Реднека и растащат все ценное, а граф Лейкшор и Ригберг с них потом спросят, – сказал старик, тщательно подбирая слова.

– Ну и? Чего вы меня-то беспокоите? Так сложно самим разобраться? – разозлился я, а потом спохватился, понимая, что очень даже хорошо, что никто без меня не открывает ворота замка и добавил: – Спасибо, комендант, я сейчас выйду. Просто вчерашнее вино всё ещё отягощает голову, вот и тяжело прийти в себя.

Я в спешке подскочил с кровати. Мама дорогая. Убейте меня! Как же болит голова, да ещё и мутит. Может, промыть желудок? Ох, лучше больше не налегать на местное вино, а после слов принцессы мне и вовсе его пить расхотелось. Оно вроде и не очень крепкое, но рубит похлеще водки. Не удивительно, что граф Винсент через несколько минут после приема начал чудить и с башни свалился. А меня вырубило так, что я с трудом утром глаза разлепил.

Жуткое пойло. А набраться с пары кубков – нечего делать. Вкус терпкий, само вино вязкое и душистое, с легкой горчинкой, что маскирует градус. Я и сам не заметил, как наклюкался, хотя сдерживался, чтобы не уйти в аут, как Кордия. Короче, бухнул я вчера знатно. А утром пришло горькое похмелье. Надо отпиваться водой и с зудом разобраться поскорее, а то я себе промежность до крови раздеру. Отыскав ящик шкафа с чистым бельем, я быстро надел новые панталоны. Натянул сверху одно из платьев, выбранное наугад и не глядя в зеркало, направился к двери. Сдвинул засов, толкнул дверь, а там слепой старик Мопс и графиня Лидия с кувшином.

– Ваше Высочество, что с вами? Вы плохо выглядите. Может вызвать жреца из храма? – слишком рьяно забеспокоился старик.

– Всё нормально, – сразив гостей ядрёным перегаром, от которого они даже невольно поморщились, сказал я, – Чё там привезли? Пусть отставляют повозки у ворот и валят. Мы без их участия всё в замок доставим.

– Ваше Величество, я принесла для вам прохладной, колодезной воды. Это поможет прояснить голову, – присев в реверансе и выставив перед собой кувшин на вытянутых руках, при этом смотря в пол, сказала Лидия.

Вчера она показалась мне старше, но сейчас я видел, что Теона примерно одного с ней возраста, а возможно, графиня и моложе.

«Она старше меня на два года! Ей уже восемнадцать! Просто соленый, морской воздух на побережье, где расположена усадьба Вартанов, хорошо влияет на кожу и цвет лица», – опять прорезалась принцесса со своим недовольством.

«Выбей кувшин из её рук! Ну же! Или грубо отошли её. Она мой враг! А ещё лучше кинь её в темницу! Ненавижу эту мерзавку!» – не унималась Теона не давая мне нормально соображать.

«Да тише, тише ты! Что она могла тебе сделать? Вы же, небось лишь пару раз в жизни виделись», – попытался утихомирить я принцессу, наблюдая, как девушка передо мной терпеливо ждет в полусогнутой позе, пока я приму её кувшин.

«Спасибо», – коротко ответил я и взял сосуд за одну ручку… И чуть не разбил его об пол, когда Лидия перестала его поддерживать снизу. Он оказался для калечной Теоны очень тяжелым, а Лидия долго держала его на вытянутых руках перед собой. Она куда сильнее принцессы. Намного сильнее, чем можно подумать.

– Рада служить моей королеве, – не без лести ответила девушка и продолжила стоять в согнутой позе, всячески выражая и подчеркивая свою покорность и подчиненное положение.

– Мне сказать, чтобы оставили ценные вещи у ворот? Я правильно понял ваш приказ, принцесса? – уточнил комендант.

– Я сам им скажу, старик. А ты пока подыщи мне толкового помощника из тех, кому доверяешь. Я хочу пройтись по замку с кем-то, кто хорошо знает, для чего используется каждая комната, куда ведут темные переходы и лестницы.

– Тогда я уже его нашёл.

– Ты про Лидию?

– Нет, что вы. Боюсь графине Лидии нельзя доверять и уж тем более я не стал пить воду из её рук. Лучшим спутником в прогулке по замку являюсь я сам, – не стесняясь, что говорит гадости о ком-то, кто находится рядом, сказал старик.

– Спасибо за совет, комендант Мопс. Я им воспользуюсь.

Я вернул кувшин девушке и приказал из него отпить.

Лидия с готовностью отпила из кувшина несколько глотков.

– Холодная, Ваше Величество, пейте не спеша, чтобы не заболеть, – неловко улыбнувшись и тут же стерев эту эмоцию с лица и хмуро уткнув взгляд в пол, сказал графиня, возвращая кувшин.

У меня было огромное желание накинуться на прохладную, свежую воду из-за сушняка, и я поднес кувшин к губам.

«Не вздумай!» – буквально взорвалась внутри Теона. Вы уже забыли? Первое правило не принимать напитки из рук врагов!»

«Да перестать, это просто обычная девушка. Где она возьмет яд в чужом замке? Я попью».

«Даже не думай!» – взъерепенилась принцесса.

Я тяжело вздохнул, но подчинился. Из вежливости сделал вид, что пью, раз уж Лидия так для меня постаралась. Даже громко пошумел горлом, имитируя глотки. После чего сделал, аппетитное «Ха-а-а!» и протянул кувшин, чтобы вернуть его графине и тут, стоявшая крепко на нога Лидия вдруг пошатнулась и упала на пол, пуская изо рта белую пену. Твою мать! Так Теона оказалась права. Лидия попыталась меня отравить, даже рискуя умереть сама.

– Ваше Высочество, немедленно бегите к колодцу во дворе и попейте, чтобы разбавить яд водой! – воскликнул старик, – эта мерзавка достойна смерти, она посмела отравить вас!

Почему-то его фраза показалась мне наигранной. Особенно в свете того. Как вела себя Лидия, подрагивая, она обиженно уставилась на старика, и качала головой, густо пуская пену изо рта, словно не веря своим ушам. Все её эмоции говорили о том, что она сама не знала, что вода отравлена, иначе бы не стала её пробовать.

Сопоставив факты, я решил, что кувшин с водой графине подсунул комендант или указал место, где набрать воды, зная, что источник отравлен. Я чисто интуитивно развернулся и со всей силы врезал тяжелым кувшином в рожу лжецу. Старик не ожидал этого и не успел ни увернуться, ни прикрыть лицо руками. Тяжелый кувшин от удара разбился на черепки, а комендант с размаху ударился затылком о стену позади, после чего потерял сознание и сполз вдоль неё на пол.

Блин. Вот это я зарядил! И только секунду спустя я понял, что жар в груди из-за возмущения предательством вспыхнул сам собой, из-за чего замах и удар получился очень быстрым и сильным. Старик отключился, а меня разобрала досада. Почему я столько времени ему доверял? Он же водил дружбу с Марселем, а тот был еще тем гадом. Не может нормальный человек быть товарищем гада, а Мопс был. Убедившись, что старик в отключке и точно не нападет со спины, и пользуясь тем, что меня посетило очередное проявление внутренней силы, я попытался помочь Лидии, приложив руки к её животу и груди, чтобы воздействовать на яд.

Не знаю, что именно произошло, но в этот раз энергия в моём теле текла совсем по-другому. Не так, словно я пытаюсь зажарить пациента живьем, а как-то более осмысленно и управляемо. Я примерно представлял, на что именно пытаюсь воздействовать и от приложенных мной усилий, Лидия начала интенсивно исторгать из себя всю выпитую воду, забрызгав рвотой моё только что надетое платье.

Освободив желудок, она обессиленно откинулась спиной на пол, но тут же приподнялась, вцепилась мне в руку и выдавила из себя:

– Благодарю, благодарю, Ваше Величество, что поверили мне. Теперь мне будет не обидно умереть.

– Не надо мне тут умирать. Яда в тебе уже нет или очень мало. Лучше скажи, откуда этот кувшин?

– Колодец во внутреннем дворе. Из него все пили вчера, и все было хорошо.

– Ясно, спасибо за информацию.

Я подскочил на ноги и побежал по лестнице к казарме, где оставил вчера Кордию, чтобы предупредить об опасности. Она тоже проснется с перепоя и накинется на первую же, доступную всем воду.

Я прибежал в казармы, а там на койках лежало несколько уже похолодевших трупов стариков с пеной у рта. Поздно. Они уже окочурились и произошло это еще утром. Сейчас же был почти обед. Я поискал глазами Кордию. Она валялась на полу. Подбежал к ней, думал она тоже того… но нет. Она просто свалилась с койки и продолжила дрыхнуть тяжелым, пьяным сном.

Пришлось её растолкать и очень старательно объяснять, чтобы никакой воды в замке не пила. Вода отравлена, возможно, вообще вся.

– Давайте выбираться отсюда. Без воды – в замке смерть, – потирая опухшие, заспанные глаза, предложила девушка.

– Согласен.

Пробежавшись по замку, я понял, что ко мне комендант пришел одним из последних. Пленники в тюрьме уже не подавали признаков жизни и имели характерные следы белой пены у рта. Все уже испили угощения Мопса. Но было непонятно, почему он решился на массовое отравление только сейчас. Мог бы еще вчера всех в замке уморить или в еду яд добавить. Хотя, возможно, он и сам его получил только сегодня, но от кого? Не проще ли было открыть ворота, нас бы всех, как ягнят во сне перерезали. Хотя, ворота падают с очень громким звуком, но даже так, вряд ли бы мы смогли оказать вооруженным убийцам достойное сопротивление. Погоди-ка, а может всё дело в том, что он тоже боялся моего «Духа Возмездия», о котором наврала Кордия. В таком случае, эта ложь меня и спасла. Он боялся, что я проснусь при открытии ворот и окажу убийцам достойное сопротивление. Никаких других объяснений, почему потребовалось использовать именно яд, мне в голову не приходило.

А где мой кулон вообще находится? Я попытался напрячь память и вспомнил, что оставил его валяться на столе дозорной башни, в самодельном рукаве-сумке, там же где Кордия разбросала содержимое своей.

С трудом выбравшись на верхушку дозорной башни, собрал свои и Кордии вещи в её походную сумку, а собираясь спускаться вниз, увидел терпеливо ожидающий открытия замковых ворот караван. Повозок десять, не меньше. И рядом ещё около двадцати человек. Они выглядели простыми, мирными горожанами. Повозки все завалены до краев доспехами, оружием и прочей утварью. Что с этими людьми не так? Они могли бы оставить все это себе или продать и зажить припеваючи. Зачем напрягаться, везти всё это в королевский замок? Разве не логичней было просто продать и подзаработать.

«Наказание за мародерство – смертная казнь», – напомнила о себе принцесса.