Часть 26 Эльфийская удача

«Как же тяжело заставить местных умельцев делать что-то новое и непривычное», – подумал я, промучившись в кузне южного форта несколько часов. Пришлось, буквально, стоять над мужчиной, который под разными предлогами пытался задвинуть мой заказ в конец очереди.

Пожилой кузнец всё время жаловался, что очень занят. Он, видите ли, получил большой и срочный заказ от нескольких капитанов стоящих в гавани у форта кораблей на изготовление в сумме четырех сотен гвоздей и каких-то особых стяжных скоб для текущего и экстренного ремонта, устранения течей прямо в море.

С самого утра его поторапливали с этим заказом, а тут я пришел со своей странной безделушкой и трачу его время впустую. Конечно, он понимал, с кем говорит и претензии оставил при себе, но на его лице всё было написано без слов. Однако, кузнеца я всё же додавил. Пусть с постоянными охами и вздохами, но создание упругой железной дуги для арбалета с пазами для тетивы на концах было завершено.

Пришло время посетить плотника и изготовить ложе с желобом под болт и отверстием для крепления экспериментальной дуги. Эх, был бы мужчиной, сам бы взял в руки молот и рубанок, но слабенькие девичьи руки Теоны этого не позволяли. Да и высокий статус принцессы тоже.

В качестве механизма для натягивания тетивы я решил использовать простейший двусоставной рычаг «козью ножку», а это тоже изделие из дерева. Пришлось пропустить завтрак и обед, давить на мастеров, требуя, чтобы они не увиливали, ссылаясь на занятость и другие срочные дела, и к вечеру первый опытный экземпляр арбалета с одним болтом для проверки его работоспособности был почти готов. В качестве наконечника болта я применил уже изготовленный кузнецом длинный трехгранный гвоздь, закрепив его плоской шляпкой на конец толстого, в мужской средний палец толщиной деревянного черенка.

Осталось изготовить надежный спусковой механизм и достаточно крепкую тетиву, так как стандартная для лука оказалась слишком тонкой и хрупкой для тугой металлической дуги. Она со свистом лопнула при первой же попытке натянуть её рычагом в паз, где по моим прикидкам планировалось устроить зацеп сердцевины поворотного спускового механизма.

К сожалению, с силенками принцессы Теоны даже эту процедуру пришлось просить сделать кого-то другого, но менять конструкцию и ослаблять стрелковое оружие лишь для того, чтобы и я сам мог его свободно использовать, было неразумно. Это принцессе надо стремиться к увеличению физической силы или, как вариант, сделать рычаг с большим плечом, а не арбалету подстраиваться под её слабое и рыхлое тельце.

Плотник, изготавливавший и чинивший луки для гарнизона форта, пообещал сплести для меня более толстую и крепкую тетиву из нескольких обычных. Я надеялся, что этого будет достаточно, ведь от предельной крепости натяжной системы также многое зависело. Самым важным для меня было создание максимально мощного арбалета, чтобы болт с двадцати-тридцати шагов уверенно пробивал местные стальные цельные и пластинчатые доспехи, а иначе толку от такого оружия будет не больше, чем от уже использующегося повсеместно лука. А по скорострельности, дальности и некоторым другим характеристикам арбалет ему уже ощутимо выигрывал.

Моё изделие по конструкции имело основное преимущество в силе натяжения, более высокой точности на небольшой дистанции и простоте освоения и использования. В том, что при наличии правильного рычага для зарядки из него мог стрелять даже малолетний ребенок, который никогда не натянет тетиву боевого лука достаточно сильно, чтобы это стрелковое оружие могло угрожать даже противнику без доспеха.

Прямолинейность полета короткого болта, большая стартовая скорость выстрела и возможность долгого прицеливания, так как натяжение поддерживалось не руками, а зацепом, также были очевидными преимуществами арбалета, но все эти достоинства тут же померкнут, если арбалет не покажет достаточной пробивной силы. А для доведения экспериментального экземпляра до эффективной боевой модели нужно было провести кучу экспериментов и пристрелку в тире.

Именно желание сделать что-то уберпробивное сыграло со мной злую шутку. Наутро с таким же визгом лопнули сплетенные в одну четыре тетивы лука. Я потребовал удвоить толщину и крепость тетивы и дополнительно обмотать её поперечным слоем волокна, чтобы защитить от быстрого перетирания об выступ зацепа.

Усиленная тетива с обмоткой уже не лопнула при натяжении рычагом на максимум, но руки мастера затряслись уже после двух натягиваний тетивы рычагом. Я не обратил на это должного внимания и указал место для размещения зацепа на том участке ложа, куда тетива натягивалась по максимуму.

Еще три часа кропотливой работы кузнеца и плотника и проворачивающийся на стержне зацеп с спусковым механизмом был готов. Пришло время первого испытания, и тут неожиданно приперся комендант форта, перебив всю мою задумку. Он объявил, что при всём уважении, мне, пользуясь положением принцессы, нельзя отрывать мастеров от важной и срочной работы. Мастера стыдливо прятали глаза. Вот оно что! Нажаловались на меня! Пффф! Крысы! А комендант продолжил излагать аргументы.

Разведчики графа Оушена доложили ему о приближении Великой морской армады Империи Гот. Пока они плывут вдоль побережья Герцогства Йоршир, но уже к вечеру, а возможно еще раньше достигнут южной пограничной заставы, разделяющей две страны. Если они решат напасть прямо сходу, то заблокируют гавань с остатками королевского флота.

Подчиненные графа Оушена, опираясь на его инструкции, приняли решения отогнать весь королевский флот к основным морским силам графа, базирующимся где-то на побережье Дезерта. Как верный слуга покойного короля Арчибальда, комендант Фрост не может подвергать жизнь его законной наследницы опасности и также принял решение отправить меня с моей спутницей под защиту графа Оушена.

Другими словами, он дал понять, что желает избавиться от меня, чтобы не нести бремя обязательной защиты форта в случае нападения. Если меня в нем не будет, он может сдаться на милость победителя и признать власть Империи Гот не пролив ни капли крови гарнизона. Это читалось между строк. Принцесса была для него обузой. Вот тебе и верный слуга. Верный лишь пока его голова не стоит на кону. Спихнул меня, собака, на шею графа и еще доступ к кузнице и плотницкой мастерской закрыл. Я, видите ли, мешаю срочному ремонту судов. На море идут постоянные стычки с пиратами и авангардом Империи. Срочный ремонт судов важнее прихотей какой-то глупой девчонки.

Меня проводили с ни разу неиспытанным арбалетом в крыло лекарей, заперли вместе с Кордией в одной комнате до момента отплытия, намечавшегося на обед, и на этом всё гостеприимство и верность слуги старого отца Теоны закончилась. С принцессой опять обошлись, как с ничего не решающей вещью. Обидно. По сути, я теперь становился заложником графа Оушена. Пусть восточный форт не так хорошо укреплен, как королевский замок и стены его лишь на три метра из камня, а дальше надстройка и башни из дерева, но в нем было в пять раз больше людей, чем в королевской гвардии! Разве такими силами не отбиться?

Но, как мне объяснил один из лекарей, пришедший проведать магессу, подавляющее большинство людей в форте – слуги графа Оушена. Он активно препятствует быстрому продвижению морской имперской армии, создавая помехи, засады на берегу и море, пытаясь поджечь неповоротливые корабли противника, скрывая принадлежность атакующих Империю судов под пиратским флагом.

Другими словами, граф уже давно воюет на море с неустанно приближающимся врагом и несет немалые потери. Его флот героически борется с многократно превосходящими силами, но пока это не дало ощутимых результатов. В форте, который меня просят покинуть, а также в самой гавани Империи Гот готовят коварную ловушку, и поэтому всех кого можно выведут из форта к этому моменту. Останутся лишь исполнители, которые будут рисковать своей жизнью, чтобы устроить Империи хорошую трепку.

Я увидел очередного человека, который беззаветно верил в графа Оушена, считал его гением, благородным и очень мудрым и справедливым правителем. Это заставляло задуматься. Не может такое большое количество людей так слепо заблуждаться. Возможно, Его Светлость действительно выдающийся человек, встреча с которым для принцессы пойдет на пользу. В любом случае, если за меня уже все решили, и я скоро отплыву на остров, у меня будет возможность составить своё личное мнение.

А вот ситуация с моей спутницей совсем не радовала. Кордия была очень плоха. Её вторые сутки долбила высокая температура. Что ни съест и ни выпьет – тут же рвет. Дно у магессы отрывало не слабее. Все царапины на её коже воспалились, загноились и стали плохо пахнуть. Никакие лечебные мази и зелья не помогали. Она прерывисто дышала, а периодически и вовсе проваливаясь в беспамятство.

Видать, она в сточной канаве немало гнилой водички хлебнула. Расстройство и рвота явно из-за недавнего купания в канализации, а вот почему её раны вообще не заживали, меня очень удивляло. На принцессе, как на собаке уже все мелкие царапины зажили. В первый же день покрылись коркой, а на второй та сама отвалилась и следа не осталось, хотя всего пару дней прошло. Эта аномальная регенерация приятно удивляла, хотя по идее, Теона жила в тепличных условиях и купание в замковом рве, вызвавшем зуд в промежности, должно было тоже очень плохо сказаться на заживлении полученных ссадин.