С гротом нужно разбираться; буду пытаться наложить заплатку из спектры и приклеить ее сикафлексом. Углепластиковые нити держат форму паруса, а вот сама ткань спектра не выдержала и дала трещину. Комплекс парусов был новый и рассчитан на 30 000 миль. Мы прошли чуть больше 20 тысяч, но это условный расчет, никто не учитывает количество хлопков на волне, а именно они и рвут паруса. Также ультрафиолет быстро разрушает все композитные материалы: кевлар, карбон – все то, из чего сделаны такелаж и паруса на яхте «Торговая сеть “Алые Паруса”». Материалы легкие, прочные, но, увы, недолговечные, фактически выдерживают только один сезон.

Перед ремонтом надо просушить парус, а это очень сложно. Льет день и ночь: дождь, морось, снег, град. Сколько воды расходуется впустую! В Австралии засуха, а тут потоп. Переместить бы все эти потоки на Австралию.

Продолжаю наблюдение за айсбергами. Пока все вроде бы спокойно. Здесь, на 55-м градусе южной широты, все 5 часов темноты, но и так называемый световой день не балует светом. Такое ощущение, что мы находимся в вечном предрассветном состоянии. Вот-вот солнце должно взойти и осветить нас. Но проходит день, и опять 54 часов темноты. А вчера еще был и густой туман. Видимость нулевая. Радар показывал какие-то пятна на экране. Я уклонялся по приборам, но разглядеть что-либо с палубы было невозможно.

Переключил бортовую систему электронной почты «Inmarsat» со спутника Тихого океана на Западную Атлантику. До мыса Горн – 1000 миль.

6 марта 2008 года

Тихий океан.

Господи, Иисусе Христе, спаси и сохрани меня, грешного, на этот день. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь!

56° 23’ – Ю. Ш.

98° 20’ – З. Д.

Ветер NW – 25 узлов.

День прошел, утешение исчезло. Подошла ночь, беспощадный холод долгого пути. В наступившей ночи мне показалось, что я услышал Голос Вселенной.

Конечно, это спорный вопрос о звуках Вселенной. Но все-таки я силюсь услышать еще какой-либо звук или из океана, или с неба.

05:36

Небо заволокло тучами. Дождь еще начался в полночь. Я сижу у люка своей каюты и смотрю на дождевые струи.

Получил письмо от Иринушки. Она пишет, что младший сын, Николай, уже начал говорить осмысленными фразами. Она пишет: «У нас все хорошо. Светит солнце. Коля в обед выдал свой первый афоризм. Я ему говорю: «Ложись, Коля, спать!», а он в ответ: «Попозже, мама. Я еще не готов». Походил по комнате, делая вид, что занят, потом, минут через пять, лег в кровать и говорит: «Теперь я готов спать». Коля любит сам принимать решения. Два дня назад, 4 марта, ему исполнилось 2 года 8 месяцев. Заметно его взросление. Мы тебя очень любим. Целуем. Твои Ирина и Коля».

Второе письмо пришло от старшего сына Оскара из Олбани. Он пишет, чтобы я держал включенным телефон: «Федор, Сергей Борисович Иванов, первый заместитель премьер-министра, сейчас недалеко от Кейптауна и летит на станцию «Ново-Лазаревская» в Антарктиду. Хочет позвонить тебе на яхту».

Сделал поворот, лег на левый галс.

Курс – 110 градусов, скорость яхты 5–6 узлов, ветер W – 10–15 узлов в час.

Я где-то прочитал, не помню, у какого автора: «Жизнь людей была бы намного проще, если бы они вовсе не покидали собственный дом». Да, слова хорошие и совет тоже неплохой. Но я не из тех, кто может просидеть всю жизнь в одном месте, делая одно и то же день за днем. Уходя из жизни, эти люди сетуют: «Такая уж была у меня судьба!» Это не для меня. Я хочу, чтобы моя жизнь была приключением. Пусть не всегда веселым, неважно.

Если ты пошел, то надо знать одно: не ты экспедиции выбираешь, а экспедиции выбирают тебя. Вот мне и приходится то пересекать Гренландию на собачьих упряжках, то подниматься на Эверест, то идти на лыжах к Северному или к Южному полюсам или, сидя верхом на двугорбом верблюде, преодолевать пустыню Гоби, а вот сейчас вести яхту к мысу Горн.

Сегодня последний день, когда луна убывает. Завтра, 7 марта, – новолуние. Но серп месяца я увижу только 10 марта, потом он начнет расти, и уже 13 марта будет светло полночи. Как раз 10 марта, когда я увижу месяц, начнется Великий пост.

Пророк Исаия писал так: «И заревет на него в тот день как бы рев разъяренного моря; и взглянет он на землю, и вот – тьма, горе, и свет померк в облаках» (Ис. 5, 30).

Все здесь так, как говорил пророк: дождь, туман, холод, шторм. Нет солнца, нет звезд, нет луны, нет неба голубого. Прошло лето в этих широтах, наступила осень, а здесь ничего не меняется, все одинаково. Здесь нет понятия – грянула зима, наступило лето. Здесь есть одно – мыс Горн. Этим все сказано.

Получил прогноз погоды от Ли Брюса из Америки.

07:00 – WSW 20–25 узлов.

08:00 – WNW 30 узлов.

09:00 – NW 30–35 узлов.

А штаб гонки «Antarctica Cup» сообщает мне на борт яхты, что они совместно с канадской службой по мониторингу айсбергов получили данные со спутника 5 марта – в координатах 53° 34’ южной широты и 34° 25’ западной долготы обнаружен айсберг размером 47 км в длину и 12 км в ширину!

Айсбергу присвоено кодовое имя А53а, он находится в 70 милях к востоку от острова Южная Георгия и дрейфует на северо-восток. Канадская служба C–CORE подтвердила, что А53а – на сегодняшний день самый северный мегаайсберг (размером свыше 10 миль) в Южном океане (находится на максимальном удалении от Антарктиды, оставаясь в целом виде). А53а имеет диагональную трещину и в ближайшее время может разломиться на два мегаайсберга. Ученые внимательно следят за траекторией дрейфа А53а, они знают его точные координаты, которые также передаются на борт моей макси-яхты «Торговая сеть “Алые Паруса”». Но от айсберга постоянно откалываются и уходят на север тысячи и тысячи больших и маленьких кусков льда. Процесс образования новых айсбергов ускорится, когда А53а разломится на две части. А53а находится фактически на моем курсе, с учетом дрейфа его осколки поднимутся до 50-го градуса южной широты.

Мне на борт пришло официальное «Уведомление». «В связи с необычайно высоким количеством айсбергов на отдельном участке ниже указанные секторы объявляются закрытыми.

От 20-го градуса западной долготы до 50-го градуса западной долготы – сектор 11. В этом районе яхте «Торговая сеть “Алые Паруса”» запрещено находиться. То есть я должен избегать заходов в эту зону. Но если заход в центральную зону неизбежен по погодным условиям, то мне предписано находиться в самых северных границах при условии постоянного наблюдения за океаном.

Небо затянуло тучами. Ветер немного стих.

В одном из плаваний, когда моя яхта проходила у Берега Слоновой Кости Африки, я думал о пустыне и о том: как в океане яхта плывет, так и в песках корабль может плыть. Согласно расчетам, пески движутся, как и вода в Мировом океане. Разница только в том, с какой скоростью. И как ни странно, если построить точно такой же корабль, только не для плавания в океане, а для движения в пустыне, то он будет плыть, а вернее, двигаться по 8 метров в сутки. Много это или мало? Как посмотреть. И какую меру брать за основу.

Космонавт за сутки делает 16 оборотов вокруг Земли, я плыву на яхте по 200 миль в сутки, а на весельной лодке проходил в среднем 60 миль. А корабль в песках будет двигаться по 5–9 метров за 24 часа.

Уже одно то, что я задумал строить корабль в песках, вдохновило меня на создание эскизов, а вернее – проекта такого корабля. Кто-то может подумать, что это несерьезно. Но от песка пахнет морем, значит, мой корабль может плыть. Это мое умозаключение прежде, чем я решился на строительство корабля. Но время идет, а я все никак не могу приступить к своему главному делу, делу всей моей жизни. Я все больше испытываю желание скорее причалить к берегу и приступить к своему эксперименту. И самому увидеть, как и в какую сторону поплывет, а вернее, начнет двигаться необычный по форме корабль в песках. Правда, я еще не знаю, какого размера будет мой корабль. Но если он немного, хотя бы чуть-чуть сдвинется с места, значит, мои страдания не пропали даром. И надо искать пустыню, где можно испытать свой корабль. Так я стал пленником своей мечты о строительстве корабля в пустыне.

Придя к такому выводу, я начал проявлять особый интерес к пескам, который заставил меня читать литературу о них. И чем больше я читал, тем больше убеждался, что моя затея верна. Если правильно сделать расчеты корабля, он поплывет по песчаным дюнам пустыни. В энциклопедии по пескам можно прочесть следующее: «Песок – скопление разрушенной горной породы. Иногда включает в себя магнитный железняк, касситерит, реже – золотой песок. Диаметр песчинок – от двух до одной шестнадцатой миллиметра. Песок – частица разрушенных горных пород такой величины, которая делает их наиболее подвижным».

Поскольку на земле всегда существуют ветер и поток воды, образование песков неизбежно. И до тех пор, пока будут дуть ветер, течь реки, катить свои волны океан, из земли будут извлекаться все новые и новые массы песка и, подобно живому существу, расползаться повсюду. Песок не знает отдыха. Он упорно захватывает и разрушает землю, как вода Мирового океана, а если по океану плавают корабли и моя яхта, значит, и по песку могут двигаться песчаные корабли.

7 марта 2008 года

Тихий океан.

Господи, Иисусе Христе, спаси и сохрани меня, грешного, на этот день. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь!

56°19’ – Ю. Ш.

95° 07’ – З. Д.

До мыса Горн меньше тысячи миль.

Звонил по сотовому телефону домой, в Россию. Иринушка рассказала, что наш младший сын Николай начинает говорить предложениями. Там, за 20 тысяч миль, жена смеялась. Я люблю ее смех так же, как люблю разговаривать с ней о нашем сыне Николае, потому что мы любим его. Между нами большое расстояние. Позволь нам, Господь, вновь воссоединиться. Смогу ли я увидеть вновь ликующим моего сына Николая? Можно ли мне надеяться, что вновь окажусь дома? Смогу ли еще раз взглянуть на часовню Святителя Николая в нашем дворе? Увижу ли я приближение весенней поры? Увижу ли я капли дождя, от которых зеленеет листва на деревьях?

Паруса моей яхты стали лохматыми, их уже не сшить. Натянутые шкоты потерлись и могут лопнуть. Снасти веревочные истрепались. Расшатались крепления правого пера руля. Я на борту яхты в смятении и скорблю. Я теряю надежду, как поврежденная яхта теряет ход. Я не ожидал, что нынешнее плавание окажется таким трудным.

01:19

Ночь. По горизонту – тучи, а над топом мачты – звезды. Видно созвездие Скорпиона. Только здесь, в Южном полушарии, оно висит над восточным горизонтом и перевернуто.

До мыса Горн – 778 миль, 4 дня 16 часов – 5 дней при скорости 7 узлов.

Давление – 1013 мбар. Ветер WSW – 20–25 узлов.

Сегодня 7 марта, пятница, день памяти преподобного Александра Константинопольского, первоначальника обители Неусыпающих.

А вот 7 марта 1990 года я был в Ледовитом океане на пути к Северному полюсу. И было холодно, мерзли ноги. Сломал один насос в примусе. Дорога торосистая, до самого горизонта нет просвета.

Стал лагерем на краю большой полыньи. От открытой воды исходил пар в виде дыма, как будто из преисподней. В этот день прошел очень мало, всего четыре мили.

Дороги совсем нет. Лед искромсан. Он движется на запад, и меня за день снесло на целый градус. Собираясь в одиночное путешествие на Северный полюс, я отдавал много времени и сил подготовке снаряжения, питания и навигации. На физическую подготовку не оставалось времени.

Одиночное путешествие вынуждает меня рассчитывать только на собственный полярный опыт и на собственные силы. Я еще надеялся на шестое чувство и Господа Бога. Я знал, что за эту дерзость я могу поплатиться жизнью.