Потом, когда уже из моря вышли, и Галия с Валентиной Никаноровной тоже поплавали, осторожно завёл разговор о завтрашней поездке.

– Знаете, не уверен я, что детей можно на яхту с собой брать на рыбалку, – сказал я. – Там как начнёт качать нас! Для годовалых детей там точно места не будет. Яхты ж крохотные. Наверное, метров десять максимум в длину, да два метра в ширину. Любая волна океанская швырять будет как щепку такую крохотную посудину…

– Ну, если так… То жаль, конечно, но детей тогда я туда не потащу! – сразу сказала Галия.

– Да мы можем вообще на пляже вместе остаться, – сказал я. – Подрастут парни, приедем сюда снова, и уже всей семьей эту барракуду и будем отлавливать.

– Нет, Паша, тебе все же надо поехать с нами. Сашка мне не простит, если без тебя пойдем, уж больно я его любопытство раззадорил, – не согласился Балдин. – Давай тогда завтра с утра все уже и решим, хорошо?

***

Москва, комната Ксюши в коммунальной квартире

Придя вечером после работы к Ксюше, чтобы проведать ее, Юра Бахтин был поражен тем переменам, которые с ней произошли. Он навещал ее раньше довольно часто и с тревогой наблюдал, как Ксюша становилась все более усталой и замкнутой. Однако сейчас ему дверь открыла улыбающаяся, вполне довольная с виду девушка.

– Здравствуй, Ксюша! – улыбаясь, сказал Юра, вручив Ксюше торт «Прага».

– Спасибо большое, Юра, – радостно обняла его Ксюша. – Проходи давай. Я так рада видеть тебя.

Она звонила в пятницу на работу, расспросить, как дела, и он воспользовался предлогом, чтобы напроситься к ней в гости. Уже пару недель не был, мало ли как там у нее ситуация. Может, денег дать в долг надо, или еще как-то помочь…

Зайдя в комнату, Юра отметил, что все здесь неуловимо поменялось в лучшую сторону. Кровать была застелена новым красивым покрывалом, в углу появился небольшой раскладной стол, сейчас застеленный скатертью и накрытый очень неплохо. Нарезка из колбаски и сыра, салат, мясо с картошкой на отдельном небольшом блюде, конфеты в незнакомых ярких обертках в вазочке – такого изобилия Юра у Ксюши раньше даже и близко не видел.

– Ого, – изумленно произнес он, глядя вокруг.

– Присаживайся. Поужинаем сейчас, – довольная произведённым на гостя впечатлением улыбнулась Ксюша, садясь за стол.

Немного перекусив и пообщавшись с Максимкой, который играл в кроватке с новыми игрушками, Юрка начал все же расспрашивать осторожно подругу обо всех этих благоприятных переменах в ее жизни.

– Ой, Юрка, я сама еще до конца не верю, что все так складывается чудесно, – ответила Ксюша немного смущенно. – Галия с Пашей так помогли мне, ты не представляешь… Когда позвали помочь нарисовать детскую площадку, я и представить себе не могла, что вот так вот все повернется… Пару вечеров всего посидели, а результат!

И она начала посвящать его в детали проекта с детскими площадками и в то, в какие пряники это все теперь вылилось для нее и для Галии.

– Так вот, представь, мало того, что в Москве устанавливают эти площадки в большом количестве и нам с каждой вознаграждение положено. Так еще и в Берлине этот проект понравился и там тоже такие же детские площадки захотели, – рассказывала Ксюша Юрке, который от удивления аж есть перестал и слушал ее, открыв рот, – и нас с Галией недавно в посольство ГДР приглашали договор подписывать. Собираются нам тоже платить деньги за каждую установленную площадку.

– Здорово-то как! Я так рад за вас с сыном, – искренне восхитился Юра. – Это для тебя очень вовремя все произошло, я считаю.

– И не говори, – кивнула Ксюша. – Я прямо чувствую, как у меня целая гора с плеч свалилась. Я все переживала, думала, как мне Максимку одной поднимать. А сейчас такая легкость появилась, все страхи ушли. Я так Паше с Галией благодарна, что дали мне во всем этом поучаствовать, словами не передать.

– Согласен, они большие молодцы, – одобрительно кивнул Юра. – Так ты все равно на работу выйдешь? Или может отложить хочешь, раз финансовой необходимости больше нет?

– Нет, не передумала, буду выходить, – замотала головой Ксюша. – Максим маленький еще конечно, но решила, что все равно пойду. Сил нет уже в четырех стенах сидеть. Да и ясли мне понравились наши на ЗИЛе. Воспитательница там очень хорошая. Так что чего тянуть?

– Ну и правильно, – с заметным облегчением ответил Юрка. – Тебя сильно не хватает, если честно. Василий Иннокентьевич ворчит постоянно, все ему не так и не эдак, придирается. А у тебя всегда получалось как-то договориться с ним, слушает он тебя.

– С ним просто общаться надо, – усмехнулась Ксюша, – выговориться дать, поддакнуть вовремя. А так он не требовательный совсем. Ты просто всегда молчишь. Вот он и цепляется…

– Я не люблю болтать на работе, я сосредоточенный, – насупился Юра.

– Не дуйся, – рассмеялась Ксюша. – Я же не говорю, что это плохо. Просто объясняю тебе, почему Василий Иннокентьевич так себя ведет.

– Да просто ворчун он старый, – махнул Юрка рукой и встал, осторожно взяв из кроватки Максима и начав играть с ним. – Новая погремушка? – спросил он, с интересом рассматривая игрушку. – Необычная, и яркая такая.

– Да. Это Галия с Пашей подарили, – ответила Ксюша. – Они в прошлый раз целую кучу подарков принесли. И одежки для Максимки, и игрушки, и конфеты вон эти шоколадные. И все заграничное, красивое такое… Пашина сестра им очень много всего привозит, а они со мной делятся. Аж неудобно, если честно.

– Ну, они же от души все дарят, я уверен, – возразил Юра. – Насколько я успел узнать их, они просто искренне хотят тебе приятное сделать. Просто имеют такую возможность, вот и помогают. Думаю, что если бы ты была на их месте, тоже помогала бы Галие. Правильно ведь?

– Конечно, – кивнула Ксюша. – Галия моя самая лучшая подруга. Повезло же мне с ней познакомиться тогда…

***

Москва

Попрощавшись с Антоном на вокзале и в последний раз махнув ему рукой из вагона тронувшегося поезда, Оксана села у окна.

Как же мне повезло! – с восторгом думала она, вспоминая пролетевшие как один миг выходные. – Неужели мне все это не снится, и я скоро действительно буду жить в столице, да еще с таким мужчиной.

Антон проявил себя с самой лучшей стороны, устроив ей просто незабываемые выходные. Сначала они поехали и выбрали обручальные кольца. Оксана была в полном восторге, когда Андриянов согласился приобрести очень дорогой комплект колец. Кольца были не простые гладкие, а с выгравированным на них едва заметным узором, на ее кольце нежным и изящным, а на его кольце более грубым и мужественным.

Подруги обалдеют, когда мое кольцо увидят, – улыбнулась Оксана, представив их реакцию. – Жаль, что кольца у Антона в квартире пока остались. Ну да ничего, на свадьбе похвастаюсь…

После ювелирного Антон повез ее в ЗАГС, где они подали заявление. На удивленный вопрос Оксаны о том, как у него получилось договориться о подаче заявления в выходной день, Антон лишь загадочно улыбнулся.

В еще большее изумление Оксану поверг тот факт, что сотрудница ЗАГСа предложила им выбрать дату росписи, причем в первой половине декабря.

– Так быстро? – ошарашенно спросила Оксана Антона, не сдержавшись. – Но как?!

– А зачем тянуть? – улыбнулся ей он. – Или ты не уверена и хочешь подумать? – добавил шутливо.

– Уверена, конечно, – рассмеялась Оксана. – Просто не ожидала, что такое возможно.

Вот что значит мужчина со связями, – восхищенно размышляла она, помешивая ложечкой чай и стараясь, чтоб стакан сильно не звякал по подстаканнику, а то соседка на верхней полке уже спать легла, недовольно кряхтя и вздыхая на каждый звук. – Это ж какие у него возможности, чтобы вот так выбирать не только, когда заявление подать, но и когда расписаться. За ним точно, как за каменной стеной буду… Теперь надо обязательно с начальником переговорить первым делом, когда приеду, чтоб замену мне подыскивал. И заявление подать об увольнении…

***

Москва, квартира Андриянова

– Ну, в целом все прошло неплохо, – вздохнул Антон, вернувшись с вокзала, где посадил Оксану на поезд в Святославль, и наливая себе рюмку коньяка.

Он очень долго думал и метался, но таки решился все же жениться на Оксане. Трезво взвесив все шансы, он понял, что плата за отказ от выполнения требования Блащицкого будет все же непомерно высокой. Потерять такую хлебную должность, место в партии и всякие перспективы в Москве Андриянов не мог себе позволить. Это был бы слишком сильный провал в уровне жизни, к которому он так привык. Да и репутацию после такого удара восстановить бы вряд ли получилось. Не мальчик уже, все же, у которого все впереди… В таком возрасте упав, заново на ноги уже не встать…

Ничего, поживем вместе какое-то время, а там видно будет, – решил Антон. – Женщина она красивая, хоть и в возрасте. Получше многих молодых выглядит. В постели как кошка ненасытная… Характер покладистый, ни слова поперек не говорит, да и готовит отменно. Вполне удобная партия для меня. К тому же разумна оказалась, чего совсем от нее не ожидал. Начала расспрашивать, как можно ее квартиру в Святославле с доплатой на Москву поменять, хочет быть самостоятельной и не сидеть на моей шее. Вот уж таких мыслей от женщины из провинции ждал в последнюю очередь… Думал, рада будет тут же на моих площадях прописаться…

А вот что со свадьбой делать, ума не приложу, – перескочили мысли Антона в мрачное русло. – Как я друзьям и знакомым объясню такой выбор?.. Никто ведь не поймет… Может, предложить свадьбу в Святославле отпраздновать? – подумал вдруг он. – Туда москвичи точно не поедут, меньше будет всяких вопросов неудобных и пересудов… Хотя нет, – поразмыслив, Антон отбросил эту идею. – Надо, чтобы коллеги все увидели, что я всерьез воспринимаю женитьбу, и народу надо будет на свадьбу позвать достаточное количество. Блащицкого того же придется пригласить, показать свою добрую волю, а там пусть уже и не приходит… Да и не придёт он, конечно. Хорошо, что он так с ЗАГСом помог. Оксана на меня так смотрела восхищенно, – вспомнил Антон приятный момент. – Ладно, придется пережить все это как-то, ничего не поделаешь. Надо теперь подумать, какой ресторан выбрать, и забронировать уже. Времени совсем мало остается…

***

Куба, вилла Рауля Кастро

Приехав вечером домой, Рауль сразу понял, что жена не в духе. Вильма сидела на террасе и курила. Такое бывало с ней очень редко, обычно, когда она сильно нервничала или злилась.

– Что случилась, дорогая? – поинтересовался Рауль, поздоровавшись с женой и устроившись на соседнем кресле.

– Ничего существенного, не беспокойся, – заверила супруга Вильма. – Просто меня сегодня сильно разочаровал один человек, о котором я думала намного лучше, чем, как оказалось, он заслуживал. Я редко ошибаюсь в людях, поэтому эта ситуация меня разозлила и немного выбила из колеи.

– Понятно, – кивнул Рауль, внутренне обрадовавшись, что ничего действительно серьезного не произошло. – И кто это посмел расстроить мою жену?

– Тот русский журналист, Павел Ивлев, – ответила Вильма, поджав недовольно губы при упоминании имени так разозлившего ее парня.

– Ивлев? – удивленно переспросил супругу Рауль. – Но почему? Ты ведь так о нем хорошо отзывалась. И статью он написал прекрасную тогда в советской газете по итогам твоего визита. Я уж не говорю о том, насколько его взгляды импонируют и мне, и брату…