Новости разожгли пламя азарта в сердцах наёмников. Ну ещё бы! Ведь оказалось, что они находятся на территории мятежного баронства! Логично, что это скрывалось Славией на международном уровне. Удалённость и отсталость этих земель позволили сохранить в каком-то виде интригу, а контроль над массмедиа и интернетом лишь укрепил веру наёмников в то, что Буровское баронство для Славии как бельмо на глазу. Но раз уж даже наёмники и мародёры тянут сюда свои жадные ручонки, не опасаясь возмездия со стороны империи, значит, и впрямь бунт. И если они немного пошалят здесь, то им никто ничего не скажет.

– Неудивительно, что аванпосты брошены. Наш отряд сильнее, потому они отступили, опасаясь вступать в открытую драку, – произнёс наёмник в солнцезащитных очках.

– Это понятно. Ты лучше не халтурь, а тащи ящики давай. Через час нам уходить. Надо найти всё ценное и дать доклад боссу, – вытерев пот с лица, произнёс второй наёмник.

– Кстати, как-то странно всё… Тебе так не кажется? Мы только нашли неплохое место, можем официально тут пограбить, а босс говорит, что надо уходить. Неужели тайная миссия выполнена?

– Значит, вашу тайную миссию знает ваш босс. Хорошо, спасибо за информацию. – С дерева, словно молния, спрыгнул мечник и двумя быстрыми ударами отправил в нокаут обоих работников.

– Ну и скорость… – запыхавшись, выскочили на дорогу один за другим два мага.

Что Дирк Лебовски, что Сайман Грабовски в этот поход отправились как номинальные помощники. По сути, им нужно помочь дотащить языка и ценности, добытые Адаманским Зверем. Ну и помочь ему найти дорогу. Всё же он эти края не знал, а они местные дороги уже хорошо изучили.

Отряд разведчиков барона остался далеко позади, передав им данные о численности трёх отрядов неприятеля. Дирк и Саймон посмотрели на два из трёх гербов отрядов наёмников. Благо те особо ничего не скрывали, и двое поняли, с кем их свела судьба.

Подумав, как поступить, они в итоге рассказали Зверю о проблемных гостях всё, что знали. Благо, как наёмники, они разбирались в этом превосходно. Всё же они и сами относились к элитному отряду.

Единственное, что спросил их союзник, – насколько вражеские наёмники сильны в сравнении с их группой. Узнав, что как минимум два отряда из трёх не сильно отличаются по силе от бойцов из «Красного лезвия», Зверь устремился вперёд. И вот первое же столкновение и сразу два языка…

Впрочем, Зверю этого явно было мало. Он не стал пытаться строить из себя партизана и действовать исподтишка. Его цель – глава отряда наёмников. И он отправился за ним.

– Наёмники! Вы на запретной территории. Сложите оружие, упадите на колени, и пусть ваш лидер ползёт ко мне. Тогда вы, вторгнувшиеся на наши земли, избежите той участи, что ждёт каждого разбойника, грабителя и мародёра. И ваши холодные тела не будут висеть на дереве, привлекая падальщиков и отпугивая любителей наживы! – выбравшись на расчищенную площадку аванпоста, громогласно заявил Зверь, смело смотря в дула поднятых автоматов.

– Ха-ха!

– Хе-хе-хе…

– Аха-ха! А он смешной!

– Что за клоун? Он один? Где остальные? Где разведка? – поднялся с ящиков первый помощник «Смеющихся лисиц».

– Тому, кто принесёт мне его голову, выплачу премию с месячную зарплату, – выбрался из палатки полуголый глава отряда, закончив «допрос» единственной женщины из отряда встреченных ранее «коллег по цеху».

Зверь не стал терзаться сомнениями по поводу правильности своего решения. Это были нарушители. Ему подарили шанс на новую жизнь, и прямо сейчас его благодетель решает с империей вопрос жизни и смерти для всех них. Всё, что нужно от него – не дать всякому сброду унести и ржавого гвоздя с территории баронства и дать понять всем и каждому, что это запретная зона и каждого вторженца ждёт смерть.

Он отказался от своего имени ещё тогда, когда его человеческая душа умерла, сражаясь с теми, кто вонзил нож в его спину. Тогда же родилась душа зверя. Она долгое время томилась в цепях империи… И наконец-то…

Кровожадная улыбка появилась на лице мужчины.

– Вы сами сделали свой выбор. – Искрящиеся змеи побежали по телу мага, усиливаясь от водного покрова.

Началась ещё одна битва за свободу независимого баронства.

– Боже милостивый… Кого же освободил Сергей… Оу… – скривился и одёрнул голову назад, уворачиваясь от брызг крови, Лебовски.

– Кто же их всех хоронить-то будет?.. – почесал затылок Грабовски. – Где лопаты, Лебовски?

***

Эмиссар в летней загородной резиденции князя Радова.

– Ещё чаю, господин? – Дворецкий появился в дверном проёме, но, увидев скривившееся лицо представителя империи, тут же ретировался.

Даже слов не требовалось для того, чтобы понять нежелание столичной шишки не только разговаривать с кем-то, но даже видеть кого-либо.

Прошли сутки с того момента, как чёрный разрыв в небе был закрыт, но лучше эмиссару от этого не стало.

– Лучше бы я сдох во время нападения… – впервые тяжело выдохнул он за прошедшие часы, проведённые наедине со своими мыслями.

Связь и электроснабжение города, да и большей части княжества были восстановлены, основная часть проблем Радаевска устранена. Соседние города и даже княжества направили помощь и отряды медиков, так что в станции переливания крови выстроились очереди.

В целом ситуация была намного лучше, чем то, что эмиссар ожидал увидеть после столь масштабного бедствия. С одной стороны, приграничное княжество доказало, что с проблемами оно привыкло сталкиваться. С другой стороны, им действительно повезло, что вчера в городе был иномирец, который и спас большую часть города от разрушения, а его жителей – от обращения в монстров.

И это бесило эмиссара. Они показали слабость, неспособность противостоять подобным угрозам, а их спас тот, кого он пришёл прижучить, взять в оборот, заставить подчиняться. И что в итоге? Приказ императора не выполнен. Выбирая между падением города с миллионами жертв и контролем вторженца с уникальной магией, он своей рукой подписал документ, что гарантирует свободу перемещения и ещё сотню типов иных свобод Багрову и его людям. А к ним, кроме столь желанных вторженцев, что могли бы стать донорами вечной молодости императорского дома, присоединится ещё целое баронство Буровых и все люди, что пожелают жить в нём.

Старожилов ещё раз открыл договор и взглянул на строку, в которой указывалось право Багрова на захват территорий, находящихся за пределами огненной стены империи и не контролируемых экспедиционными силами Славии.

– Вот за это мне точно открутят всё, что крутится в моём теле, – подчеркнул он пункт в своей копии и принялся разбирать дальше свой косяк.

С императорской канцелярией он уже связывался, дал подробный отчёт о том, что произошло в княжестве, как люди героически справились с угрозой и какие меры предприняты для стабилизации ситуации.

Кадры с нападением на город уже начали гулять по всему миру, и скрыть событие невозможно. Да и кадры того, как Багров играючи уничтожил чудовищных размеров вторжение, тоже есть.

– Ну, все теперь хотя бы думают, что у нас есть маги такой силы, и что подобный сверхразрыв – не проблема. Хоть какие-то плюсы…

Но на самом деле таких магов у империи не было. И это терзало эмиссара изнутри, не давая ему расслабиться. Стоит другим империям узнать, что это не их силы, а независимое баронство во главе с вторженцем спасло целый город от уничтожения…

– …Каждый иномирец, будь то человек или иное человекоподобное существо, находясь на территории баронства, защищаемого Сергеем Багровым Первым, находится под его защитой и любые его свободы не могут быть нарушены представителями иных государств, орденов, союзов и альянсов. Любое решение об ограничении свободы, уничтожении либо предоставлении особых прав и гарантий принимается исключительно канцелярией Сергея Багрова Первого. Данные права и свободы гарантируются императором Славии, Святославом Храброславовичем Мирским… – зачитывал очередной пункт договора Старожилов Олег Максимович.

Остановившись и ещё раз перечитав этот пункт, он закрыл глаза рукой и, всхлипнув, тихонько произнёс:

– Мне ******. Если об этом узнают другие империи. То и Славии ******.

Внезапная догадка осенила эмиссара, и он встрепенулся.

– Секундочку… «Если» узнают! Нам нужно всего лишь подписать дополнительный договор и включить баронство, а лучше даже новое государство в состав империи, сохраняя его независимость. Что-то вроде протектората с дополнительным статусом особой экономической зоны… И причина для этого вполне резонная имеется: нападение слимов заставляет нас изучать новые методы борьбы с ними, и нам нужна земля на передовой, где нет риска разрушений от опасных исследований и…

«Тун-Тун-Тун-Турурурутун. Тун-тун-Тун-Турурун».

Марш империи заиграл на телефоне эмиссара, а значит, император нашёл время в своём плотном графике, чтобы выслушать доклад об успехе выполнения приказа.

– Ну, с богом…

Глава 5

– Что вы делаете, господин? – нарушая блаженные звуки матери-природы, спросила у меня Таша.

– А? Разве не видно? – отвлёкся я от жужжащего чуда и посмотрел на неё.

– Хотите украсть у пчёл мёд? – с сомнением взглянула на меня девушка. – Если так, то вам понадобится дым, чтобы они не ужалили… Хотя вашу кожу они не прокусят…

– Значит, можно будет на пенсии заняться пасекой, – подумав над её словами, заявил я. – А что, удобно. Укусов не боюсь, жало кожу не пробьёт: можно не париться с костюмами и масками. Очки надену и вперёд, в улей.

– И всё же, господин… Что вас так заинтересовало в них? – подплыл по лесной опушке Люмин.

– А вас ничего не удивляет и не интересует? Вы столько лет провели взаперти. Ты в тюрьме реальной, а ты, Таша, в тюрьме духовной, не в силах увидеть хоть что-то, кроме своей цели. Не соскучились по чудесам природы, по её красотам?

– Ну, не то чтобы очень… У меня есть вещи, которым я удивляюсь намного больше. Например, моё новое тело, таинства магии, удивительный начальник, сумевший обуздать моё проклятье, – признался Люмин.

– Я… Ну, в общем, то же самое, – присмотрелась к улью Таша. – Пчёлы и пчёлы. Ну, жужжат.

– А я мечтал увидеть их. Не помню, сколько лет… Последнюю пчелу я видел ещё… ребёнком.

– А сколько вам лет, господин? – поинтересовался Люмин.

– Сложно сказать, – пожал я плечами.

– Как это? Даже я прикинула, сколько мне лет… Теперь я воистину соответствую титулу старой девы. Эх… – вздохнула Таша.

– И сколько тебе? – решил я уточнить.

– Тысяча четыреста. Плюс-минус.

– Я минимум вдвое старше. Думаю, за три тысячи лет перевалил мой возраст, – поделился своими подсчётами и Люмин.

– Я понятия не имею, как отличается течение времени моего мира и этого. А в моём говорить о годах тоже бессмысленно. Временны́е аномалии были не редкость, и я, бывало, застревал в них. А пару раз и добровольно входил, чтобы стать сильнее и выйти, не потеряв пару сотен лет.

– Старше тысячи? – полюбопытствовала девушка.

– По меркам моего мира, вне аномалий, – да. Больше тысячи лет. Медитации опять же заняли очень много времени… Давайте не будем о грустном. Люмин, лучше расскажи мне о той технике, что я увидел в городе. Что это было? – я перевёл разговор с неудобной мне темы на куда как более важную.

Мой соратник, оказывается, не просто какой-то там легендарный дух воды, способный в совершенстве использовать базовые водные заклинания и немного магии света. Нет. Он доказал, что действительно достоин быть моим первым стражем.

– Водяные клоны. Я не знаю, как это назвать, если честно. Сложная техника, и я не овладел ей идеально.

– Давай подробнее. Магию клонирования я видел не раз, но в большинстве своём она либо связана с ментальной магией, либо с магией жизни. У тебя же, по сути, есть лишь зачаток магии жизни из-за люминесцирующих водорослей, ставших частью твоего тела, – потребовал я от Люмина раскрытия секретов. – Мне действительно интересно, как ты к этому пришёл и каким образом смог воплотить эту магию в жизнь. Я видел шесть клонов, без основного тела. Это предел?