– А ведь там точно что-то есть… – призадумался Диего, нервно потирая подбородок и кусая губы. Столкновение с первой настоящей магией, которую он видел своими глазами, если не считать самого переноса в тренировочный лагерь и системных сообщений, не на шутку взволновало бразильца. – Пустые комоды и обшарпанные лавки на замок закрывать не будут, а ведь это именно замок… Пусть и волшебный…

– Замок, – согласился с ним я, пытаясь вспомнить, а как именно похожие штуки обезвреживать надо и насколько они опасны. И к сожалению, кажется, каждый подобный рунический массив есть своеобразное произведение искусства, чей функционал зависит главным образом от таланта мастера. Один максимум слегка ударит током неавторизованного пользователя, если тот дотронется до дверной ручки, второй запросто может оказаться снабженным подобием искусственного интеллекта, который и стрелять по движущейся цели умеет, и каких-нибудь демонов себе на подмогу вызывать, и сделать вид, будто он больше не активен, догадается, чтобы взломщиков уж наверняка подловить ударом в спину в самый неприятный момент. Правда, последние стоить будут дороже, чем особняк такого размера. Причем не в разы, а на порядки. – Попытаемся взломать?

– А ты умеешь взламывать такие штуки? – удивленно посмотрел на меня бразилец.

– Ну, я вижу минимум три способа, которые могли бы сработать. Первый – грубая сила, но, поскольку у нас нет способности противостоять враждебной магии, лучше ее не использовать. – В моей памяти имелись монстры в человеческом обличье и просто монстры, которые сквозь магическую ловушку предпочли бы просто пробежать, терпя ее удары, чем искать обходные пути. Только так рисковать я не собирался, тем более что даже с отсутствием у нас подходящих для взлома волшебных конструкций навыков или инструментов имелись и менее тупые варианты. – Во-вторых, ты мог бы попробовать пострелять в дверь. Дерево выглядит прочным, но это все-таки дерево. Трех-четырех пуль хватит, чтобы какой-нибудь знак испортить и круг этот разорвать. Ну и третий, самый надежный для нас, хотя и трудозатратный… Если мы все-таки найдем колодец и наберем воды в те тазики с кухни, то можно просто устроить маленький пожар, который потом потушим. Вряд ли эта дрянь будет представлять угрозу, если основа, куда она нанесена, сгорит в пепел.

– Вариант три, – решил бразилец. – Если колодец найдем… У меня, к сожалению, не так много патронов, десятка три всего… Собирался еще на прошлой неделе заехать в магазин, но как-то все дела, дела…

Колодец, который, на счастье наконец-то сумевшей утолить свою жажду Оливии, был прикрыт тяжелой деревянной крышкой от всякого лесного мусора, мы отыскали на заднем дворе особняка за три минуты. Куда дольше искали достаточно вместительное ведро, которое можно было бы привязать к веревке из рюкзака Диего. Дальше же все пошло еще быстрее. Пара килограммов мелко наструганной растопки, осторожно сложенной на некотором расстоянии от двери с магической печатью, сорок или пятьдесят килограммов нормальных дров, на которые пошла находящаяся поблизости мебель, тазы, чьим содержимым можно было бы залить пламя, бросок подожженной деревяшки в подготовленную к пожару баррикаду… Просто удивительно, как быстро могут работать двое мотивированных и физически крепких мужчин при помощи одной недостаточно мотивированной женщины, что не то чтобы ныла и пыталась самым наглым образом филонить, но ту же воду таскала как-то без огонька.

– Обидно будет, если домик все-таки полыхнет, – заметил Диего, когда со второго этажа густо повалил дым. – Вроде вечереет уже, а мы тут единственный имеющийся ночлег огню предаем.

– Да вроде не должно, – осторожно возразил ему я. – Оливия хорошо лестницу водой залила, пока мы с дровами возились. Там везде лужи стоят, а стены мы уже сами сбрызгивали…

Пламя наверху разгоралось, что было ясно по количеству дыма, заставившего нас отойти почти к самым дверям. Осторожная попытка разведать обстановку показала, что дверь с рунической печатью уже занялась, но покуда держится, и после нее мне пришлось долго выкашливать из легких гарь… А потом вдруг раздался громкий треск, вниз по ступенькам посыпались пылающие обломки, а следом за ними неслись те, кто их со второго этажа сбросил, покинув предыдущее место обитания. Гоблины. Дохлые. Разложившиеся куда сильнее их разрубленного на куски собрата, но все равно каким-то нечестивым чудом способные двигаться. Числом три штуки, в истлевшей одежде и каких-то кожаных ошейниках, до сих пор цепляющихся за тронутые гнилью шеи. Найденная нами комнатушка на первом этаже с короткими и узкими кроватями действительно предназначалась рабам хозяина данного места, по всей видимости, пытающимся хранить свою обитель и после смерти. Только вот постели в ней были не слишком маленькие для невольных сотрудников мага, что здесь обитал, а вполне по росту, толщине и прочим габаритам.

Глава 9

С грохотом выстрела Диего всадил первому зомби пулю прямо между глаз, видимо, позабыв про все мои слова и начав действовать так, как учил его мировой кинематограф. Ну, надо сказать, ходячий мертвец от удара действительно упал под ноги своим собратьям, заставив тех споткнуться и замешкаться на лишнюю пару секунд. А после начал подниматься почти как ни в чем не бывало. Только башка свешивалась вбок под явно неправильным углом – видимо, трухлявые шейные позвонки такого испытания не выдержали.

– Совсем прогнившие и медлительные… Это хорошо, – оценил я скорость движения противников, перехватывая покрепче топор и поднимая с пола щит. Дохлые гоблины, в отличие от шустрика, который почти смог загнать Оливию, сильно напоминали стереотипных ходячих мертвецов тем, что двигались так, словно у них парализовало половину тела. В общем-то, примерно так оно и было, только мышцы не выполняли свою работу из-за банального физического отсутствия – отвалились они. Да и вообще тот кадр по сравнению с этой троицей смотрелся как откормленный домашний котище рядом со страдающими от недоедания уличными котятами. То ли при жизни был куда больше и уровни выше имел, то ли уже после смерти раз или два сумел задрать кого-то, в то время как сидящая на верхнем этаже троица голодала и потихонечку разлагалась, ибо нечем им было подпитывать наполняющую мертвые тела темную магию. – И горят… Это еще лучше.

Истлевшая одежда мертвецов после соприкосновения с горящей баррикадой вспыхнула с необычайной легкостью, как, в общем-то, и положено старым сухим тряпкам. И пусть зомби не боялись боли и от температурного повреждения верхнего слоя прогнивших тканей им было ни жарко ни холодно, но огонь повреждал то, что заставляло гнилые куски мяса двигаться и жаждать свежей плоти. Энергетику тварей. Подобного не хватит, чтобы их прикончить, но теперь эти ходячие трупы вели себя примерно так же, как живые существа, которым сильно дали по башке, почти отправив в состояние нокаута. Ни координации друг с другом, ни четкости действий, ни соображения хотя бы на уровне дикого зверя… Так, одни инстинкты, заставляющие переть в сторону добычи, разевая рот и едва ли не наобум махая конечностями в сторону цели.

– Не надо было открывать ту дверь! – пронзительно заверещала откуда-то из-за спины Оливия, которой перспектива нового боя с нежитью явно не пришлась по душе. – Бежим!

– Нефиг суетиться! – Я врезался щитом в первого из мертвых гоблинов, уронив его затылком на лестницу, и тут же вмазал топором по колену второго. С одного удара ногу, конечно же, отрубить не получилось, но и сломанные кости – тоже хорошо. По крайней мере, тварь замедлится. Попытка отступить выдалась не до конца удачной – гнилые, но удивительно сильные пальцы уроненного затылком на ступеньки покойника вцепились в щит… И назад мне пришлось двигаться, волоча за собой настырного дохляка, что было весьма неприятно, но не более. При жизни тот весил килограммов пятьдесят, ну максимум шестьдесят, а сейчас похудел вдвое! – Мы их сделаем! Руби тех, кого я сшиб! Со спины! По ногам!

– А-а-а! – пронзительного заверещала австралийка… И с размаху надела полное воды ведро на башку волочащегося за мной зомби, что было вообще-то очень кстати. Теперь свои гнилые зубы в ногу не вонзит. Внезапно для себя принявший душ монстр аж замер на пару секунд без движения, явно стараясь сообразить, а почему это вселенная вокруг него вдруг так изменилась, став маленькой, темной, холодной и мокрой. Ну или просто пытаясь понять, как ему укусить добычу, если между зубами и человеческой плотью – толстая доска. Ждать завершения мыслительных процессов в протухших мозгах я в любом случае не стал, вместо этого рубанул топором по излишне цепкой кисти покойника, смахнув ее половину к чертям собачьим. Пальчики-то хрупкие, особенно если гнилые…

– Неплохо, девочка! – одобрил ее маневр Диего, выстреливший хромоножке в грудь и уложивший того на месте. Вернее, опрокинувший его на идущего третьим покойника. Все-таки пуля имеет весьма приличный импульс, а тело данного гоблина и изначально было легким, ну максимум килограммов пятьдесят-шестьдесят, а уж после смерти оно похудело минимум наполовину. Затем бразилец осторожно отложил в сторону творение современной технический мысли и вооружился… тазиком. Вернее, большим таким корытом, где бы при необходимости купаться можно было. Поднатужившись, бразилец приподнял его и вылил из емкости всю воду навстречу приближающемуся зомби, который был самым медлительным из всей троицы ходячих мертвецов, но в то же время и самым везучим, ибо ни одного удара пока не получил… А после Диего поднял в воздух опустевшую емкость и с размаху накрыл ею субтильного покойника, словно мышь стаканом. – У-ух! Так держать!

Зомби в глухом деревянном шлеме отчаянно желал вступить со мной в драку, колотя руками и пытаясь царапаться, но поскольку когтями и обрубком одной руки он скреб по подставленному щиту, я не особо возражал. Охаживать его раз за разом топором, надрубая плечи и подготавливая почву для дальнейшего расчленения, так было вполне удобно. Оливия несмело топталась за спиной у моего противника с перекошенной от страха физиономией и тыкала его кончиком тесака куда-то в спину, реального ущерба не нанося, но, может, хоть отвлекая. Большое перевернутое корыто тряслось и ерзало – оказавшийся под ним мертвец не хотел играть в черепашку, которая спряталась в своем панцире, а хотел выбраться и терзать плоть живых, но вскочивший сверху на емкость Диего надежно прижимал ее к полу своим весом. И даже охаживал киркой, выданной шахтеру от щедрот бесконечной вечной империи, лапы зомби с надрубленной ногой и пулевым ранением груди, что все-таки поднялся на ноги и теперь пытался забраться на возвышение вслед за находчивым человечком. Не очень удачно. И ловкости твари не хватало, и предназначенный для разрубания горной породы тяжеленный кусок железа кромсал мертвую плоть как бы не эффективнее моего топора. Жаль только, долго махать своим оружием на высокой скорости бразилец не сможет – слишком уж тяжел инструмент шахтера.

Очередной мой удар провалился в пустоту – правая рука мертвого гоблина с шапкой в виде ведра отделилась от остального туловища. Устав от бесполезного тыканья в меня башкой, последней верхней конечностью он все-таки стянул свой экологически чистый шлем… И был сбит с ног, ибо, шагнув вперед и протаранив его всей массой тела, я худосочную нежить попросту опрокинул. Сражение с мертвыми гоблинами очень напоминало драку с какими-нибудь школьниками, обколотыми наркотиками до полного опупения и даже больше. Стукнуть их или уронить несложно, только вот это особых результатов не дает.

– Не по спине! По ногам! И не коли лезвием, а бей лезвием! С широким замахом! – крикнул я бестолково тычущей тесаком куда попало Оливии, обрушивая топор на шею ходячего трупа. С первого раза обезглавить того не получилось, но удар щитом сверху вниз заставил поднимающегося было монстра опять распластаться на полу. – А лучше иди помоги Диего, тут я и сам справлюсь!

– Ух… – С грохотом бразилец спрыгнул вниз со своего трясущегося постамента, ибо зомби на тот таки вскарабкался, несмотря на несколько глубоких рваных ран и кирку, плотно засевшую в черепе. – Да как этих отродий дьявола убивать-то?!