Последний самурай – 2 (страница 7)
Народ толпился возле лифта, и я шустро протиснулся в гущу этой толпы. Но когда двери лифта закрылись и кабинка поехала вверх, с ужасом увидел Танаку, стоящего рядом. Каким образом он успел проскочить в лифт, понятия не имею. Его точно не было рядом. Он сто процентов отстал и задержался в холле.
Лицо якудзы оставалось всё таким же спокойным. Он смотрел в одну точку, наглядно демонстрируя, будто ему нет никакого дела до тех, кто находится в кабинке. Вкупе с его мафиозным вайбом это смотрелось до ужаса палевно. Танака не обращал внимания ни на кого, поэтому каждый, кто находился в кабинке, подумал, что этот опасный тип явился по его душу. Естественно, все присутствующие постарались увеличить расстояние между собой и Танакой. В итоге, до нужного этажа лично я доехал едва ли не распластавшись физиономией по стенке.
Танака же стоял, как изваяние, с портфелем в руке, и казался абсолютно равнодушным. Видимо, его миссия по охране тела нового босса была важнее здравого смысла.
Когда лифт остановился и дверь открылась, я пулей выскочил из него, спеша как можно скорее добраться до своего отдела. Танака, естественно, следовал за мной.
Хотел, конечно, остановиться и сказать ему всё, что думаю по поводу столь фанатичного отношения к своим обязанностям, но не смог. Вокруг уже сновали люди, знающие Такито в лицо. Беседа, в которой я отчитываю якудзу, могла привлечь внимание.
В отделе царила привычная обстановка. Несмотря на раннее время, здесь уже стоял гул. Коллеги сидели за компьютерами, печатали, что-то обсуждали. Заметив меня, почти все присутствующие замолчали, наблюдая, как я иду по проходу между столами. Взгляды их были полны любопытства. Думаю, причина в том, что вчера, покинув рабочее место, я так и не вернулся. Наверное, большинство теперь хотели посмотреть на ту выволочку, которую мне устроит Джиро. Потом их взгляды перескочили на Танаку.
Наступила неловкая, но очень выразительная тишина. Дело в том, что в отличие от всех других мафиози, которые в этом мире, конечно, тоже существовали, якудза вообще не прятались. Да, они не светили своими татуировками налево и направо, но больше ради приличий. В остальном же – даже маленький ребёнок легко мог определить того, кто состоит в криминальной группировке.
Очевидно, у коллег появились вопросы. Не так много, как могло быть, потому что в последнее время моя персона часто находилась в центре необычных событий, но тем не менее уровень любопытства, смешанного со страхом, резко скаканул вверх..
Я попытался спасти ситуацию хотя бы частично. По большому счету можно было никому ничего не объяснять, но мне показалось, какие-никакие объяснения все-таки нужны.
– Э-э… Привет всем! Это… это мой… родственник! Он… ну, он совсем не знает города и пока что ходит за мной. Не обращайте внимания. Он же на вас не обращает. Вот и вы, занимайтесь своими делами.
Танака слегка поклонился, сохраняя всё то же невозмутимое выражение лица. В его глазах я прочитал что-то вроде: «И как долго, Адачи-сама, собирается исполнять эти цирковые номера? Задолбал!» Очевидно телохранителя мало радовал объект, который ему следовало оберегать от опасности. А если говорить более откровенно, Танака с большим трудом сдерживал желание послать меня со всеми моими заскоками куда подальше.
Тут из-за перегородки, отделяющей рабочие места друг от друга, показалась физиономия Исаму Гото, моего так называемого «друга». Судя по довольной ухмылочке, он, как и все, ждал дальнейшего развития событий. Мне вот даже интересно, Такито вообще не понимал, что за тип этот Гото. У него же на лице всё написано. Совершенно конченый урод.
– О, Такито! А я уж думал, ты сегодня прогуливаешь опять. Джиро, конечно, в последнее время к тебе излишне лоялен, но… – Исаму не успел договорить, его взгляд упал на Танаку. Ухмылка мгновенно сползла с физиономии Гото, глаза округлились. – Это кто? Что за…
Я не дал ему договорить, шагнув ближе.
– Исаму, – мой голос прозвучал достаточно твёрдо, без намёка на мягкость, к которой он привык. – Ты бы занялся чем-нибудь более полезным. Например, работой. Говорят, иногда помогает, когда не знаешь, чем себя занять.