Кстати, об этом. Я все ждал, пока хоть кто-нибудь объявит главную проблему свеженареченной Джульетты. Пока нужные слова не прозвучали… Они что, реально не видят? Могут и не видеть, они даже простейший пароль разгадать не способны, когда от этого зависит их жизнь, а уж если нестандартное мышление проявить нужно – и вовсе дело дрянь.

Я им подсказывать не собирался, я не заинтересован в их эволюции. А то еще научатся жить без меня… Мне это зачем? Так что я готов был отмолчаться, как и полагается злодею, да адмирал не позволила. Сразу понятно, почему ее главной назначили: знает, где уязвимости скрываются.

– Павел, а что думаете вы?

Я думаю, что хватит выковыривать из забытия имя, которым я давным-давно не пользуюсь… и которого, если уж честно, не особо заслуживаю теперь. Но это лирика, а ей от меня нечто полезное нужно.

Ладно, раз догадалась спросить – поощрю:

– Я думаю, что любые научные изыскания нужно проводить осторожно, воспринимая эту миссию как смертельно опасную и используя бо́льшие меры защиты, чем на предыдущей луне.

– Потому что это слишком хорошо, чтобы быть правдой? – язвительно поинтересовалась Киана.

– Нет. Потому что это водный мир.

Ухмыляться она перестала мгновенно, но это ожидаемо. А вот сюрпризом оказалось то, что она не удивилась, она окрысилась. Надо же… она знала. Она просчитала то же, что и я. Киана молчала об этом не потому, что безмозглая, а потому, что паскуда. Ей настолько хотелось попасть туда и все изучить самой, что она не стала предупреждать о грандиозном факторе риска.

Глобально это к лучшему. Моя вера в человечество и без того давно мертва, а от начальницы научного отдела все-таки больше толку.

– Что вы имеете в виду? – спросила адмирал, которая к Киане как раз не присматривалась.

Киана же попыталась перехватить инициативу, потому что я ей и так подгадил:

– Он говорит исключительно про теоретические расчеты! Да, в теории эта луна должна быть водным миром, покрытым океаном, без суши…

– А она даже отдаленно не похожа на то, чем должна быть, – добавил я. Упрощать ей задачу я не собирался.

– Ну и что с того? – оскорбилась Киана. – Это ведь Сектор Фобос, здесь все может быть иначе!

– Отсутствуют законы физики?

– Просто обстоятельства следует трактовать по-другому!

– Как именно, если нам не от чего отталкиваться?

– Тем больше у нас причин отправиться туда и узнать, как все обстоит на самом деле!

– И все же я предпочла бы, чтобы наши научные изыскания проводились не методом «ткни пальцем», – заметила Елена.

Я знал, что все это перейдет в спор, которого Киана очень надеялась избежать. Ну да и пускай, все равно полетят туда все, кто надо, просто злые, взъерошенные и охрипшие.

Я тоже полечу, мне любопытно. Не в научном плане, просто хочется это увидеть. У меня давным-давно нет ответа на вопрос, зачем я живу. Но исследование другого мира все равно видится мне более привлекательным вариантом, чем путешествие на станции как таковое.

При этом цели обязательно умереть поскорее у меня тоже нет, да и не было никогда. Я, в отличие от ударившейся в оборону своих интересов Кианы, вижу две грандиозные проблемы, связанные с луной. Это то, что там есть, и то, чего нет.

То, что там есть, почему-то не позволило построить поселок, о котором дуэтом мечтали супруги Лэнг. Нет, может, он и укрылся где-то между корней, но на спутниковых снимках ничего даже отдаленно похожего не видно. Зато джунгли – куда ни плюнь, именно они, занимающие всю луну, и обеспечивают нас тем самым великолепным воздухом.

Но они же ведут нас к тому, чего там нет. Там нет воды. Вообще. Луна, которой полагалось быть водным миром, на практике была лишена даже самых захудалых речек и озер. Опять же, будем скрести под корнями, но на снимках – глухое «ничего». А для такой флоры нужно очень много воды… И дополнительный повод задуматься: наши дроны уже облетели всю луну, однако не обнаружили ничего даже отдаленно похожего на дождевые облака, их тут или сезонно нет, или нет вообще, такой вот идеальный климат.

Так что у научного отдела там могут быть свои интересы, а лично для меня главным вопросом в экспедиции станет только одно…

Где вода, Джульетта?

* * *

Рино думал о том, что это было нечестно – решение Лэнгов. Пожалуй, несколько наивно размышлять о том, что произошло здесь много лет назад и не имело к нему никакого отношения, но сдержаться не выходило.

Получается ведь как? Вся команда, отправившаяся на эту луну, изначально соглашалась на миссию длиной в сорок дней. А потом они решили задержаться на год, все единолично… Но так ведь не бывает! Люди и по менее значимым вопросам договориться не могут, а тут – нарушение приказа, жизнь на незнакомой луне… Не может быть, что не нашлось несогласных.

Они наверняка были, но они вынуждены были терпеть и делать вид, что разделяют решение остальных. А все потому, что ситуация по-настоящему зависела лишь от одного человека, и это был даже не капитан.

Это был пилот. Только он мог решать, лететь обратно на большой корабль или нет. Если ему захотелось остаться, что сделали бы остальные? Рино, обладавший такой же властью, не гордился своим неведомым коллегой, его от такого подхода как раз подташнивало. Когда опозорился кто-то другой, а стыдно тебе – то самое чувство. Пилот, решивший остаться там, взял остальных в заложники.

А кроме него никто и не справился бы. Возможно, в группе были люди, знающие, как управлять челноком, они и сейчас есть среди спутников Рино. Но одно дело – поиграться с безопасным тренажером на станции, другое – провести «Белугу» через лабиринт космических тел. Тут врезаться проще, чем добраться куда нужно! Хотя Рино случалось летать и в худших условиях, он знал, что справится.

Руководство станции посчитало Джульетту стратегически важным объектом, а потому и экспедиция сюда была направлена большая – два полностью укомплектованных челнока. Люди, роботы, оборудование. Срок – тридцать дней, и адмирал сразу намекнула, что воспримет решение поселиться на луне без энтузиазма.

Главой научной экспедиции признали Киану Бокео, но иначе и не могло быть. Саму Киану эта часть приказа устраивала, зато не устраивало кое-что другое: приоритетное право голоса насчет завершения миссии было не за ней. Это решение мог принять и Рино, а если с ним что-нибудь случится – Сатурио Барретт.

Рино вообще не понимал, зачем на миссию потащились кочевники, да еще и три сразу – Сатурио, его буйная сестрица и младший брат, который потише да поадекватней. Если условия на луне действительно не отличаются от земных, кочевникам там придется туго. Они допускали такой вариант, поэтому по умолчанию приготовились носить защитные скафандры.

– Слушай, а что будет там с тобой? – Рино не выдержал, обратился к сидящей рядом с ним Мире.

Он сам назначил ей это место, она не напрашивалась. Рино еще предстояло заново выстроить отношения с ней – с учетом всего, что произошло. Изначально ему казалось, что будет очень просто, стоит только захотеть. Но шли дни, а все почему-то не налаживалось само собой. Рино даже не брался сказать, что именно им мешает, и от этого становилось лишь сложнее: понятное препятствие и устранить легче.

Мира не игнорировала его, если он приглашал, она оставалась рядом. Она и теперь ответила:

– То же, что и с другими кочевниками, просто не сразу.

Это по-прежнему резало слух – то, что она относила себя к кочевникам. Но говорить о подобном считалось невежливым, и Рино просто привыкал.

– Значит, ты можешь ходить без скафандра?

– Иногда, и я выдержу без него дольше, чем они. Но чтобы не расходовать силы напрасно, я его надену, когда мы прилетим.

Рино понимал, зачем полетела она – даже в скафандре Мира сумеет наладить оборудование лучше, чем ее подчиненные. А вот кочевники могли бы и остаться, все равно толку не будет.

Ну и конечно, всем было бы лучше, если бы эту миссию пропустил Гюрза. Да, он многое умеет, многое придумывает… Но он непредсказуем, и черт его знает, ради чего он потащился сюда сейчас!

Так что компания подобралась сомнительная, и настроение у Рино было так себе, но ровно до тех пор, пока он не увидел Джульетту.

Он уже подлетал к ней раньше, он стал первым человеком, добравшимся до нее. Но тогда он управлял истребителем, и задачи у него были другие. Луна поразила его даже при первом беглом осмотре, а теперь, пилотируя неспешную «Белугу», он мог насладиться открывшимся перед ним зрелищем сполна.

Джульетта была почти так же прекрасна, как Земля. Понятно, что с родной планетой ничто не сравнится, она – нечто куда более значимое, чем просто красивое зрелище. Однако зеленый шарик, зависший на фоне пульсации газового гиганта, чем-то неуловимо ее напоминал, и это отзывалось внутри тем особым видом тоски, который приносит одновременно боль и удовольствие. Не то же самое, что вернуться домой – но то же, что увидеть изображение дома в прямом эфире.

Впрочем, если Земля была зелено-голубой, то на Джульетте правил бал зеленый во всех оттенках. Фотографии с дронов, которые изучал Рино, показывали, что там есть и другие цвета – хватает! Но зеленый преобладал, превращая луну, которая при подлете оказалась совсем не маленькой, в изумруд. То, что в атмосфере не было облаков, шло луне на пользу, подчеркивая ее необычный цвет, островок жизни среди бесконечной смерти.

– Удалось определить, откуда исходит сигнал? – спросила Киана, подходя ближе.

– Как и раньше, – отозвался Рино. – Прошу, вернитесь на место.

– Что значит – как раньше? Отвечайте на вопрос! – нахмурилась глава научного отдела.

– Я могу ответить и по передатчику, их прекрасно слышно. Не нужно ходить по салону, это слишком опасно.

– Тогда я останусь здесь, нам нужно обсудить сигнал! Волкатия, уступите мне!

Вот и почему люди, обладающие потрясающим интеллектом, порой оказываются такими идиотами? Бросив беглый взгляд через собственное плечо, Рино увидел не только упершуюся Киану, но и то, как многозначительно ухмыляется Гюрза. Вот ведь зараза… Его «Добро пожаловать в мой мир!» стало бы более очевидным, только если бы он произнес это вслух.

– Никто никому уступать не будет, – жестко произнес Рино. На борту у него было куда больше власти, чем у Кианы. – Мира, сиди на месте. Госпожа Бокео, сядьте куда угодно, но быстрее! Источник сигнала определить не удалось и не удастся, но мы знаем примерную зону действия.

– Покажите!

С-с-су… сумасшедшая фанатичка. Ладно, к черту ее.

Рино вывел на вспомогательный экран карту луны, созданную дронами, и обозначил нужный участок.

– Корабль Лэнга находится где-то здесь.

– Это большая территория! – поджала губы Киана. Как будто лично Рино был в этом виноват!

– Ее вполне можно исследовать за месяц, людей и машин у нас хватит, – примирительно сказала Мира.

– А теперь сядьте, мы входим в атмосферу! – настаивал Рино.

– Вы же сказали, что тут все стабильно и вообще отличные условия…

– А еще я могу сказать, что крыша небоскреба вас сама с себя не стряхнет, но вы все равно по ней не ходите.

– Знаете, Бернарди, адмирал относится к вам лояльно, а вот я считаю…

Рино было совершенно не интересно, какого мнения о нем придерживается Киана. Челнок будто почувствовал это, он взвыл сиреной, эффектно заглушая рассуждения главы научного отдела. А в следующую секунду корабль еще и качнуло с такой силой, что Киана, как и следовало ожидать, не удержалась и рухнула на пол.

– Что это было?! – взвизгнула она.

– Автопилот отключился, – напряженно отозвался Рино. – Держитесь теперь за что придется!

– Почему он отключился?! – допытывалась Киана, словно Рино мог все исправить, если она станет выклевывать ему печень с достаточным энтузиазмом.

– Шекспир плюнул! – огрызнулся пилот.

– Скорее всего, мы попали в волну излучения со стороны планеты, – пояснила Мира. – И она сожгла оборудование… Мы ведь знали, что это возможно!